Однако бунтовщики, как убедился Кавашима за время своего месячного перелета с 26 Драконис, должны быть именно здесь.
Бортовой ИИ «Донрю», мгновенно отсортировав поток данных, вычленил из них те, что представляли для командования наибольший интерес, и, снабдив их соответствующими обобщениями, выдал Кавашиме. Излучение нейтрино исходило от нескольких источников, все они были сосредоточены либо на орбите Геракла, либо на самой его поверхности. Орбитальные источники имели показатели, соответствующие примерно десяти-пятнадцати бортовым установкам, действовавшим на низкой мощности, плюс еще довольно много мелких… Картина эта полностью совпадала с числом угнанных с Дайкоку кораблей. А тот факт, что источники на поверхности планеты группировались плотнее, поскольку мощность каждого из них по отдельности была значительно меньше, говорил о наличии подразделений «Шагающих» или каких-нибудь летающих средств, часть которых, вполне вероятно, могла базироваться на борту крупных кораблей.
Короче говоря, он сумел обнаружить бунтовщиков.
– Капитан Обаяши, – призвал Кавашима по линии оперативной цефлинк-связи.
– Слушаю вас, чуджо-сан! – Гоничи Обаяши был старшим офицером на «Донрю», командиром флагманского корабля Кавашимы, если пользоваться терминологией далекой поры мореплавания. Знающий свое дело, расторопный, дисциплинированный офицер, с прекрасным послужным списком, он командовал крейсером во время экспедиции на Алию и в качестве поощрения получил под свое командование «Донрю».
– Мы осуществляем «Маневр Ногучи». Прощу вас, займитесь соответствующей подготовкой.
– Но… – начал Обаяши, и Кавашима уже понял, что тот собирается возражать. – Сэр, такой рискованный маневр может возыметь печальные…
– Пожалуйста, займитесь подготовкой к «Маневру Ногучи», Обаяши-сан. – В голосе адмирала слышались металлические нотки. – Сделайте одолжение.
Возникла пауза. Крохотная, едва заметная, но пауза.
– Есть! Через несколько секунд программа будет запущена.
– Поставьте меня в известность, когда будете готовы. И передайте приказ остальным кораблям эскадры. Мы отправимся все вместе.
Ногучи – так звали одного мага в области математики. Кое-кто даже отваживался называть его современным Эйнштейном. Он жил и творил на Цукиноши, на земной Луне. Уравнения Ногучи представляли собой комплекс вариабельных полевых матриц, позволявших бортовому ИИ более точно рассчитывать эффекты влияния кривых близкого пространства на особые Точки находившихся на орбите кораблей и устанавливать их с большей точностью. А на практике они позволяли военным кораблям входить и выходить из «Божественного океана» на большее расстояние внутри диапазона комплекса источников гравитации внутренней планетарной системы, чем это когда-либо было возможно.
Капитаны кораблей, в особенности, наиболее консервативная их часть, до сих пор отказывались заводить свои огромные и дорогостоящие единицы в «Божественный океан» ближе одной-двух астрономических единиц к звезде, уравнения Ногучи были, как говорится, не «защищены от дурака». Несколько кораблей бесследно исчезли во время этих экспериментов, проводимых по новым программам, и комплексные многозвездные системы, такие как, например, 26 Драконис, намного увеличивали шанс катастрофы и даже делали ее весьма вероятной.
Мю Геркулеса в этом отношении была системой попроще – звездные компоненты В и С были малыми и удаленными, да и Геракл, в отличие от Новой Америки, своим естественным спутником не обладал.
Таким образом, если Кавашима поведет свою эскадру внутрь планетной системы обычным путем, то пройдет еще добрых несколько дней, пока они достигнут орбиты Геракла. Бунтовщики – он уже проверил свое собственные прикидки по времени и сравнил их с навигационными данными ИИ – будут рассчитывать на то, что, если они явятся, то явятся минут этак через триста, а к тому времени, как эскадра прибудет на планету, их там уже и в помине не будет – они уже уйдут из системы на четырех G, если не быстрее.
А вот если бы ему удалось подскочить к ним как можно ближе сейчас, до того, как его собственный корабль своим инверсионным следом нейтрино взбудоражит бунтовщиков, вот тогда эскадра «Цветок сакуры» действительно свалится на них как снег на голову.
И ради того, чтобы устроить этому Камерону и остальным его сообщникам такой сюрприз, стоило рискнуть. Кавашиме эти люди были необходимы, ему было необходимо поставить точку на этой так называемой революции, раз и навсегда закрыть эту тему. Конечно, отдельные вспышки неповиновения будут еще продолжаться и на Новой Америке, однако, если лидеры бунтовщиков будут мертвы или психика их будет соответствующим образом преобразована, после чего они превратятся просто в марионеток, управляемых веревочками, то не будет ни конфедераций, ни восстаний.
По своему цефлинку Кавашима слышал, как с корабля на корабль перетекали данные и приказы, звучали отрывистые слова заверений в том, что приказы приняты к выполнению, что данные получены – на бортах всех кораблей специальные системы внутреннего контроля работали сейчас по единой программе.
– Внимание, эскадре «Цветок сакуры» слушать боевой приказ! – скомандовал адмирал Кавашима. – Кораблям «Мотидуку», «Оборо», «Амагири», «Томодуру», – перечислил он названия четырех кораблей. – Вы отправляетесь вместе на одинаковой скорости и одинаковым курсом в четырехмерное поле. В вашу задачу входит поиск кораблей, по каким-либо причинам отбившихся от своих соединений, а также поврежденных, которым удалось проскользнуть через нашу заградительную сеть. – После того, как с бортов перечисленных им кораблей поступили подтверждения, Кавашима продолжил: – Остальные отправляются со мной. Мы выскочим из ниоткуда и расправимся с этими бунтовщиками, позорящими имя и честь Императора Дай Нихон! Банзай! Банзай!
Восторженные крики все еще продолжали греметь в системе оперативной цефлинк-связи, когда адмирал Кавашима уже отдавал ментальный приказ. Одиннадцать тяжелых кораблей Императорского флота и восемь фрегатов и корветов, все как один исчезли из обычного пространства.
«БОЕВАЯ ТРЕВОГА! БОЕВАЯ ТРЕВОГА! ВСЕ ПО МЕСТАМ!», раздавшийся по цефлинк-связи призыв вырвал Катю из состояния задумчивости. Она была не на дежурстве и решила выделить немного времени для прогулки в окрестностях базы у горы Маунт-Атос. Отыскав обломок скалы, она уселась над тем местом, которое когда-то было полуостровом АВГИЯ.
Прошло уже три дня. Дэв, наверное, все же погиб.
Она нащупала коммуникатор и, достав его, подсоединила к правому височному разъему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
