мне квартиру - это было бы замечательно.
- А разве так можно?
- Что?
- Квартира же в кредите и…
Криво усмехаюсь.
- Больше нет.
Она резко расширяет глаза, а я снова ощущаю привкус своей ярости. Он…посмел…
Сука.
Чувствую себя какой-то дешевкой, даже если по факту это вряд ли тянет на «маленькую стоимость», какая разница? Это стоимость. Эмиль повесил на меня ценник, погасив мою ипотеку, будто бы имел право! Будто бы купил…мое молчание? Скорее всего.
Если он хочет сохранить отношения со своей любимой, то это способ заткнуть меня обо всем, что было. Плюсом идет работа. А то вдруг я что-нибудь расскажу его конкурентам?! Разумеется. Это же я. Я именно так всегда и поступаю.
- Мне ничего от него не нужно, - чеканю каждое слово, - Я хочу вернуть ему его грязные деньги.
- Кир. Послушай меня, умудренную жизнью женщину. Не руби сплеча. У тебя будет ребенок…
- Ничего страшного. У меня есть отложенные средства, а пока я поеду к маме. Домой. Поживу с ней, выношу малыша, заработаю денег. Слава богу, мы живем в такое время, когда это возможно сделать через интернет. Я справлюсь и все сделаю сама. Голова у меня на месте. А он? Пусть подавится.
Тетя Алла больше ни о чем меня не спросила, но дала номер своей дочери, а когда я вернулась к себе, то сразу ей и позвонила.
Завтра она приедет, чтобы оценить квартиру.
А сегодня мне предстоит половина тяжелого разговора с мамой. Пока я расскажу ей только о ребенке и попрошусь приехать, а уже потом...все остальное.
Сажусь на кровать, хмурюсь и смотрю на то, что лежит передо мной: телефон и две мои полосочки…
Ладонь непроизвольно ложится на живот, и я слегка улыбаюсь.
- Не бойся, малыш. Она меня ругать будет страшно, бабушка у тебя, конечно, жесткая, но…тебя она будет любить. Гарантирую. И дедушка…и…я.
В этот момент раздается звонок в дверь.
Эмиль
Хватит! О! Ней! Думать!
Резко отодвигаю документы, откидываюсь на свое кресло и давлю основаниями ладоней в глаза.
Блядь!
Ты все сделал правильно. Все свершилось - разошлись! Ты сделал даже больше, чем должен был! Погасил ее ипотеку! Хватит о ней думать!
Не получается. Тормоза будто бы нет.
Конечно, мне сразу же сообщили, куда понесло эту идиотку. На разборки. Мало было. Ладно, такой поворот событий я предусмотрел, поэтому оставил человека рядом с подъездом Киры, который по отмашке быстренько изолировал разбушевавшуюся гарпию. Она после этого полночи обрывала мне телефон, пока я не отключил его на хер.
Дальше тишина.
Кристина больше не дергалась. Кира была в безопасности. Все закончилось.
А у меня в башке! Сука! Будто бы началось!
Я не могу найти себе места, не могу ни на чем зафиксировать внимание! Только и думаю о том, что она, наверно, после этого спектакля в полном ауте.
Плачет…
Блядь!
Веду плечами, резко встаю и отхожу к окну, к которому через мгновение прижимаюсь лбом.
С губ срывается смешок.
Шепчу себе под нос:
- Красавец…ты, сука, просто молодец!
Допрыгался. Доигрался. Околоромантичный бред дал свои плоды.
Какой же ты все-таки, блядь, мудак. Надо было это все?! Я так и знал, что совесть начнет наплывами рубить почву под ногами. Просто потрясающе! Еще этого мне не хватало!
Рычу.
Резко отстраняюсь, потом обхожу стол, хватаю пиджак и выхожу.
Окей, тут ты облажался. Но! Не хочешь же ты сказать, что…конечно, нет! Мне эта вся любовная хуета теперь сниться в кошмарах будет! Поэтому нет! Просто я Кире многим обязан. Мы долго работали вместе КАЖДЫЙ день, и она всегда была мне предана. Вот и переживаю! Чтобы это все дерьмо погасить, нужно просто сгонять, посмотреть, что все окей, а заодно отдать ей ее гребаный расчет.
Он висит и глаз цепляет. Не люблю, когда что-то раздражает мои глаза.
***
Дорога до ее дома проходит слишком быстро и в каких-то совершенно ненужных эмоциях. Это что-то вроде волнения, что-то вроде покалывания где-то в груди, и оно меня дико бесит.
Ладно.
Я все-таки не монстр, пусть так и не скажешь. Я знаю, что такое чистоплотность, а после того, что я сделал, она меня и нагоняет.
Кира долго была твоей правой рукой, вывозила половину объема работы, помогала, и даже где-то направляла меня. Я к ней относился, как к другу. А поступил откровенно дерьмово - вот и хожу теперь кругами. Да, я знаю, что такое совесть. Именно из-за этой совести, того удовлетворения от свершившейся мести я и не получилось.
Все схлынуло в тот же момент, когда вещей Кристины не осталось в квартире. Я выкинул их в окно. Меня перекрыло. Последние ее реплики сильно задели изнутри. Гребаная сука. Но сначала, как ни странно, Кира. Ее слова задели куда сильнее, если честно. Ее этот «монстр» без ярости, но с глубочайшим неверием, разочарованием и болью - будто по пятам за мной ходит и скалится.
Монстр - монстр - монстр
Еб твою мать!
Ударяю по рулю, потом резко выхожу из машины и иду до знакомого подъезда. На этот раз снова не звонюсь - дверь сломана. Да…дом тут так себе. Приличный, конечно, но обычный. Я в таких никогда не жил, но помню, у меня друг в школе был - он жил.
Неприятно почему-то.
Веду плечами, отмахиваюсь и иду до лифта. Поднимаюсь на тринадцатый этаж, снова иду к знакомой двери. Она точно дома: машина стоит перед подъездом.
Так.
Фу-у-ух…сука, какого хера у меня так сердце колошматит?!
Сжимаю и разжимаю кулаки, потом жестко встряхиваю головой и давлю на звонок. Не тупи, сука. Не. Ту. Пи.
И не смей
В ответ тишина, а я кожей ощущаю, что она стоит прямо за дверью! Бешусь сильнее. Пару раз бью по двери и рычу:
- Кира, блядь, открывай! Я знаю, что ты дома!
Не-а. Хрен. Молчок.
Да пошла ты! Что творишь, Эмиль?! Пошла она в жопу! Развернись и иди в свою сторону! У тебя работы до жопы!
Но вместо того, чтобы поступить по логике, я снова давлю на звонок. Мерзкая трель бьет по ушам.
Дверь открывается.
Только не та, что мне нужна - соседняя. Напротив.
Поворачиваюсь. Оттуда выходит миниатюрная старушка с шавкой, которая тут же начинает пронзительно лаять. В руках у старушки веник. Брови на глаза, а глаза - острые кинжалы.
Потрясающая картина.
Воинственная бабулька шумно выдыхает, и пока я болтаюсь где-то в соседнем измерении, цедит:
