доказано, назначен штраф и компенсация ущерба.
● Третье: намеренные действия, создавшие угрозу жизни людей — признано действие корпоративного права, иск перенаправлен корпорации USC.
● Четвертое: ввоз контрабанды — признано действие корпоративного права, однако, ввиду спорной ситуации, повлёкшей сбор трибунала, капитан станции Клондайк налагает арест на груз для расширенной таможенной проверки.
Именем закона Земной федерации, заседание судебного трибунала станции Клондайк-VI-626 объявляется закрытым.
***
Для передачи конфиденциальной информации использовали тайную комнату. Ее оборудовали проблесковым генератором и терминалом доступа к искину. Генератор был, по сути, ансиблем сверхмалой мощности, который давал 10-20 вспышек хаоса в секунду, с очень ограниченным радиусом, не более 2-3 метров. Он не способен передавать и отправлять информацию, а только наводить помехи, и был безопасным для человека. До сих пор не существовало технической возможности подглядывать и подслушивать сквозь эту завесу. Стоило такое оборудование безумно дорого, но в каждом филиале USC полагалось иметь как минимум одну тайную комнату. После окончания трибунала Эмили поспешила в нее для отправки отчета в А-офис.
«Не ври себе, моя дорогая, ты просто трусливо сбежала, чтобы не выслушивать обвинений от Рейны и ее девок.»
«Да, ну и что? Хакон и Одо вполне справятся, они что, женской истерики не видали? И вообще, пусть все успокоятся.»
«И все-таки, ты — трусиха!»
Примерно такие мысли посещали голову Эмили, пока она двигалась в офис. Под тайную комнату отвели четвёртый блок кабинет-каюта, который был не занят. В каюте расположили самого искин-контролера, его многочисленное оборудование и защиту. В кабинете — терминал и проблесковый генератор. Искин был подключен к терминалу самым обычным, старым как мир, оптоволоконным кабелем. Да, Удар Хаосом влиял и на кабель тоже, но, зная частоту и длительность вспышек, можно было отправлять информацию строго между ними. Таким образом, система приобретала дополнительную защиту от взлома: если не знать эту последовательность, то не знаешь, что является полезной информацией, а что — шумом Хаоса.
На столе перед терминалом лежал один из кристаллов, янтарно-желтый, и в структуре цвета были видны линии золотого орнамента, странно, что раньше их не заметили. Наверное, кто-то из ее сотрудников забыл его тут. «Какой же он тяжелый!», — Эмили намеревалась положить его в карман брюк, но передумала. Будет неловко, если в ответственный момент они с нее сползут. Отодвинув в сторону, она приступила к составлению отчета.
_____
[1] Марсианская поговорка, аналог: шито белыми нитками.
Глава 20. Сверхневозможная
— Клондайк, это «Милость богини Кали»! Терпим бедствие! Как слышите, прием.
— «Милость богини Кали», это Клондайк. Слышим вас, доложите статус.
— Нас поймала Вязкость. Маневровые двигатели рассинхронизированы. Маршевый двигатель вышел из строя. Бортовая электроника получила Удар Хаоса и не работает.
— Творец всемогущий! Вязкость, а потом еще и Удар Хаоса? Да вы — везунчики.
— Не то слово…
— Капитан Бхат, куда только смотрел твой навигатор?
Лицо Хасифа превратилось в маску яростного спокойствия. Вздохнув и выдохнув ровно четыре раза, он ответил ровным, но немного звенящим голосом:
— Навигатор в коме. Ее пришлось погрузить в глубокий сон. Требуется срочная помощь.
— Простите, Капитан Бхат, неудачная шутка. Готовим спасатель.
«Милость богини Кали», продолжая полет по инерции, в течение часа должна была покинуть зону бархана метрики. Полет был вне плоскости эклиптики, и корабль направлялся прямиком в открытый космос. Требовалось, чтобы кто-то взял его на буксир и пристыковал к станции. Обычно подобной работой занимались спасательные корабли, но именно в этот раз оба корабля были на вылете, о чем дежурный сообщил Капитану «Милость богини Кали».
— Вы предлагаете нам совершить первый естественный межзвездный полет? — мрачно поинтересовался Хасиф.
— Ни в коем случае, Капитан Бхат. Будет объявлена спасательная миссия, ожидайте.
Хасиф отключил канал связи, пока все шло по плану. К его ложементу подошла Алекса Вард, навигатор.
— Тебе поверили? — пальчики Алексы погрузились в угольно-черную шевелюру Капитана.
Тот, не глядя, кивнул.
— А зачем ты отправил меня в кому? — пальчики сомкнулись, схватив волосы. Хасифу было больно, но он молчал. Боль и наслаждение — то, что уготовано служителю Богини. Наслаждение ждало там, на станции, а вот боль сопровождала его постоянно. Был ли это путь искупления? Может быть, но он никуда не вел, многочисленные воззвания во время медитаций не давали ответа на этот вопрос. Богиня молчала.
— Скажи мне, милость моей Богини, как мне узнать путь?
— Ты же знаешь ответ, — пальчики разжались и продолжили гулять по шевелюре, — четыре испытания дает Богиня своему последователю, а затем открывает четыре пути.
— Эта грязная работа на корпоратов — последнее испытание?
— Это испытания Воли, Духа, Тела и Мудрости.
— В чем проявится Мудрость?
— К тебе явится воплощение Богини. Мудростью будет осознать это.
Хасиф долго молчал, пальчики навигатора массировали затылок и шею.
— Что ж, я понял тебя, милость моей Богини. Для начала завершим последнее испытание, — Хасиф включил внутреннюю связь, на экране появилась Вивиан Фэйт. Во время полета ей полагалось находиться в ложементе планетолога, но она, ожидаемо, оказалась в грузовом трюме. Планшет был подключен кабелем (какой анахронизм!) к контейнеру, занимавшему большую часть трюма.
— Решила проверить аппаратуру?
— Так точно, Кэп. Если курьер что-нибудь раздолбал по дороге, то мы не сможем выполнить работу.
Вивиан числилась планетологом, однако ее познания в данной науке начинались и заканчивались способностью визуально отличить планету от не-планеты. Талант девушки находился в совершенно иной области, она была Лоцманом!
Человечество 26-го века виртуозно управляло информацией. У каждого человека от рождения есть имплант, который в обиходе именовался профилем. Он формировал индивидуальную дополненную реальность и обеспечивал связь со всеобщей глобальной сетью, которая именовалась сферой. Каждый сегмент сферы (планета или станция) управлялся искином, основной задачей которого была бесшовная состыковка своего сегмента с иными. Проблема была в передаче данных в другие звездные системы по ансиблю (варп сопротивляется, как может): более 90% информационных пакетов доходили с фатальными искажениями или не доходили вовсе. В остальном, все было прекрасно, сфера была везде, где светила хоть одна лампочка, и это не фигура речи: осветительные приборы, все, без исключений, от уличных фонарей до индивидуальных лампочек в жилой капсуле, были ретрансляторами сферы. Даже ручные фонарики выполняли данную функцию. Светимость прибора можно убавить, или даже и вовсе выключить, но ретрансляция осуществлялась всегда. Информация летала вокруг людей, всюду, по воздуху и ее было огромное количество.
Наше богатое воображение попытается назвать это информационным морем…,
