— Кого? — хмуро сдвинула брови Софиан.
— Себя. За то, что в глубине души ты мне до сих пор неравнодушна.
Он резко обнял ее за лицо и хотел прижаться к ее губам, но застыл, осознав, что не хочет этого делать…или хочет, но это желание его раздражает. Но ее губы словно просились прижаться к ним. Он не находил в себе силы бороться с этим желанием. Он хотел их целовать.
А Софиан потрясенно застыла и словно утратила над собой контроль.
Он нашел в себе силы сдержаться и убрал руки с ее лица. Софиан сделала шаг назад и покачала головой.
— Петер…я…не люблю тебя…
Осколок от этих слов рассыпался по частям, и каждый их кусочек разлетелся и ненавистно впился в его плоть. Огонь страсти сменился огнем злости.
— Не хочу огорчать тебя, но я никогда не любила тебя. — тоскливо сказала Софиан. — Прости.
Петер не знал, что сказать и даже кивнуть не смог. А разочарование продолжало жгучим жаром разливаться по его телу.
— Мне нравится другой. — сказала она и огорчённо вздохнула. Петеру показалось, что она тоже была недовольна своему чувству.
— И кто? — любопытство взяло вверх, и он не выдержал соблазна не спросить.
Софиан задумчиво подняла голову к потолку.
— Парень с серыми глазами…Антон…
Петер хмуро сдвинул брови.
— Так он с Аней.
Софиан посмотрела на него, и парень заметил, как ехидно растянулись ее губы.
— Ненадолго…
— Что ты имеешь в виду?
— Неважно. — резко покачала головой Софиан. — Любовь не длится вечно. Однажды ее пыл потухнет, и вместо чувств наступит рутина.
— Я не уверен. — покачал головой Петер. — У них все серьезно. После победы они думают пожениться.
Эти слова взбесили Софиан.
— И они подходят друг другу.
«Ты ошибаешься… — мрачно думала девушка, нервно кусая губу. — Вы все ошибаетесь…»
Разочарование больно сдавливало ему горло. Петер вышел из ее комнаты, горько ощущая, как сильно был разбит услышанным. Петер злобно тряхнул головой. Эти чувства сделали его слабым и уязвимым. Надо вновь стать прежним целеустремлённым и хладнокровным. Он пошел в зал фехтования усердно тренироваться. Если им удастся победить Эрамгедона, он обязательно вернет власть династии Аридверских и станет править Главной Галактикой. Справедливость должна восторжествовать.
Глава 31
Ближе к вечеру Антон заметил, что все вокруг ходили либо нервные, либо чем-то приятно взволнованные. И парень не был этому удивлен: ведь завтра на Алатаре будет бал. Все к приезду певицы Наринэ подготавливались. Сатис забрала Аню в торговый центр за платьями. Софиан устремилась за ними. Парни сидели в столовой и вместе с Астором и Рональдо обсуждали план вылета, ведь после концерта и бала начнется их миссия. Глаза Леши горели восторгом, парню уже не терпелось отправиться в далекие миры за элементами. Его даже не беспокоил бал. Да о нем из парней никто особо не думал, бал казался тусклым пятном на фоне предстоящей захватывающей миссии. Только один Раит казался мрачным и натянуто улыбался, отмахиваясь, что просто не выспался.
Петер и Рональдо внимательно оглядели карту Аристарха и выстраивали маршрут, какая планета первой раскроет перед ними свои врата. Антон надеялся на Землю, Феодосий на Ксандерс, Петер голосовал за Нерлинею, а Рональдо настоял на Фериленде, который уже успел всех напугать.
— Вначале самое сложное, в конце простое. Так справимся быстрее.
Вечером Антон торопливо шел по коридору в комнату Ани, чтобы продолжить с ней тренировку дара. Но его ускоренный шаг внезапно застыл, когда за белоснежной отполированной дверью он услышал тихий женский плач. И голос был ему знаком.
Антон тихо подошел к двери, приоткрыл ее и увидел в полумрачном синем пустом помещении сидящую на полу Сатис. Девушка что-то прижимала к своей груди и горько плакала.
— Ты в порядке? — не выдержал Антон.
Сатис резко подскочила на ноги, уронив на пол то, что так трепетно прижимала к себе. Антон успел увидеть изображение белоснежной женщины. Но его взгляд не смог внимательно рассмотреть ее — Сатис быстро взяла фотографию в руки и недовольно прошипела:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Уйди отсюда, Чэдрил.
— Почему ты так меня называешь? — не понял парень. Уже второй раз произносит это имя.
Осознав, что из уст случайно вырвалось другое имя, Сатис нервно помотала головой и раздраженно фыркнула:
— Забудь. Иди по своим делам.
Ее глаза кипели злобой, но они продолжали тускнеть от некоего горя, сжимающего ей сердце.
— Сегодня ты весь день не в настроении…как и твой брат. Это из-за миссии или из-за концерта? — не понимающе спросил Антон, продолжая ровно стоять на ногах, несмотря на ее злобный отталкивающий взгляд.
— Какая тебе разница? — вспылила девушка.
— Нам предстоит долгий и опасный путь, и я хочу понять, что тебя так расстраивает, Сатис. — Антон старался, чтобы его голос звучал трепетно и в то же время осторожно. Но он хотел показать ей, что может ей помочь.
Сатис тяжело вздохнула, словно пыталась выдохнуть горе, травящее ее тело.
— Ладно, садись. Расскажу…
Антон присел, и девушка нерешительно заговорила:
— Я родом с планеты Ольдеина, из звездного скопления Плеяд. Моя настоящая мать — Селебрити была знаменитой певицей Ориона, отец — военнослужащим, у меня было восемь братьев.
От услышанного Антон удивленно проморгал. Значит, Солярия не ее родная мать? Подобные мысли у него в голове даже не возникали…хотя внешне они отличались кардинально. Но ему было привычно думать, что они родственники, но на самом деле это далеко не так.
— С детства я любила ходить на концерты моей мамы, она была моим кумиром. — поджатые губы девушки мечтательно улыбнулись, глаза ярко вспыхнули и устремились наверх. — Я мечтала стать такой же певицей, как и мама. Еще я хотела быть танцовщицей. Но, когда мне было сорок семь лет, мама погибла на музыкальном концерте во время теракта… — девушка судорожно вздохнула. — Я сама лишилась левой руки. — она мрачно покрутила свою кисть и быстро тряхнула ею. Антон с трудом сглотнул. Ее рука была не настоящей? — Руку мне восстановили, но душевную травму нет. — Сатис зачесала левой рукой упавшие на лоб пряди волос. — Отец запретил мне прикасаться к музыкальным инструментам, запретил танцевать и начал воспитывать меня, как мальчика, как остальных братьев. Я росла в суровой агрессивной атмосфере, училась драться и стрелять из оружия, меня возили на охоту и на стрельбу. — говорила она это без всякого удовольствия. В сухом голосе проносилась язвительная горечь. — Вскоре, когда мне исполнилось сто девяносто восемь лет, мою родную планету оккупировали репликанты с планеты Драко, и началась блокада. Во время бунта я потеряла отца. — девушка задумчиво уперлась локтями к своим коленкам и прижала открытые ладони к щекам. Ступни вытянулись и начали нервно дергаться. — Я голодала, на моих глазах умирали люди, меня воспитывали старшие братья, но и они пропали… Чтобы прокормить себя, я начала заниматься криминалом, грабила магазины и угоняла машины.
Антон охнул. Девушка злобно сдвинула брови, но сделала вид, что не услышала и продолжила:
— Там я познакомилась с Мариам Лопс и парнем по имени Чэдрил, они стали моими лучшими друзьями.
Антон широко раскрыл рот. «Что она сказала? — удивленно подумал он. — Мариам Лопс?»
Он отчетливо помнил, что фамилия той лысой наглой дерзкой приспешницы была Лопс. «Совпадение или нет?». Но он не стал перебивать девушку, она от этого раздражалась, а ему не хотелось ей испортить и так плохое настроение.
— В течение многих лет я воровала технику и продавала ее, и вскоре меня посадили в тюрьму. Мариам подставила меня… Узнав об этом после выхода из тюрьмы, я была вне себя от гнева. А еще Мариам убила Чэдрила. После преступница сбежала со своей бандой в Главную Галактику, а мою родную планету правительство Ориона освободило от рабства репликантов благодаря Федерации Вселенной.
«Это точно та самая Мариам…не думал, что она отсюда…» — парень продолжал удивленно качать головой.
