Новеньким была отдана одна из больших пещер. Она находилась достаточно далеко от входа, но в ней все равно было холодно.
Новые жильцы пещер, подсмотрев принцип шалаша шамана, оперативно построили и себе нечто подобное. А Елена озаботилась тем, чтобы их костер всегда горел.
Что они заметят магию, она не боялась. Люди все равно уже предполагали нечто подобное. И надо отдать им должное – спустя время они больше не вздрагивали, когда Медведь оказывался рядом, и не отшатывались от него, как от чумы.
Люди были искренне поражены тем, что пещера оказалась не одна. Сначала они думали, что всем придется ютиться на маленьком пространстве, и это не радовало. Но после известия, что пещера не одна, их настроение улучшилось.
Еще более воодушевленными они стали, когда увидели обширные запасы еды.
Глядя на всевозможные травы (их можно есть?) и наготовленное впрок вкусно пахнущее мясо, люди не могли понять, почему не делали чего-то подобного ранее.
Первым делом Лена погнала всех в баню.
Она ненавидела протухший запах пота, которым несло от пришедших.
Те поначалу не выказали воодушевления при мысли, что придется окунаться в воду посреди зимы, но подчинились, понимая, что не они в этом месте хозяева.
Зато потом, после первой пробы, люди выглядели так, словно рай сошел с небес и открыл для них свои массивные врата.
Однозначно, баня всем пришлась по душе.
Еды в этот раз ушло гораздо больше, чем обычно. Ничего удивительного, ведь вместо двух мужчин (пусть и очень прожорливых) пришлось кормить еще десять взрослых человек и семь маленьких детей, аппетит которых был ничуть не меньше, чем у их родителей.
Елена Николаевна вздыхала, горестно глядя, как стремительно пустеет один из холодильников. Не было никаких сомнений, что мужчинам вскоре придется снова идти на охоту.
За ужином люди с изумлением смотрели на непонятные вещи, из которых им предлагали есть. Шаман, к этому моменту уже научившийся ловко управляться с чашкой и ложкой, самодовольно хлебал густой суп, глядя на соплеменников взглядом, полным превосходства.
Больше всего подобный способ приема пищи понравился детям. Лена была уверена, что чуть позже они примутся сопротивляться новым правилам, но в самом начале дети охотно повторяли за шаманом, который взялся учить остальных, как правильно держать ложку, чтобы попадать едой именно туда, куда надо.
Взрослые люди были удивлены и заинтересованы, но после, когда у них не получилось совладать с самым простым столовым прибором, они решили действовать так, как привыкли.
– В следующий раз никакой еды, – предупредила Елена, стараясь не смотреть, как один из мужчин зачерпнул густой суп из чашки рукой. Это была не слишком приятная картина. Хорошо еще, после бани руки были относительно чистыми.
Ей пришлось несколько раз доносить до людей, что именно она от них хочет. Те тихо возмущались, не понимая причин такой принципиальности, но в конечном итоге им пришлось смириться.
Елена Николаевна только и могла, что вздохнуть. Кто бы подумал, что сложнее будет вовсе не с детьми, а со взрослыми. С другой стороны, в этом не было ничего удивительного, учитывая, что у взрослых уже сформировались привычки, переломить которые непросто.
Ночью, когда все угомонились и разошлись по своим лежанкам, Лена подкатилась к Медведю (его кровать они соединили и расширили, чтобы было удобно спать вдвоем).
– Мы пойдем туда или будем ждать, когда они придут к нам? – прошептала она, хмурясь.
Медведь задумался. Он не знал ответа на этот вопрос. Раньше ему не приходилось убивать людей. Он только охотился, да и то без каких-либо хитростей.
Следует ли взять все в свои руки и действовать сейчас решительно? Или затаиться и подготовиться?
Лично ему проще было пойти сейчас. Он вряд ли мог ждать. Да и не хотелось, чтобы его бывшие соплеменники пострадали. Пусть, по словам шамана, чужаки не станут убивать людей до весны, но кто знает, что еще, кроме убийства, они могут сделать.
– Мы можем нарыть волчьих ям по периметру, – горячо зашептала Елена. – А еще можно сделать луки. С их помощью очень удобно убивать на расстоянии. И копья. Копья вообще давно пора придумать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Медведь переспросил ее, что значат те или иные слова, и после объяснений все понял. В памяти Ивейна имелись такие вещи, просто назывались по-другому.
– Мне проще сходить самому, – прогудел Медведь, притягивая жену к себе и целуя ее сначала в висок, а потом в уголок губ.
– Нет, – твердо произнесла Лена, упираясь руками в могучую грудь. Не сказать, что ее сопротивление что-то значило, все-таки силы были несоизмеримы, но жеста хватило, чтобы Медведь остановился. – Их много. Я думаю, не меньше тридцати. Даже тебе будет сложно справиться со всеми разом.
– Магия, – напомнил он, улыбнувшись. Ему нравилось, что жена так сильно беспокоится о нем.
Он откровенно залюбовался тем, как светлые глаза Лены распахнулись в осознании, а аккуратный рот приоткрылся. Медведь не сдержался. Наклонившись, он все-таки поцеловал жену и навалился сверху.
Глава 38
Буба первая заметила, что части племени нет. Она и на мгновение не подумала промолчать. С чего бы? Ей было интересно, куда делись люди посреди зимы.
Зохар передал сообщение лидеру группы.
Мужчина, услышав новость, разозлился. Да так сильно, что не сдержал своего кровожадного характера, ударил Зохара, словно тот был виноват в случившемся.
Зохар не стерпел подобного отношения. Он был гордым человеком и удар от лидера воспринял как унижение.
– Пожалеешь, – прорычал мужчина и, сжав кулаки, кинулся на главаря, намереваясь убить.
Его противник был только рад сбросить напряжение.
Он сам установил правила, что до весны они не будут ни убивать, ни насиловать.
Привыкший делать все, что вздумается, главарь, закованный в рамки собственных ограничений, обычно к концу зимы едва не выл от напряжения, которое не находило выхода. Зато после как сладко было убивать и калечить.
И вот сейчас ему предоставлялась прекрасная возможность снять копившееся внутри раздражение.
Убивать Зохара лидер не собирался, все-таки тот был отличным дополнением к команде, но изрядно поколотить, в который раз показав свою силу и власть, лидер был очень рад.
Драка завязалась нешуточная. Оба мужчины были чрезвычайно сильными и свирепыми. Ни один не желал проигрывать, ведь на кону стояла гордость.
Буба, наблюдая, как ее новый муж дерется, едва не поскуливала от накатившего возбуждения. Она ненавидела Зохара из-за того, что тот иной раз бил ее, но не могла не отдать ему должное.
Иногда она думала, что Брох в разы лучше, но, стоило вспомнить, как тот прижимал к себе руку новой жены, Буба готова была вернуться в прежнее племя, чтобы выцарапать глаза мерзкой женщине, возомнившей, что может касаться того, кто когда-то принадлежал Бубе.
Жаль, что она не могла убить ее, как Шою. Вот уж с кем проблем не было. Впрочем, как и с первой женой Ктора. Та тоже была мягкой и податливой. Только с Дахой, ненавистной Дахой почему-то не получилось. А ведь Буба очень старалась.
Впрочем, подумала она, смысла вспоминать Даху не было. Она вместе с тем замечательным мужчиной, вероятнее всего, давно уже мертва.
Лидер не зря занимал свое место. Ему удалось одолеть Зохара. С трудом, но он справился, за что получил от Бубы страстный взгляд.
Зохар заметил это и сразу дал жене понять, что не стоит смотреть на других мужчин. Он был зол из-за проигрыша, так что Бубе пришлось несладко.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда все немного успокоилось, лидер принялся допытывать у оставшихся людей, куда могли подеваться их соплеменники.
Те, напуганные дикой дракой, даже не думали что-то скрывать.
– Не охота, – дрожащим голосом произнес один из старейшин. – Жены. Дети. Все ушли.
Лидер скрипнул зубами. Ему хотелось достать беглецов и прямо на месте свернуть им шеи. Повеселиться он мог и после. Какая разница, живое тело или мертвое.
