— Никогда не думал, что песню можно разучить за ночь, — покачал я головой, чувствуя, что молчание — не самая лучшая модель поведения. Она согласно кивнула.
— Да, я тоже. Хотя нам помогло, что я знала эту песню. И знала итальянский.
— Если что — спела бы и на испанском, — предположил я. Ее высочество вновь кивнула.
— Разумеется. Пойдем, поможешь.
Она подошла к последнему ряду. Тут, незамеченные мною ввиду второстепенности, лежали различные вещи, включая сумки с каким-то реквизитом, а также, развешенное на спинке, аккуратно висело тончайшее, практически невесомое модное платье.
— Расстегни меня, — повернулась она спиной.
Я молча исполнил просьбу — расстегнул застежку концертного платья, в котором она все это время находилась. Застежка располагалась неудобно, в одиночку ее не расстегнуть. После чего она быстрыми ловкими движениями стянула платье с себя, небрежно отшвырнула в сторону и принялась надевать висящее на спинке. Делала она все быстро, не поворачиваясь ко мне, но готов поклясться, меня она абсолютно не стеснялась.
— У тебя есть девочки, — махнул я головой в сторону так и оставшейся сидеть в центре зала Оливии и еще двух бойцов первого кольца, равнодушно, даже с ленцой взирающих на происходящее. Видно, что-то подобное в духе ее высочества. — Обязательно стриптиз показывать?
— Хуан, во-первых, артист пола не имеет, — фыркнула она. Говорила ровным голосом, что как минимум подтверждало, что не собиралась этой просьбой заигрывать. Чистый функционал. — Во-вторых, они телохранители. Охрана. У них свои функции. Не было бы тебя — да, попросила бы. Но ты тут без дела сидишь. Не сломаешься!
Да не сломаюсь, конечно же. Наоборот, я всегда "за" помочь сеньорите. Несмотря на то, что ничего сверхъестественного продемонстрировано не было — красивая фигурка и шикарное нижнее белье, да и то вид сзади.
М-да, а фигурка у нее очень и очень даже ничего! За мыслями, что это инфанта как-то стало забываться, что она при этом очень красивая девушка. Совсем на меня не похоже. А все корпус, треклятый, виноват!
Наконец, она справилась с платьем и обернулась, задрав руки и поправляя волосы.
— Что-то не так?
Я отрицательно покачал головой.
— Знаешь, я тебя обманывал. Все это время.
Фрейя заинтересованно сузила глаза.
— Я боюсь. В смысле, менжую. В смысле, теряюсь. Ну… Того, что ты принцесса, — совершенно искренне выдал я. — Да, храбрюсь, и у меня получается…
Ее губы расплылись в понимающей покровительственной улыбке.
— Все нормально, Хуан. Я понимаю. Ты не первый.
Она протянула руку, коснулась ею моей.
— Я вижу, ты в душе неплохой. Хотя и пытаешься выдать себя за другого, эдакого циничного прожженного анархиста, не признающего законов и правил. Ты не такой. И… Спасибо тебе. За помощь!..
Ее губы растянулись в улыбке, и улыбка эта была искренней. Пожалуй, оно того стоило, все эти мучения, ТАКАЯ улыбка искупала все.
Я молчал, не зная, что говорить в ответ, молчала и она. Наконец, выдавила:
— Ничего не хочешь сказать?
А что тут говорить?
— Я, правда, две ночи искал ту песню, — произнес я. Откровенность на сокровенность. — Искал конкретно под тебя, под твою фактуру.
— Проедем, — вымученно скривилась она. — Все же хорошо закончилось!
— Еще не закончилось, — покачал головой. И, кажется, только сейчас в полной мере осознал, что сегодняшняя ночь не конец. И что в концерте я тоже участвую. И что коленки мои при этой мысли начинают мелко подрагивать.
Фрейя по моей смене настроения быстро все поняла.
— В первый раз, да?
Я кивнул.
— Я ведь и правда шел сюда, ни на что не надеясь. Знакомые услышали, как играю, и замолвили словечко. Сказав, чтобы во столько-то подошел туда-то туда-то, на прослушивание. И сразу сцена…
— Да, Бени мастер таких метаморфоз, — закивала она. — Значит, что-то в тебе разглядел. Он никогда не берется за провальные и середнячковые проекты. Даже если ему предлагают за это большие деньги и покровительство. Те, кого он находит, всегда люди достойные, хоть и незнатные.
— Прям, покраснею! — усмехнулся я.
Она тем временем закончила с укладкой одежды.
— Не стоит. Гоняет он так, что взвоешь. И проклянешь талант, на чем свет стоит. Не ты первый.
Вздох, и как итог:
— Хуан, главное не бойся. Не переживай. Это тоже экзамен, и суть его — ты должен быть расслаблен. У всех есть первая сцена, и тебе, можно сказать, повезло, что она ТАКАЯ. О, а вот и Бени…
— Буду стараться! — вытянулся и обернулся.
Дон Бернардо неспешно подошел и протянул мне две капсулы подозрительно знакомого вида.
— Стимуляторы?
Кивок.
— Не аптечные, "домашние". Военные. Мне такие пить не стоит, но у тебя организм молодой — выдержишь. Сейчас поедешь в Итальянский дворец, осмотришься, и начинайте распеваться. Вы первые выступаете, первые и прогоняетесь. Администратор и распорядитель будут там, все объяснят и расскажут.
— Ясно. — Я кивнул. — А вы?
Он пожал плечами.
— Подъеду позже. Там есть кому заниматься и без меня. И это… Проследи, чтобы парни перед выступлением не вздумали потреблять!
При этих словах ее высочество презрительно скривилась.
— Так точно, прослежу, — кивнул я.
— Тогда удачи. — Он пожал мне руку. — Готова? — Это уже Фрейе. — Тогда пошли. Кармен что-то нашла в четвертой костюмерной, надо посмотреть…
* * *
Хорошо выступать первыми. Вышел, отстрелялся — и свободен!..
…Девчонок в машине я разбудил. Спросонья мне сказали что-то нелестное, но прилежно отвезли к месту назначения, завалившись спать дальше.
Пацаны уже ждали меня. Начали с ними распеваться, пока не появился распорядитель и не погнал нас на сцену, на которой что-то делали рабочие — собирали, подключали, вешали. Везде царил шум, гам, ничего не было понятно. Все, как у Экклезиаста — суета сует. Человек, которого я заподозрил, как режиссера по звуку, что-то командовал, вначале рабочим, потом ассистентам, потом нам.
Подключили инструменты, настроили. Несколько минут подстраивали, и вновь звукорежиссер начал командовать — что-то не так. Когда звук пошел нормальный, сохранили его в памяти инструментов, отыграли свою вещь. Режиссер остался недоволен, начал спорить со звукорежиссером. Затем появился свет, нам пришлось отыграть снова, теперь со светом — с самого начала, выхода из-за занавеса. Самого занавеса при этом не было.
Звук несколько раз плыл, фонил. Вновь настройка. Потом рабочие что-то уронили, огромную и даже на вид тяжелую колонку…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
