— Интересно, а ему что тогда от тебя потребовалось, если у него самого хорошее оружие есть? — У меня снова разгорелось любопытство, хоть и чувствовал, что оно тут скорее лишнее.
— Извини, — немного смутился торговец, — это тайна сделки! Дабы тебе лучше думалось, я цену на гранаты к подствольнику ещё на пятёрку скину, если согласишься с моим предложением.
— Ладно, считай — уговорил, меняемся, — решил не пытаться вытянуть чужие секреты, и попробовал узнать что–то более важное для себя: — А теперь расскажи, какие калибры и патроны актуальны в русских землях. Только честно, а то ты постоянно норовишь побольше всего мне сразу продать, — широко улыбнулся, показывая, что прекрасно вижу все его уловки.
— Ты хочешь знать, что выпускает Демидовск? — Пожал плечами хозяин магазина.
— Да, кое–что уже видел, но хочется знать точнее.
— В Демидовске производят практически все основные автоматные и пулемётные калибры — 5,56 ремингтон, русский 5,45 и 7,62 как русские, так и НАТО. Пистолетные патроны выпускают, но ассортимент мал, только самые ходовые 9Х19 и ещё сорок пятый калибр. Это из того, что знаю, сюда их никто не везёт, а то бы я сам брал их на реализацию. Цены на всё в три–четыре раза ниже, чем здесь. Качество вполне нормальное, правда используемые пороха не очень годятся для распространённых американцев, нагара больше чем у идущих «из–за ленточки». Впрочем, для тех, кому не лень лишний раз почистить оружие, это не проблема при такой разнице в цене. Однако в Демидовске не выпускают снайперских и специальных пистолетных патронов, потому бери у меня, дам скидку, если очень нужно, там гарантированно сильно дороже будет.
Немного задумался над его словами. Вроде бы всё очевидно, я бы на месте здешних промышленников–оружейников именно так бы и делал, то есть выпускал самое распространённое в расчёте на количество, давил бы ценой при вполне умеренном качестве. А выпускать всякую редкую «экзотику» просто нерентабельно при наличии поставок «из–за ленточки», несмотря на все торговые накрутки многочисленных посредников.
— Могут пригодиться разве что снайперские 7,62Х51, пару сотен в запас возьму, остальное у меня есть. Ещё могу сменять тысячу 5,56 на русские 7,62, — ответил ему, подсчитывая в уме расход патронов на тренировки и возможность замены снайперских патронов имеющимися у меня в большом количестве пулемётными. — Нет, давай не две сотни снайперских, а четыре, пусть валяются, — решил я, даже не советуясь со своей жабой, ибо денег теперь более чем достаточно, а освоить снайперку надо бы и получше, особенно на дальних дистанциях.
— Бери тогда сразу пять сотен, с дополнительной скидкой чуть дороже четырёх получится, — торговец был в своём привычном амплуа.
— Хорошо, давай, умеешь ты убалтывать наивных простаков, — насмешливо фыркнул в ответ на его предложение.
— Может ещё что нужно? Скидка на всё двадцать процентов, — широко улыбнулся он.
— Пожалуй нет, разве что ещё один такой же шлем, как я брал раньше. Мой тут немного пострадал… — поведал ему об одном прискорбном событии.
Хотя мене и достался хороший новый шлем в трофеях, решил иметь ещё один на всякий случай. В крайнем случае Лизу тоже стоит полностью экипировать как бойца, а значит относительно лёгкий и надёжный шлем весьма кстати.
— Если хочешь, всего за пару сотен, я его тебе на новый поменяю, — озадачил меня хозяин магазина, когда мы выбрались из склада в торговый зал с тяжелым оружейным ящиком в руках.
— Годится, — легко согласился с таким выгодным предложением.
Оттащил ящик с оружием в грузовик и принёс в две ходки то, что пошло на обмен. Пару М16А3 оставил себе на всякий случай, в другом месте продам, ещё ода пошла в обмен на патроны, шлем и кое–что по мелочи типа оружейной смазки и наборов инструментов для ремонта и обслуживания оружия. Также на витрине обнаружился отдельно продающийся кронштейн с ремнями для крепления ноктовизора на шлем, которого мне так сильно не хватало. Едва закончил грузиться, зазвонил мой сотовый телефон.
— Слушаю, — сказал я в трубку.
— Это Джек, — ответила она, — подъезжай сейчас к банку, уладим все необходимые формальности, если ты ещё не всё позабыл.
— Не забыл, жди минут через пятнадцать, я здесь рядом, в оружейном магазине, — ответил ему.
— Где же тебя ещё искать, раз дома нет — значит в оружейном засел, — рассмеялся Джек и прервал связь.
В этот раз формальности заняли неожиданно много времени. Если с премией за убитых бандитов разобрались всего за полчаса, то оформление опекунства над Элизабет отняло почти два часа. Хорошо хоть ехать за ней для подтверждения её личного согласия не потребовалось, хватило моего слова и подтверждения Джека, как представителя Патруля. Я подписал кучу разных бумаг, и ответил на множество вопросов, возникших у служащего Ордена, занимавшегося моим делом. В результате выяснилось, что у погибших родителей девочки был дом, купленный в кредит, и часть кредита ими уже выплачена. Я не собирался записывать этот дом на себя и продолжать выплаты, впрочем, оставшаяся сумма оказалась относительно небольшой, всего двенадцать тысяч экю, и я мог сразу погасить его, что мне и посоветовал сделать Джек. Ибо этот дом, свободный от закладной орденского банка, можно быстро продать в течение одного дня, если не стараться получить его полную цену, и не ждать, пока банк самостоятельно реализует его на ежемесячном аукционе, положив полученные деньги за вычетом остатка кредита на Лизин счёт. Этим счётом, я, как её опекун, практически не смогу пользоваться, лишь потратить деньги на покупку нашего совместного дома где–либо в другом месте, опять же через орденский банк. Мой вариант решения вопроса был не очень корректным, однако вполне законным из–за особенностей местного законодательства, позволяющего опекуну полностью распоряжаться имуществом ребёнка, в отличие от денег. На счёт девочки перешли деньги со счетов её родителей, так что к своему совершеннолетию у неё соберётся весьма заметная сумма, которой она сможет распорядиться по своему усмотрению.
— Что планируешь делать дальше? — Спросил Джек, когда закончив возится с бумагами и формальностями, мы вышли к машинам.
— Завтра вечером отплываю, уже обо всём договорился, — рассказал ему свои планы.
— Значит не хочешь оставаться, так? — Переспросил он меня.
— Нет, чувствую, если останусь, то обязательно случится какая–то беда, такое со мной уже бывало, — отрицательно покачал головой с очень серьёзным выражением лица. — Даже не уговаривай, ни на какие золотые горы больше не соглашусь.
— Возможно ты правильно делаешь, тут к тебе слишком много лишнего внимания кое–кто проявлять стал, это не очень хорошо, хотя уехать — это и не самый лучший выход для тебя… — несмотря на замаскированную попытку уговорить меня остаться, Джек лишь подтвердил возникшие опасения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
