Таким образом, срок завершения диссертаций, как и их уровень, зависели от целого ряда условий. Играли свою роль «начальные условия», то есть: удачный выбор темы, ее соответствие интересам и знаниям студента, конкретность и перспективность проблемы, обеспеченность ее источниками и литературой. Уровень и научная культура магистерской работы зависела в определенной степени от контакта с преподавателем, предложившим тему кандидатской работы, если она так или иначе продолжалась или развивалась в магистерской диссертации. Так как после окончания академии многие выпускники попадали на служение в провинциальные епархии, с плохими библиотеками, дальнейший ход работы определялся и степенью разработки темы в стенах академии: в кандидатском сочинении или непосредственно в магистерском, в годы стипендиатства. Но так как «запасти» источники и литературу можно было не всегда, завершение работы зависело от условий деятельности выпускника после академии: доступности необходимых для работы источников, наличия библиотеки, степени занятости. Разумеется, в лучших условиях были преподаватели академий. Наконец, весь процесс и уровень работы зависел, конечно, от личных способностей выпускника, его склонности к научной работе, творческого настроя и упорства.
3.3. Присуждение ученой степени
Подача диссертации и ее рецензирование
1814–1869 гг.
Если творческую основу научно-богословской аттестации, разумеется, составляли работы, подаваемые на соискание ученых степеней, то центром самой системы аттестации были органы, оценивающие эти диссертации и присуждавшие ученые степени: до 1869 г. – Конференции, после 1869 г. – Советы духовных академий.
Рассмотрим процесс присуждения младших ученых степеней – магистра академии и кандидата богословия – и звания действительного студента при действии Устава 1814 г. Как только выпускное сочинение приобрело статус особой значимой работы и повысились требования к ней, стал систематизироваться процесс ее оценки. Выпускные сочинения должны были подаваться заранее, чтобы до выпускных экзаменов их успели прочитать все назначенные рецензенты. Начиная с середины 1820‑х и до 1863 г. постепенно сложился процесс этого «чтения»: сначала выпускные сочинения проверяли академические бакалавры, в отдельных случаях – профессора, затем сочинения, предполагаемые на магистерскую степень, просматривали ректор и правящий архиерей. Желание не «уронить» честь академии побуждало ректора или архиерея академического города – он же являлся председателем Конференции – внимательно относиться к магистерским сочинениям. Так как сочинения представлялись в Синод, пропускать слабое сочинение не хотелось. Считалось, что со степенью магистра должны кончать студенты, которые все четыре года учебы в академии стояли в списках в 1‑м разряде. Но они иногда подавали слабые курсовые сочинения. В таком случае нередко проверяющим бакалаврам давались указания «подправлять» сочинения потенциальных магистров. Иногда этим занимался сам ректор или даже правящий архиерей. Проверяющие бакалавры серьезно работали над исправлением таких сочинений, обсуждали этот процесс в своем круге, и это помогало так или иначе вырабатывать какие-то критерии[1022]. Хотя каких-либо конкретных научных требований к магистерским сочинениям не предъявляли (см. 3.2), но, разумеется, в этих обсуждениях устанавливались определенные для своего времени требования и к общему уровню работы, и к содержанию, и к корректности мыслей и выражений. После всех прочтений на заседании Конференции обсуждалось, соответствуют ли сочинения тех, кто уже «шел» на степень магистра, этой степени. Отмечались и те сочинения, которые никак не могли соответствовать даже степени кандидата богословия.
После окончания всех экзаменов, проверки и обсуждения выпускных сочинений составлялся последний вариант разрядного списка. Этот список просматривал и корректировал епархиальный архиерей, опираясь на свое впечатление от знаний выпускников, полученное на экзаменах и при просмотре выпускных сочинений. Так, например, митрополит Московский Филарет (Дроздов) всегда вносил в списки коррективы. Это же делали и другие архиереи – например, архиепископ Казанский Антоний (Амфитеатров). Но список обсуждался на окончательном заседании Конференции, поэтому члены корпорации могли высказать свое мнение и, несмотря на авторитет архиерея, отстоять свой вариант, составленный в процессе учебы и экзаменов.
После решения о присуждении степеней списки утвержденных в степени кандидата и списки рекомендованных к возведению в степень магистра с приложением самих магистерских сочинений посылались в КДУ, а после 1839 г. – в Синод[1023]. Длительная процедура утверждения в степенях магистров (см. 3.4) затягивалась самое меньшее на год, а иногда и более. Такое «условное магистерство» приводило к сложностям в чинопроизводстве выпускников, и в 1862 г. Святейший Синод предложил Конференциям академий представить мнения об устранении этого неудобства. Все Конференции видели выход в предоставлении им права не только присуждения, но и окончательного утверждения в степенях магистров, немедленно по окончании выпускных экзаменов. Для того чтобы Синод имел представление о «направлении образования» в духовных академиях, предлагалось посылать магистерские сочинения в Синод постфактум для осведомления. Но Святейший Синод скорректировал это предложение, и указом Синода от 21 мая 1863 г. порядок присуждения магистерских степеней был изменен, но не совсем так, как предлагали Конференции. Право утверждения оставалось за Синодом, но в Синод теперь должны были посылаться не сами магистерские диссертации, а лишь списки выпускников, которым Конференциями была присуждена степень магистра, и отзывы на эти выпускные сочинения-диссертации. Устанавливалась и новая система прочтения выпускных сочинений в самих академиях. Теперь сочинение читал и оценивал преподаватель, по предмету которого писалась работа, затем по очереди и независимо друг от друга – два члена Конференции. В отзывах последних кроме научных достоинств сочинения должно было отмечаться точное соответствие его православному вероучению, а если в этом есть сомнения, то точные указания, на чем сомнения основаны. На основании всех этих отзывов Конференцией присуждалась магистерская степень, а на утверждение в Синод посылались все три отзыва без сочинения. Таким образом, доверие к Конференциям как аттестующим органам повышалось: их научная компетентность не ставилась теперь под сомнение, а Синод лишь брал на себя ответственность, оценивая, насколько допустимы для присуждения ученой степени магистра православной духовной академии те «сомнительные» места, которые указаны в отзыве. Но так было в случае единогласного мнения Конференции о соответствии диссертации степени магистра, если же возникали разногласия, Синод брал на себя роль арбитра и уже обращался к самой диссертации. О таких случаях см. 3.4.
Однако троекратное прочтение одного экземпляра рукописного сочинения требовало продолжительного времени. Поэтому для получения желаемого результата – ускорения окончательного утверждения в магистерских степенях – либо надо было сделать срок подачи выпускных сочинений более ранним, либо читать и оценивать выпускные сочинения уже после выпускных экзаменов. Но при первом варианте сокращался срок написания выпускных работ, а сочинения и так к началу 1860‑х гг. писались трудно. Если же сократить срок проверки выпускных сочинений, то это чревато понижением к ним внимания и падением требований к аттестуемым диссертациям. При втором варианте приходилось выпускать студентов без степеней, а это означало и затягивание их распределения на духовно-учебные места – очередной учебный год семинарии должны были начинать без новых наставников. Неудобство предложенной Синодом системы отмечалось во всех академиях. Конференция МДА, поддержанная митрополитом Московским Филаретом (Дроздовым), представила директору ДУУ князю С. Н. Урусову свои предложения по ее коррекции. Выдвигалось три предложения: 1) распределять выпускников на духовно-учебные места, не дожидаясь присуждения ученых степеней, но поставив для Конференций ограничение: окончательное присуждение степеней должно отлагаться не далее четырех месяцев после выпускных экзаменов; 2) распределять на места только студентов, представивших выпускные сочинения, и на основании предварительного разрядного списка; 3) для максимального учета склонностей и способностей выпускников просить высшее начальство предварительно представлять в Конференции списки духовно-учебных вакансий[1024]. Святейший Синод, признав разумным это предложение, закрепил этот проект в виде правила с начала 1864/65 уч. г.
