class="p1">● Ответчик: экипаж корабля Вольного флота «Солнечная виверна», в следующем составе: Капитан Рейна Либеро, навигатор Каррита Лекст, механик Зорианна Чараш-Уруг, биолог Диана Бишоп.
Заседание проходило в капитанской кают-компании, на четвертой палубе. Хотя заседанием это назвать было сложно — во главе стола сидела Кэссиди Вектор, которая громко зачитывала казенные фразы. Экипаж Виверны занял угловой диван в дальней части кают-компании. Девушки шушукались, изредка хихикали, вспоминая спектакль, устроенный Цао-Цао, и, в целом, были в хорошем настроении. Все, кроме их Капитана. Она понимала, что аргументы стоят на зыбком песке[1], было совершенно не понятно, на что рассчитывать. Одна надежда на копоратов, которые также тут присутствовали.
Хакон Стейнссон сидел поодаль и один, справа от Рейны. Искин-контролер сделал для него теплый угол. А вот Эмили и вовсе вела себя как на вечеринке: сразу прошла к бару, где обитали полковник Грегор Зимин и капитан Синклер Доусон. Происходящее их, казалось, совсем не интересует. Из бара был извлечен коньяк, лимон и шоколад, капитан наливал себе и полковнику на два пальца в тот момент, когда подошла Эмили. Ни слова не говоря, она также взяла бокал и протянула капитану. Тот хмыкнул, но налил и ей, а затем задал вопрос:
— Вы, вообще, на что надеетесь?
— Я, капитан, надеюсь во-о-от на тот кусочек шоколада.
Доусон пододвинул блюдце в сторону Эмили.
— Уверен, что твой адвокат держит в рукаве разрешительные лицензии на все, что угодно. Но договор, подписанный задним числом, не признает ни один искин-контролер.
— Раз так, то вы не будете против, если наш искин подключится младшим контролером?
— Вы понимаете, что теряете право на апелляцию?
— Понимаем.
— Ну, если ты сама об этом просишь, то почему бы и нет? Согласен.
Кэссиди Вектор продолжала зачитывать положенные пункты и параграфы:
— Контролером данного трибунала будет искин-контролер станции Клондайк — ИРка-14.
В профиле всех присутствующих появился аватар искина, который с этого момента записывал и анализировал все происходящее. Аватар был в виде девочки-подростка, в белой блузке, клетчатой юбке до колен, белых гольфах, также до колен, и с огромными бантами на голове.
— Есть предложения или замечания по составу трибунала?
— Да, мисс Вектор, есть предложение, — по сценарию данного спектакля у Рейны Либеро была всего одна фраза, произнести ее следовало именно в этот момент, — корабль был зафрахтован, поэтому, согласно Космическому праву, я хочу передать роль ответчика владельцу фрахта, а именно Исполнительному директору филиала корпорации Union Spacecraft Corporation, госпоже Эмили Хок.
— Принимаю, — подала голос Эмили, — и, в свою очередь, согласно Корпоративному праву, передаю роль ответчика моему адвокату Хакону Стейнссону.
Роль Эмили также была исполнена, всю остальную работу сделает Хакон. Он вылез из своего угла и уселся за центральный стол. Местные кресла были явно маловаты для его широкой кряжистой фигуры.
— Принято. Что-то еще? — Кэссиди окинула взглядом всех присутствующих.
— Полагаю, можем приступить, мисс Вектор, — голос Хакона был абсолютно спокоен, — вместо права на апелляцию мы желаем пригласить нашего искина Фабиус-Эпсилон в качестве младшего контролера.
Кэссиди Вектор обернулась и вопросительно взглянула на капитана, тот пожал плечами и кивнул.
— Не возражаем.
Аватар Фабиус-Эпсилона появился рядом с девочкой в гольфах, в виде седого старичка во фраке с бабочкой и пенсне.
— Полагаю, теперь вы должны объявить, в чем же нас обвиняют? — спросил Хакон.
— Вас обвиняют:
● первое: несанкционированный вылет в нарушении палубного регламента;
● второе: умышленное причинение материального ущерба;
● третье: намеренные действия, создавшие угрозу жизни людей;
● четвертое: ввоз контрабанды.
— За первые два обвинения предусмотрен штраф, — добавила Кэссиди после перечисления пунктов, — за третье — арест и отправка дела в уголовный суд сектора Гагарин, согласно станции приписки судна, за четвертое — конфискация корабля, груза и штраф.
— Понятно, — мистера Стейнссона ничуть не смутил список столь грозных обвинений, — прошу зафиксировать следующие документы: договор фрахта, полетное задание на проведения исследования, декларация о ввозе образцов исследования.
ИРка-14 подала знак, что документы получены. Компания у бара продолжала смаковать коньяк.
— Полагаю, штрафы за первые два пункта вас не особо пугают? — вполголоса, обращаясь к Эмили, спросил полковник Зимин.
— Ну почему, я должна увеличивать средства корпорации, а не уменьшать их. Но вы правы, мы не намерены сколь-нибудь серьезно их оспаривать.
Капитан вальяжно улыбнулся, пригубил коньяк, после чего высказал свое мнение:
— От уголовного суда вы, может, и отобьётесь, но вот корабль и груз я точно заберу.
— Все возможно, мистер Доусон.
Тем временем трибунал шел своим чередом. Мисс Вектор потребовала допроса Мозга «Солнечной виверны». Мистер Стейнссон заявил, что Мозг владеет информацией, принадлежащей корпорации, поэтому допрос должен проводить Фабиус-Эпсилон. Далее, 5-10 секунд ждали окончания допроса.
— Зачем вам корабль, мистер Доусон? Собираетесь уволиться с военной службы и уйти в Вольный флот?
— Все возможно, госпожа Хок. Но в первую очередь меня интересует не корабль, а груз. Отдайте его и всю сопутствующую информацию, тогда мы договоримся миром. Штрафы, разумеется, придется оплатить.
— Это просто геологические пробы, несколько ящиков с песком и камнями. Что в них такого важного?
Синклер уже было открыл рот, но быстро передумал, лицо переменилось и последующий ответ был максимально уклончив:
— Как капитан, я обязан жестко и публично пресекать любые, даже незначительные попытки контрабанды.
После допроса, мисс Вектор на основании данных, полученных от Мозга, потребовала отвод мистера Стейнссона ввиду того, что рассматриваемые события произошли ранее заключения договора фрахта, и, следовательно, он не может выступить ответчиком взамен экипажа. На что мистер Стейнссон, приобщил к делу еще одну доверенность, выданную аж 29 лет назад, в 2493 году. Согласно нее, корпорации USC могла представлять интересы корабля, где сочтет нужным (да, да, именно так написано в 411 пункте, 6-го раздела), на что послышись голоса недоумения со стороны дивана. Доверенность была выдана на полгода, с возможностью публичного объявления о продлении, что корпорация исправно делала все 29 лет в малом зале приемов офиса на Деймосе, и ни разу за это время не было зарегистрировано желания доверяемой стороны, а именно «Солнечной виверны», аннулировать данную доверенность. Мисс Вектор, с ехидцей в голосе уточнила, что, согласно этой доверенности, USC имеет право принимать какие угодно решения за экипаж «Виверны», в присутствии или отсутствии ее Капитана. На диване установилась мрачная тишина, затем яростное перешептывание, затем Капитан Либеро ответила, что да, это так, но у них появилось срочное дело
