нашем доке. Тогда Зимин отправит людей на усиление, а людей у него не так много.
— Кэп, мы попадем на огромные расходы, — Стелла стала загибать пальцы, — ремонт всей аппаратуры в доке — это раз. Лечение тех, у кого сгорят импланты — это два. Три — это штраф за стрельбу, тут ты прав, Госпожу не убьют. Глазом не успеем моргнуть, останемся без воды.
Алекса грациозно подошла к Стелле, приобняв ее сзади, промурлыкала на ушко:
— Хорошая девочка! Этой ночью милость твоей Богини даст тебе награду… или накажет!
Стелла пыталась что-то сказать, но не смогла, ее губы дрожали.
— Как мы объясним запуск варп-двигателя в режиме мерцания? — пальчики Алексы пробежались по щеке Стеллы, затем по подбородку и спустились до горла.
— У нас есть универсальное и непроверяемое объяснение: сбой в варпе.
— Именно в данном случае оно вызывает подозрение. Спорадические флуктуации в работе двигателя должны нас привести в иное место. Но мы появились точно на вершине бархана, — Алекса продолжала гладить горло и шею Стеллы, слегка выпуская свои коготочки, что оставляло следы на коже.
— А что, если… — начала говорить Стелла, но замолчала, пальчики Алексы слегка сдавили ей гортань.
— Говори, мы тебя слушаем.
— Мой господин, двигатель мог получить дефект от вспышки на звезде.
— Да, такой эффект возможен. Но вспышка на звезде — это, знаешь ли, очень редкое явление.
— Разве? Я видела одну такую на маленькой звезде, пока вы разговаривали с диспетчером станции, мой господин. Я люблю смотреть на звезды…
Алекса резко прекратила заигрывания, в один прыжок достигла своего ложемента, что было легко в условиях нулевой гравитации. Открыв программу управления бортовым телескопом, вывела запись последних часов наблюдения, которая до сих пор хранилась в буфере. Быстро найдя нужный эпизод, вывела на большой экран: между звездами была заметна газовая туманность, а на самом диске звезды на несколько секунд появилось, распустилось и постепенно растворилось белое пятно.
Центральная звезда системы называлась Эпсилон Индейца А. Буква А означала, что в системе есть и другие звезды, их было две: B и C. Обе являлись коричневыми карликами, а значит неинтересными звездами. Таких больше всего во вселенной, они тускло светят, в их ядре идет слабая реакция горения, рядом с ними практически никогда не бывает планет и интересных объектов. Когда Творцу стало скучно — он зевнул и в этот момент возникли коричневые карлики, так говорят космианцы. То, что запечатлел телескоп корабля, происходить с подобными звездами не могло никогда, по определению.
Коричневые карлики не одинаковы. Эпсилон Индейца B относился к классу М, он большой и яркий, насколько эти убогие недозвезды вообще могут быть яркими. От звезды вуалью тянулась газовая туманность в сторону звезды С. Рядом с ней эта туманность сворачивалась в узкое кольцо, которое опоясывало звезду наподобие колец Сатурна, газ туманности постепенно падал на нее. Водород от звезды В перетекал к звезде С. Вторая была гораздо более мелким карликом, класса Т, и, судя по съемкам телескопа, она получала водород. Чем это закончится, все прекрасно понимали.
— Она взорвется.
***
Вызов от капитана Клондайка застал Гордона Фримена в постели, посреди сна, хотя было время обеда. Вначале он пытался отмахнуться, но сигнал не давал себя закрыть и проникал даже сквозь режим «Не беспокоить». Пришлось проснуться.
— Гранда инфинити! Синклер, у тебя что, взрыв сверхновой случился?
— Ты не поверишь, Гордон, но да, именно он. Еще не случился, но вот-вот бабахнет. Так что, будь любезен, оторви свою задницу от постели и тащи ее в кают-компанию. Немедленно!
Гордон потряс головой, прогоняя остатки сна, затем пошел умываться. Ученая степень в планетологии подразумевала познания и в прикладной астрофизике, поэтому доктор Фримен прекрасно знал, что сверхновые просто так не взрываются. Ближайший кандидат располагается в созвездии Лебедя, 150 световых лет… вряд ли капитана заинтересовала столь далекая звезда. Даже освоив прыжки через варп, люди смогли посещать звездные системы в радиусе 10-15 световых лет, не более. О путешествиях на сотни и тысячи — не могло быть и речи. Человечество двигалось крохотными шажочками, осваивая свой уголок галактики.
В кают-компании находились: капитан, полковник Зимин, сотрудники лаборатории планетологии, а диван в углу занимали доктор Генри Джонс и Капитан корабля «Ухмылка Гермеса» Альба Крит.
Гордон Фримен, в первую очередь, пожал руку доктору Джонсу, в его глазах он был самым талантливым ученым среди собравшихся, затем раскланялся со своей бывшей студенткой, Альбой. И, наконец, поздоровался с капитаном и полковником, а в конце — с сотрудниками своей лаборатории. Их было двое: Филипп Картер и Мэри Энн Элис, третья отправилась на «Черной птице» исследовать планету-джунгли.
— Доктор Фримен, благодарю что нашли время, — в голосе капитана слышался скрытый упрек, — полковник, прошу ввести в курс дела.
— Дамы и господа, четыре часа назад из варпа вышла «Милость богини Кали», на корабле множество поломок и отказ части систем, но это не имеет отношение к делу.
— А что имеет? — буркнул Гордон. Это был ответ капитану: «уважаемых людей разбудили, чтобы рассказать об очередной аварии в варпе?».
— Примерно через час с корабля была передана телеметрия главного бортового телескопа. Прошу внимания.
Экран возник в профиле всех присутствующих, а на нем — кадры телеметрии и пояснительные надписи.
— Любопытно. Внешне выглядит, как типичная будущая сверхновая первого типа, — задумчиво произнес Филипп Картер.
— Вы правы, коллега, — согласился Гордон, разглядывая запись, — водород с большей звезды перетекает в точку Лагранжа, далее попадает в аккреционный диск меньшей. Интересно, почему не наоборот?
— Доктор Фримен, позволю обратить внимание, что меньшая звезда гораздо более массивная, а значит — более плотная. Косвенно это подтверждается скоростью ее вращения.
— Да, разумеется. Вспышки нам говорят, что коронарная область уже насыщена критической массой газа, и вскоре последует общий взрыв.
— Она взорвется? — голос капитана Доусона был мрачен.
— Разумеется, капитан. Абсолютно все на это указывает.
— И как скоро?
— Оу, точной прогноз дать невозможно, — Гордон жестикулировал и улыбался, — исходя из предоставленных данных, я бы поставил на отрезок времени от 2 до 20 часов.
— Так быстро??? Что же нам делать?
— Нам? Ничего.
Повисла тишина… ее вскоре нарушил полковник Зимин:
— Уважаемый профессор…
(Фримен и Джонс слегка поморщились, это звание следовало использовать по отношению к ученым, ведущим преподавательскую деятельность, а доктор Фримен подобной работой не занимался. Но, комиссар
