кобуру.
– Начинают прибывать боевые корабли, – Шимаэл словно издевался, идеально подгадывая момент, чтобы озвучить очередную оптимистичную новость. – Судя по их построению, с минуты на минуту ожидается прибытие реально важных персон.
– Наш народ заплатил весьма высокую цену за ваши прошлые попытки поиграть со сверхъестественным, – голос Корсея стал жестче, – и, если вы не подчинитесь, мы будем вынуждены применить силу.
– Я понимаю ваши чувства, но за прошедшие годы слишком многое изменилось, и наши с вами желания уже ни на что не способны повлиять. Но, если мы будем действовать сообща, то, возможно, сумеем остановить набирающие ход разрушительные процессы.
– Потрудитесь объяснить, да побыстрей, – Корсей вскинул руку, – иначе мои люди откроют огонь на поражение.
– Лайс, – Дэлери дернула парня за рукав, – твой выход!
Тот кивнул, на секунду прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться, и шагнул вперед.
– Позвольте мне…
Словами невозможно описать то преображение, которое с ним произошло. Как если бы старая черно-белая фотография вдруг обернулась ярким цветным стереофильмом. Лайс словно всосал окружающее пространство, каким-то невероятным образом заполнив его собой чуть ли не полностью. Взгляд сам собой впивался в него, ловя каждое движение, а если вас что-то и отвлекало, то изящным движением руки он словно ловил в воздухе ускользнувшее внимание нерадивого слушателя и снова замыкал его на себя.
Лайс мог загипнотизировать слушателя одной только жестикуляцией, но его главным калибром, несомненно, являлось Слово.
Каждая произнесенная им фраза драгоценной жемчужиной каталась по ушной раковине, лаская ее каждым звуком, после чего ныряла внутрь головы, вонзаясь прямо в мозг и оставаясь там навсегда. Слушатель оказывался полностью обезоружен, и последние капли его недоверия испарялись, точно роса на утреннем солнце. Будь Лайс страховым агентом, то он бы с легкостью уговорил вас застраховать даже содержимое мусорного бачка.
Дэлери и сама прекрасно умела манипулировать людскими эмоциями, словно на струнах арфы играя на них при помощи умелого подбора интонаций и тембра, но то, что творил сейчас юный Советник, на голову превосходило ее способности, кажущиеся теперь жалкими и убогими. Она почувствовала, как помимо собственной воли проникается осознанием значимости текущего переломного момента и пониманием той огромной ответственности перед всем человечеством, что тяжкой ношей легла сейчас на их плечи. И ради жизней миллионов и миллиардов людей, ради будущих поколений им всем требовалось сплотиться, дабы выстоять в эту трудную минуту и победить…
Жрица тряхнула головой, с усилием отгоняя затуманивающий разум дурман. Даже ей, хорошо знакомой с подобными манипулятивными приемами и знающей истинную подноготную происходящего, стоило немалого труда сохранять отстраненность и трезвость рассудка.
– Какие новости с орбиты? – она подступила к Шимаэлу и ткнула его локтем в бок.
Тот вздрогнул, очнувшись и растерянно захлопав глазами.
– Шим, соберись! – зашипела на него Жрица. – Иначе мы можем прозевать момент, когда нам на головы бомбы посыпятся!
– Да, конечно, извини… я просто… – пилот помассировал переносицу и заглянул в планшет. – Вот зараза!
– Что стряслось?
– Оба флагмана заняли позиции прямо над нами! Они выпустили несколько десантных транспортов, которые вот-вот войдут в атмосферу!
– Куда они направляются?
– Сюда, разумеется! Куда же еще?! – Шимаэл уронил руку с бесполезным планшетом и запрокинул голову, всматриваясь в мирное и безоблачное голубое небо. – Война уже здесь.
Глава 29
– Лайс! – хрипло крикнула Дэлери. – Началось!
Парень обернулся, и одного взгляда на встревоженное лицо Жрицы и на пилота, что-то высматривавшего в далекой выси, ему хватило, чтобы все понять.
– Уводите своих людей! – скомандовал он Корсею, и тот немедленно отдал соответствующие распоряжения окружавших их бойцам, даже не задумываясь над тем, что исполняет приказы человека, которого впервые увидел лишь несколько минут назад и которого только что был готов расстрелять. Исполненный Советником Танец Дипломатии сработал на все сто.
– Уходите же! Сейчас тут будет жарко! – крикнул Лайс, увидев, что сам Корсей не стал забираться в машину вместе с остальными, а направляется обратно, к их шаттлу. Драндулет за его спиной затарахтел мотором и резво покатил в сторону леса.
– Это мой мир и мой дом, – отрезал Корсей не допускающим возражений тоном. – Я никогда не прощу себе, если предам его, отступив перед лицом грозящей ему опасности.
Некоторая высокопарность его речи заставляла заподозрить, что он успел взять у Лайса экспресс-урок ораторского мастерства. Но, скорее всего, причина крылась в его высоком статусе, требовавшем регулярно обращаться с убедительными обращениями к подчиненным и подданным. При некоторой практике любой наловчится говорить красиво и связно, однако выступление самого Лайса все равно оставалось вне конкуренции. Он, пожалуй, силой своего убеждения и трухлявый пень смог бы воспламенить.
– Дело ваше, – пожала плечами Дэлери и, ухватив Сейдурана за локоть, развернула старика к кораблю. – Вам лучше укрыться внутри. И тебе, Сью, тоже.
– Вы и вправду полагаете, что эта жестянка сможет уберечь нас от всей ярости разгневанных богов? – невесело рассмеялся экс-премьер, но все же отступил в тень шаттла и присел на край аппарели.
– То есть мы заварили эту кашу, а теперь ты, мам, предлагаешь, подобно маленьким детям, спрятаться с головой под одеяло и пропустить самое интересное? – возмутилась Сьюзен. – Ну уж нет! Я хочу досмотреть это шоу до конца!
– Ну, такой яркий финал мы в любом случае вряд ли пропустим, – меланхолично заметил Шимаэл, и в следующий миг все дружно вздрогнули от ударившего с безоблачного неба басовитого громового раската. – А вот и наши примы пожаловали. Уважаемые зрители, занимайте свои места, представление начинается.
По поляне скользнула тень, оглашая окрестности ревом мощных двигателей, сквозь который вскоре послышался свист множества десантных ранцев, хорошо знакомый Дэлери и Шимаэлу после их приключений на Пустынном Континенте. Облаченные в черные доспехи бойцы один за другим посыпались на землю, молниеносно группируясь и занимая позиции.
– Это Апостолы Тьмы! – крикнул Лайс, встав между десантниками и своими друзьями. – Отойдите назад, к кораблю!
При себе у него не было никакого оружия, да и собственную броню он оставил на «Турине», но он понимал, что кроме него защитить их некому.
– Команда Анрайса вырывается вперед, но сможет ли она удержать это преимущество, – складывалось впечатление, что Шимаэл, устав от непрестанного напряжения, решил воспринимать происходящее как некую игру.
– Шим, заткнись! – простонала Дэлери.
– Чем я могу помочь? – голос Корсея
