тебе нравится. Хочу, чтобы ты стояла на моей крыше, наслаждаясь тем, как капли дождя отскакивают от тебя во время грозы. Хочу, чтобы ты сидела за моим обеденным столом, ужинала рядом со мной и усложняла мне жизнь по любой причине, какую придумаешь. – Он подносит мои пальцы к губам и нежно целует их. – Я хочу всю тебя, понятно?
На моих губах широкая улыбка.
– Понятно. Значит, мне не искать жилье?
– Господи, нет. – Хаксли усмехается и качает головой. – Не надо пытаться довести меня до сердечного приступа.
Глажу его по щеке.
– Ой, ты ведешь себя так, будто привязался.
– Да. Я очень сильно привязался к тебе, Лотти. Не знаю, как ты это сделала, но теперь я стал зависимым. Ты никуда не поедешь.
– Приятно знать. – Киваю как ни в чем не бывало. – Очень приятно слышать. – Смотрю на Хаксли, сдерживая улыбку.
Он ухмыляется.
Я пытаюсь держать себя в руках.
Хаксли принимает мой блеф и тянется, чтобы пощекотать меня. Я смеюсь, а затем он завладевает моим ртом, терзая мои губы. Я таю в его объятиях и наслаждаюсь тем, как он заявляет свои права.
Он не единственный, кто привязался, потому что я нуждаюсь в этом мужчине так же сильно, как и он во мне. Мне нужны его поддразнивания, его раздражающие привычки и его способность бесить меня. Мне нужны его доброе сердце, прекрасная душа и ощущение, которое он дарит, – что я в безопасности и защищена в его объятиях.
Мои чувства к нему изменились очень быстро, как по щелчку пальцев, что заставляет меня гадать: всегда ли я чувствовала себя с ним вот так? Были ли мои истинные чувства просто замаскированы равнодушием?
Судя по тому, как сильно я влюбилась в этого человека, мой ответ, скорее всего, будет «да».
Да, я верю, что у меня всегда были чувства к нему. Меня всегда тянуло к нему, связь была очевидной. Но теперь я приоткрыла завесу и могу признать правду.
Мне не просто нравится Хаксли Кейн, я влюбляюсь в него.
Глава 20
Хаксли
Прижимаюсь губами к шее Лотти, пока она скользит рукой по моим волосам.
– Да, – шепчет она.
Скольжу рукой по ее животу и сжимаю грудь, продолжая трахать ее.
Сегодня утром я проснулся и понял, что нуждаюсь в моей девочке. Не потому, что скучал по ней – если я не на работе, она всегда рядом, а потому, что страстно желал обладать ею. Каждое утро я просыпаюсь с этой мыслью, и, к счастью, Лотти отвечает мне взаимностью.
Я проснулся возбужденным, придвинулся ближе к ней и до сих пор помню стон, который она издала, когда подняла ногу и позволила мне скользнуть в нее.
Это одна из моих любимых поз – лежа на боку, трахать Лотти сзади, пока она лежит на подушке.
– Боже, мне так хорошо, я сейчас кончу, – говорю я.
– Я тоже, – тяжело дыша, отвечает Лотти.
В том, что мы сейчас делаем, нет ничего дикого, скорее похоже на спокойное слияние двух тел. Немного примитивно, но чертовски приятно.
Толкаюсь еще несколько раз, чувствуя, как она напрягается, и когда понимаю, что она вот-вот кончит, щиплю ее за сосок, и это все, что требуется моей девочке. Лотти выкрикивает мое имя и увлекает меня за собой.
Полностью удовлетворенные, мы плывем на волнах эйфории, пытаясь восстановить дыхание.
Я не двигаюсь, Лотти тоже, пока мы пытаемся прийти в себя. Неспешно ласкаю ее грудь и притягиваю ее ближе.
– Идеальный способ проснуться, – говорит она хриплым голосом.
– Да, я счастливый сукин сын.
Лотти хихикает и кладет руку на мою.
– Мне повезло, что ты можешь удовлетворить мое либидо.
– Хочешь сказать, что ты более… озабоченная… чем я?
– Разве ты не помнишь, что случилось ночью?
Как такое можно забыть?
Я проснулся от того, что она объезжала меня. Даже не подозревал, что возбудился, но, видимо, так и было, потому что, находясь все еще во власти сна, я открыл глаза и увидел Лотти. Она сидела на мне, ее сиськи подпрыгивали, пока она использовала мой член, чтобы заставить себя кончить.
Самый страстный опыт в моей жизни.
– Я помню. – Целую ее в шею. – Не уверен, что когда-нибудь забуду такое.
Отстранившись от меня, Лотти поворачивается в моих объятиях и спрашивает:
– Мне стоит стыдиться?
Громко смеюсь.
– Детка, тебе стоит дать медаль. Было по-настоящему горячо.
– Да?
Киваю.
– Конечно. Пожалуйста, не стесняйся повторять этот опыт в любое другое время.
Она выводит пальцем круги на моей груди.
– Ночью ты был таким твердым, что разбудил меня, и хотя ты все еще спал, я могла думать лишь о том, каково это – оседлать тебя.
– И как ощущения?
– Потрясающие. – Лотти скользит ногой по моей ноге, опускает руку мне на грудь и проводит большим пальцем по соску.
– Если будешь продолжать в том же духе, я так и останусь в кровати.
– Разве это плохо?
Обхватываю ее задницу и сжимаю ее.
– Нам обоим нужно работать. Больше не получится притворяться больными. Все знают, что на самом деле мы не болеем.
– Фу, ненавижу всю эту ответственность и обязанности.
– Я тоже, – говорю я, целуя ее в нос.
Вздыхая, она отстраняется от меня и к моему большому сожалению встает с кровати. А ведь я надеялся еще пообниматься.
Включается душ, что свидетельствует о начале дня.
Застонав, я тоже поднимаюсь с кровати и плетусь по деревянному полу в ванную, где обнаруживаю Лотти. Она стоит возле душевой, в ее руках один из вибраторов, на лице озорная улыбка.
– Не хочешь немного поиграть в душе? – Ей не нужно просить дважды.
* * *
– Дружище, ты слушаешь?
– А? – Я поднимаю взгляд на Джей Пи, который крайне раздраженно смотрит на меня.
– Я пытаюсь говорить о делах, ты слушаешь пару секунд, а затем снова начинаешь витать в облаках.
– Я не витаю в облаках, – отвечаю я, хотя именно этим и занимаюсь. Продолжаю вспоминать о Лотти и ее коварной улыбке, которую она подарила мне перед тем, как начала водить вибратором вверх и вниз по моему члену, заставив меня кончить через тридцать секунд – она считала.
– Чушь, – возражает Брейкер. – Ты не слышал ничего из того, что мы говорили на протяжении всей встречи.
– Ошибаешься.
– Да? – спрашивает Брейкер. – Тогда кто придет сюда через пять минут?
Кто-то придет сюда через пять минут?
– Э-э-э… Карла? – предполагаю я. Это звучит более убого, чем мне хотелось бы.
Брейкер закатывает глаза, а Джей Пи раздраженно поднимает руки.
Раздается стук в дверь моего кабинета, и я вижу
