— Ясно одно, здесь был серый, — заметил Юлий Павлович.
— Или серые… — вздохнул я. — Двигаемся дальше. Нужно только эти яйца как-нибудь запечь.
— Хорошо бы солярочки…Или вакуумный огнемёт, только им можно и такие стены завалить, мужики рассказывали.
— Василий Семёнович, какая солярочка, какой такой огнемёт, мы пожар в подземелье будем устраивать?
— А вы их ножами! — посоветовал от двери Данька, и я психанул.
— Боец Манченко!
— Я!
— Приказываю ножами изрезать всё яйца пришельцев. И доложить. Выполнять!
— Е-есть… — неуверенно козырнул он.
Пока несчастный исполнял полученный мерзкий приказ, мы ждали его снаружи.
— Сколько у вас минусов? — спросил я.
— А семь! — охотно похвастался дед.
— У нас пять. Нет, с этим, — я кивнул в сторону двери, за которой проходила групповая казнь, — с этим шесть.
— Мы больше! — опять выпендрился дед. — В сумме счастливое число, и ещё сполна навалим!
— Твоими бы устами.
Наконец появился чрезвычайно недовольный и злой Манченко, с брезгливостью поглядывающий на свой, с виду вполне уже чистый Ка-Бар.
— Ты его потом не забудь керосинчиком, а то запамятуешь и начнёшь банку тушёнки вскрывать, — посоветовал уфолог.
— И что? — испуганно поинтересовался пацан.
— И всё.
— Да иди ты, знаешь, куда?!
— Хватит стебаться, мужики, собрались, дальше двигаемся, — решил я. — Яйца могли остаться и в других помещениях, всё равно придётся возвращаться и зачищать ещё раз, их-то мы не искали.
Нам предстояло пройти ещё пару коридоров, изгибающийся буквой «Г» тоннель с нишами и последнее перед входом в центральный зал помещение, после которого группе предстояло встретиться с ребятами Фиделя. В первом же коридоре уфологу опять показалось, что он что-то услышал. Я, как и все, завертел головой вокруг себя, однако в свете хаотично летающих лучей фонарей ничего, кроме сводчатого потолка, пары трансформаторных щитов и пучков кабелей на стенах не увидел.
— Давайте побыстрей, — предложил шкипер, — надоело потрясываться.
— Согласен, ищем только гугонцев и серых, паутину не трогаем, яйца не рассматриваем.
Совместно мы опять уточнили по памяти план-схему, чтобы ничего не упустить, и зашли в последний тоннель. Здесь в нашу сторону дул лёгкий ветерок работающей где-то вентиляции, качнувший в очередной нише сбоку от моего лица очередную серую массу паутины — меня чуть не вырвало от отвращения. Здесь всё было наполнено инопланетной нечистью, чуждыми духами подземелья. Призраки словно шли следом и что-то шептали в мокрую спину, этот страшный шелест, ползущий по внешне пустому тоннелю, заползал под куртку прямо к сердцу, холодный пот струился меж лопаток.
— Огнемет нужон! — уверенно повторил Василий Семёнович, — Всё подпалить для дезинфекции!
Перед изгибом тоннеля он обернулся, прислушался и крякнул, что-то бормоча себе под нос. Чёрт, мне казалось, что я слышу хитиновое поскрипывание конечностей чудовищного паука, который по стенам и потолку крадется за группой. «Лучше уж десятерых чёрных с большими серпами встретить, чем не понятно какую хрень!», — не выходила из головы горячечная мысль. Перед глазами всё ещё стоял адский инкубатор.
Дождавшись, пока мы завернём за угол, дед достал очередную РГД и криком «Внимание, граната!» кинул её далеко назад.
Бум! За поворотом грамотно сделанного тоннеля звуковая волна теряла свою силу, спецстроевцы всё-таки молодцы.
Перед последним помещением я на пробу включил рацию, прибор зашипел, защёлкал, послышался искажённый помехами фрагмент какой-то фразы. Есть контакт, мы близко!
Вот открылась последняя дверь.
Ох, ты! Прямо перед нами прямо посередине комнаты стоял высокий Инструктор в капюшоне с большим, почти в метр, серпом в руке.
От неожиданности группа замерла, позволив ему сделать первый ход.
Пристально глядя прямо на нас, он неожиданно выронил оружие, неприятно звякнувшее по бетону, и, вытянув руку в обвислом рукаве, уставил сжатые горстью пальцы мне в лицо.
— Ты — новый человек! — произнесло ужасное существо абсолютно синтетическим, ломающимся и булькающим голосом.
Я сглотнул, не в силах поднять оружие. Казалось, что весь воздух пропитан паническим животным ужасом.
— Ты новый земляной человек! — почти без паузы продолжила тварь, распахивая полы плаща и протягивая руку куда-то в область пояса. — Земляной. Я — Мирк. Мирк! Мы можем говорить. Земляной и Мирк. Смотри! Я Мирк!
— Ты труп! — громко возразил Данька, вскидывая к плечу автомат.
— В ногу! — рявкнул я.
Парень машинально чуть опустил ствол, раздался сдвоенный выстрел, тварь, захрипев, начал оседать на пол.
— Вантуй его, братва, пакуем падлу! — выпалив это, шкипер очень бодро ринулся вперёд, уже держа в руках длинный кусок тонкого линя, мы тут же пришли ему на помощь, не обращая внимание на утробный вой раненого существа.
— Переверните на спину, — приказал я уфологу, вставая и отряхивая руки. Дед остался сидеть. Он достал охотничий нож, с силой разжал необычной формы челюсти и, посветив внутрь фонарём, удовлетворённо поделился наблюдением:
— Ништячки, матросики, зубы у него есть, похоже, плотоядный, уродец… А раз есть зубы, то, значится, есть и нервные окончания. Всё скажет, как миленький, напильник отлично работает даже на зубных протезах!
— И что теперь с ним делать? — растерянно спросил Манченко.
— Первым делом жгут наложить надо бы, иначе подохнет, — полезно подсказал уфолог, кивая на конечность твари, из которой сочилась молочного цвета жижа.
— Свой жгут не дам! И так ножик испоганил, — предупредил Данька.
— Его с собой несём, — решил я. — Это, братцы, суперязык, едва ли не Главный Приз.
Странный пугающий капюшон оказался плоским и мягким кожистым наростом, к которому было противно прикасаться, но его пришлось накинуть, на рожу пришельца невозможно было смотреть без содрогания. Какие там контакты третьего рода…
В комнате стояли длинные столы и стенды. На паре столешниц лежали мумифицированные тела землян, вернее, скелеты, обтянутые кожей. Запаха не было. Трудно представить, сколько времени они тут пролежали. Зачем они понадобились Инструктору? Ничего, скоро узнаем… Рядом со столами имелся небольшой грузовой лифт, в медицинских учреждениях такие служат для подачи на этажи кастрюль с питанием. Однако его открытая шахта была бесполезна, подъёмник не включался. Еще была дверь, ведущая в центральный зал.
— Да он лёгкий! — уговаривал Даньку уфолог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
