– Объясни это моей жене, – попросил Алекс. – Чем ближе мы подъезжаем к Моу-Холлу, тем страшнее мне становится.
– В твоем возрасте и при твоем опыте пора бы знать, что давать поспешные обещания слишком опасно. Особенно если имеешь дело с беременной женщиной. Мне говорили, в таком положении они становятся особенно чувствительными, у них усиливаются защитные инстинкты, или что-то в этом роде! А поскольку она всегда была вспыльчива... – Он пожал плечами и умолк, удостоившись гневного взгляда Алекса.
– Умеешь же ты подбодрить! – заметил Александер, рассеянно кивая двум пожилым женщинам, которые отступили на обочину, глядя на всадников. – И все остальные тоже... или мне почудились приветственные возгласы?
Алуин придержал коня, подстраиваясь под шаг жеребца Алекса. Оба всадника остановились на гребне холма, откуда открывался вид на всю долину и парки Моу-Холла. Зрелище показалось им мирным, лагерь расположился у подножия поросшего лесом холма. Над десятком костров вился дым, у палаток творилась обычная суета. На дальнем плане пологие холмы убегали к горизонту, напоминая зеленые океанские волны, среди которых кое-где мелькал белый снег. Вдалеке холмы сливались с подбрюшьями низко нависших туч.
– Похоже, все тихо, – сказал Алуин.
– На мой взгляд, слишком тихо и спокойно.
Струан Максорли остановил рядом с ними своего коня с разметавшейся гривой, к нему подтянулся граф Джованни Фандуччи, треуголка с плюмажем которого казалась в этой обстановке особенно неуместной.
– Нам следовало бы сделать привал и побриться, – заметил он, недовольно подергивая бровью.
Торопясь вернуться в Моу-Холл, Алекс гнал коня днем и ночью, и спутники были вынуждены поспевать за ним, довольствуясь краткими остановками. Им едва хватало времени перекусить и напоить лошадей. Граф зарос щетиной, но выглядел бодрее остальных. Алекс и Алуин отрастили бороды и были с ног до головы покрыты пылью и потом.
Алекс пустил вперед жеребца, переводя взгляд с величественного каменного особняка на лагерь и обратно. На полпути к подножию холма наперерез всадникам вылетела женщина верхом на мускулистом мышастом жеребце. Волосы ее разметались по плечам, щеки раскраснелись от холода. Леди Энн Моу остановила коня в нескольких шагах от Алекса.
– Мне передали, что вы вышли из Инвернесса! – задыхаясь, выпалила она. – Я послала стражников высматривать вас.
– Мы решили двинуться наперерез, – объяснил Алекс и нахмурился. – На пышную встречу мы не рассчитывали.
Конь леди Энн нетерпеливо заплясал, и она негромко выругалась по-гэльски.
– Вы еще ничего не слышали?
– Слышали? О чем? – встрепенулся Алуин.
Леди Энн устремила взгляд ярко-зеленых глаз на Алекса.
– После вашего отъезда нам пришлось нелегко. Ночью к поместью подобрались солдаты короля, надеясь захватить принца в плен. Только Кэтрин удалось разбудить его и увезти в горы, в пещеру, которую мы считали надежным убежищем. Но там вспыхнула схватка, и... Кэтрин была ранена... но неопасно! – поспешно добавила она. – Ее брат до смерти перепугался. Пока он вез ее обратно в поместье, он постарел на десять лет. Но врач говорит, что скоро она поправится. И с ней, и с малышом все хорошо...
Алекс не дослушал ее. Вонзив каблуки в бока жеребца, он пустил его галопом, направляясь прямиком к двери Моу-Холла. Конь и всадник вскоре подлетели к особняку. В развевающемся плаще и килте Алекс спрыгнул на землю и бросился к двустворчатым дверям. Перемахивая через две ступеньки, он взлетел на второй этаж и ворвался в комнату жены прежде, чем его спутники успели подъехать к дому.
Кэтрин смеялась так громко, что не услышала шагов в коридоре. У нее не возникло даже предчувствия. Внезапно дверь ее комнаты с треском распахнулась, и на пороге возник рослый бородатый незнакомец в плаще. Смех Кэтрин оборвался, она узнала мужа, но не посмела вскрикнуть от радости, заметив, с каким выражением лица он обвел взглядом комнату. В его глазах сменяли друг друга тревога, недоверие и гнев.
Дейрдре, сидевшая у постели, уронила кружева, которые чинила, и ахнула. Демиен, расположившийся у огня, бросил комедию, которую читал. Улыбка бесследно улетучилась с его лица.
– Алекс... ты вернулся... – неловко выговорил он.
– Если я вас потревожил, я могу зайти попозже.
Это великодушное предложение никого не обмануло. Дейрдре и Демиен сразу засуетились: Дейрдре принялась собирать кружева, нитки и иголки, Демиен подхватил книгу и вскочил. Только Кэтрин осталась бесстрастной. Она старательно сложила руки на коленях и расцвела нежнейшей улыбкой:
– Входите же, милорд. Расскажите нам о своих приключениях в Форт-Огастесе.
Александер только скрестил руки на груди и небрежно прислонился к дубовому дверному косяку.
– На самом деле приключений почти не было. Мы столкнулись с сопротивлением, но не слишком отчаянным. Зато я слышал, что настоящие приключения выпали на вашу долю.
Кэтрин разгладила ладонью складку на одеяле.
– Ничего особенного. Мы просто спасли принца, которого хотели похитить, и обратили королевскую армию в бегство.
– И все это за какой-нибудь день, – подытожил Алекс.
Небрежный тон Кэтрин не обманул его ни на минуту.
Под ее глазами по-прежнему виднелись тени, на щеках горел лихорадочный румянец. Движение ее руки привлекло внимание Алекса к плотной повязке на предплечье, легкая дрожь губ ясно говорила о том, с каким трудом дался ей этот жест.
Алекс повернулся к двум безмолвным зрителям этой сцены, и его губы растянулись в ленивой усмешке.
– Прошу простить нас. Я немного устал и запылился, к тому же не расположен никого видеть.
Дейрдре и Демиен снова засуетились, бормоча извинения, которые Кэтрин и Алекс пропускали мимо ушей. Едва очутившись в коридоре, за плотно захлопнутой дверью, Дейрдре увидела еще троих грязных бородатых мужчин, спешивших к ней, присмотрелась и бросилась к мужу, раскрыв объятия. Граф Фандуччи поспешно сорвал с головы треуголку и отступил на несколько шагов, увлекая за собой Струана Максорли. Тем временем Алуин крепко поцеловал жену.
– Что здесь происходит? – спросил он, слегка отстранив ее. – У дома мы встретили леди Энн, и она сказала, что Кэтрин ранена.
Дейрдре кивнула, быстро производя осмотр конечностей мужа и убеждаясь, что все его руки, ноги, пальцы и уши на месте. Она вздохнула с облегчением, но тут заметила тревогу в его серых глазах.
– Все не так страшно, как мы думали. Сначала мы решили, что ее застрелили насмерть, но...
– Застрелили? В Кэтрин стреляли?
Дейрдре опять кивнула:
– Да, капрал Питерсе. К счастью, пуля попала в руку, но все равно рана была ужасна!
