***
Что могут сотворить с сознанием молодой девушки, вчерашнего неискушённого подростка, долгие дни вынужденного ожидания? Да всё что угодно, вплоть до точки полного погружения в состояние… безвыходной влюблённости. Порой в голову лезли навязчивые подозрения, что Дэн специально устроил этот «отъезд», чтобы окончательно довести меня до нужной кондиции. Ни что так не обостряет чувств, как абсолютное неведенье и томительные часы выжидания, особенно когда приходится просматривать сотни снимков с его лицом, улыбками и глазами… Выбирать лучшие, зависать на самых удачных кадрах, и с помощью графических фотофильтров доводить до совершенства – выводить объём, тени, оживлять рефлексы, цвет и глубину глаз…
Чёрт, Сэм тысячу раз права! Я на нём зациклилась, а после субботы моя зацикленность перешла в твёрдое состояние бесконтрольной мании. Воспоминания подогревали чувства и творили соё чёрное дело над слабеющим разумом. Сознание тихо трещало под натиском пульсирующих в нервах и коже удушливых чувств. Он словно был со мной постоянно, преследуя по пятам незримой но очень даже ощутимой тенью, не сводил с меня всевидящих глаз, дышал мне в затылок и крепко держал изнутри, как тогда… на своей постели… обвив меня руками и ногами… теперь он делал то же самое с моим сознанием. И оно слабело быстро, без воли к сопротивлению, растворяясь в этих стонущих ощущениях, в незримом образе самого Дэниэла!
Звонок в дверь?
Удивлённо оборачиваюсь, будто и в самом деле обладаю способностью видеть сквозь стены.
Сознание кое-как, под большим сопротивлением втискивается в пределы реальности и в окружающее помещение фотомастерской. Я здесь ещё и час не просидела, до прихода следующего практиканта ещё рановато. Может Сэм или предыдущий студент что-то забыл? Хочешь не хочешь, а выяснить придётся. Сильно сомневаюсь, что мог заявиться ещё один желающий по моему объявлению. Боюсь, от моих «рекламок» уже и пятен клея не осталось!
Звонок повторяется. Хмурю брови, предчувствуя что-то неладное. Кто-то нетерпеливый ждёт на той стороне, явно надеясь меня расшевелить. Неужели всё же Сэм?
Специально спросить «кто?», пусть помучается. Нет, настроение совершенно не игривое.
Просто открываю замок и с усердным рывком тяну эту грёбанную толстую панель на себя. И при этом, да, вся на нервах, сдерживаюсь, как могу. Четверг! Уже пятый день без Дэна, без единого телефонного звонка от него. Что там в Портленде нет телефонов? Или это маленькая месть за мои последние слова или… это и был его первый и последний звонок или…
- Дэн?! – выдыхаю одним залпом, замираю, цепенею и забываю, что надо дышать.
Стоит перед открытым проёмом, опираясь вытянутой рукой о коробку дверного косяка в позе ожидания и напряжённого мыслителя. Всего пару мгновений, чтобы успеть считать с его лица и глаз свинцовую тень мрачной задумчивости или погружённости в чёрные коридоры сокрытых от мира чувств. Не успеваю прийти в себя, осознать, что происходит, почему… Дэн выпрямляется, опускает руку и делает неожиданные быстрые шаги прямо на меня.
Сердце пытается протиснуться сквозь рёбра мощными отчаянными переборами, отдаваясь вибрацией и немеющей дрожью в руках. Остальные части тела слабеют под всепоглощающим натиском взрывной волны, в первую очередь долбанувшей по ногам. Сильные гибкие руки обхватывают меня, горячая волевая тень накрывает и обволакивает с головы до пяток, подхватывает и почти отрывает от пола. Зависаю в парящей невесомости всего на несколько бесконечных мгновений, не успеваю даже сделать глоток спасительного вздоха.
Дэн врывается вместе со своей беспощадной реальностью в мою хрупкую хрустальную обитель. Моя воля и мой мирок трещат по швам, рассыпаются на мелкие осколки под сладким грубым натиском чужого тела, кожи и дыхания. Мой мозг жадно впитывает каждое прикосновение, каждый участок этого большого организма, каждое движение и действие, прописывающих на мне сложнейшие коды доступа для одного единственного пользователя.
И это уже не взрыв сверхновой. Это взрыв ВСЕЙ вселенной, вспышка мгновенной смерти и зарождение нового абсолюта!..
Его рот накрывает мои раскрытые от удивления губки. Холодная стена впивается в спину, затылок и ягодицы, горячее твёрдое тело в мою грудь, живот и бёдра. Не успеваю поднять рук, он перехватывает их знакомым жестом, переплетая свои пальцы с моими, заводя ладони к моей голове, прижимая своими локтями к холодному камню. Не успеваю опомниться, только ощущаю его горячий язык у себя во рту, ворвавшийся в мои глубины без единого сопротивления с моей стороны. Его бедро протискивается меж моих ног, раздвигая и освобождая доступ к скрытой промежности. Всего несколько толчков языка Дэна у меня во рту, и моя вагина начинает пульсировать от резких приливов крови, половые губы наливаться и стенать под внутренним и внешним давлением. Чужая твёрдая и упругая плоть покрывает и вжимается в чувствительные точки скрытой под тканью бриджей вульвы. Сладкая боль отдаётся по всем нервным окончаниям в моей коже и вырывается несдержанным стоном из горла. Возбуждение нарастает и крушит всё на своём пути подобно смертельному урагану. Сколько прошло секунд, десять или меньше? А меня УЖЕ пробрало до самых костей, сдавливая нервы внутри костей этой мучительной болезненной эйфорией.
Тону в жадном бесстыдном поцелуе, больше напоминающим откровенное совокупление губ и языка Дэниэла с моим ртом. Мысли вместе с мозгами плавятся в этом кипящем безумии, разрываясь и бесследно испаряясь под этим сладким натиском насильственного влажного скольжения, обжигающих порций чужого дыхания и давления упругих гладких губ. Чёрт, чёрт, чёрт!
Хочу обнять его, обвить, слиться с ним сильней чем когда бы то ни было и не только из-за перевозбуждения. От солнечного сплетения медленно расползаются щупальца новой, более опасной чёрной дыры! Захватывая участок за участком моего смертного бренного тела. Вместе с кратковременной вспышкой радости, на сознание обрушивается взрывная волна холодной действительности и страха.
