его глаза. Он не смотрит на меня, устремив взгляд куда-то в небо.
- Я бы загадал... - начал Вадим задумчиво, но замолчал на какое-то время, собираясь с мыслями. - Я бы загадал вернуться к истокам. В ту ночь, когда мы познакомились. Знаешь что бы я сделал, когда увидел бы, что тебя терроризирует компашка Паши?
- Ты бы прошел мимо? - предположила я.
- Сначала я тоже раздумывал над этим вариантом, - кивает кареглазый и перевел взгляд с неба на мое заплаканное лицо. - Но потом понял, что снова бы вступился за тебя. Даже если меня сотни раз будут возвращать в эту ночь, я ни за что не пройду мимо.
- Но почему?
- Этого я не знаю. Знаю просто, что не смог бы пройти мимо.
- А я думаю, что смог бы, - задумчиво произнесла я и разжала пальцы, которые до этого сжимали плотную ткань толстовки.
- А что загадала бы ты?
Первая мысль, что пришла мне в голову, это желание никогда не переезжать с мамой в Питер. Но это было бы полностью вранье. И тогда я сказала правду:
- Я бы загадала остаться тогда с тобой. В тот день, когда меня похитили. Ты же предлагал мне, но я все думала о школе и отказала. Помнишь?
- Помню...
Его руки сильнее обвили мои плечи, теснее прижимая меня к его телу, но я, собственно, и не против. Это последние мгновения старой жизни. Их хочется сохранить в памяти не такими отвратительными, какие они есть на самом деле. Медленно наступает конец этой истории. Нашей грустной истории любви.
"- Тебе будет плохо со мной!
- Мне плохо без тебя..."
И самое смешное, что мы оба тогда были правы. Мне было плохо и без него, и с ним. Но с ним я могла быть хоть иногда счастливой, хоть иногда могла парить в облаках, а без него я была обречена на страдания. Но ведь мы должны справиться с этим. Мы должны научиться жить с тем фактом, что больше не будем вместе. Уже никогда.
Утыкаюсь носом ему в грудь и глубоко вдыхаю его запах, стараясь сохранить его в памяти. Он вздыхает следом за мной.
- Ты тоже это делаешь? - спрашиваю его я, задрав голову к верху.
- Делаю что?
- Пытаешься запомнить...
- Да...
Мы молчим еще какое-то время. Каждый из нас погружен в свои какие-то далеко не веселые мысли.
Слезы на моих щеках постепенно высохли. Я больше не плакала, хотя внутри эта чертова боль до сих пор не прошла. Мне просто спокойно в его объятиях. Но я понятия не имею, что со мной будет, когда кольцо его рук перестанет держать меня. Наверное, об этом стоит подумать потом. А сейчас просто наслаждаться последними нашими минутами. Потом же будет только он и только я. Мы будем уже не "мы". Буду я, и будет он.
- Я уеду... через неделю... - делая паузы, говорит Вадим. Звучит так, будто ему тяжело даются эти слова.
Обвиваю руками его тело, сцепив руки в замок на его спине. Я сделала это скорее по инерции, из-за страха отпустить его, хотя и знаю, что это необходимо для нас обоих.
- Куда? - спрашиваю и закусываю губу в ожидании ответа.
- Это не важно. Я исчезну из твоей жизни. Ты сама знаешь, что нам это необходимо. Мы должны научиться жить... друг без друга... - последние слова дались ему особенно тяжело. Его голос тоже дрогнул, сдавая его с потрохами. Он уже на грани.
В моих глазах снова появились горячие слезы и показалось, будто дыра в моей душе разрослась еще больше. Я должна быть счастлива. Так почему я плачу? Почему эта соленая жидкость то и дело выливается с моих глаз и обжигает слезы, оставляя после себя дорожки? Почему я не могу его отпустить?
- Я причинил тебе очень много боли, Лис, - снова подает он голос и отстраняется от меня, делая шаг назад. Я больше не в кольце его рук. Стало холодно. - Очень много боли. И прошу у тебя за это прощения. Я посчитал, что любовь сможет сделать меня счастливым с тобой, что у нас все может быть хорошо и мне больше не придется существовать, а я буду жить, как все нормальные люди. Но своей любовью я сделал только все хуже. Я стал слабым, уязвимым. Ты - моя слабость. И это оказалось так легко увидеть, что моей слабостью воспользовались, чтобы сломать меня. У них это получилось. Они меня сломали...
Я плакала, а он смотрел на меня своими карими глазами, в которых я тоже увидела слезы.
- Я каждое утро просыпаюсь, и вот здесь, - он ткнул себе кулаком в грудь, - такая боль, словно у меня что-то вырвали оттуда. Что-то очень жизненно важное... Лис, ты не представляешь, как сильно я тебя полюбил. У меня было желание находиться с тобой каждую секунду своей никчемной жизни. Черт, я так хотел этого! Мне не нужна была постель, чтобы чувствовать твою близость. Мне достаточно было сделать так, - он приложил свою ладонь к моей щеке и погладил большим пальцем кожу, вытирая слезы. - Или вот так, - провел рукой по моим волосам. - и я уже чувствую тебя. Я обнимаю тебя, целую и это лучше любой другой близости. Ты не мой мир, Лис. Нет. Ты моя вселенная с миллионами, может даже миллиардами, миров в ней. Ты просто не представляешь как много значишь для меня и как больно мне говорить сейчас все это...
Он взял мое лицо в свои ладони и долго вглядывался в мои глаза, словно пытаясь отыскать в них что-то. Я смотрю на него, а в голове лишь молотком стучит мое сердце, которое отзывается его именем.
Вадим... Вадим... Вадим...
Лбом он прижался к моему лбу и зажмурился, все так же не убирая рук с лица. Его лицо... Столько боли выражено в его лице, что сердце снова больно сжалось. Я не могу. Не могу.
- Каждую секунду, - слышишь? - каждую секунду я был с тобой счастлив. Даже сейчас. Мне до безумия больно, но я счастлив, потому что все еще нахожусь рядом с тобой. А когда уже не смогу касаться тебя, видеть, я буду несчастен. Я, честно, обещаю, Лис, постараюсь стать счастливым. Буду стараться стать им без тебя. Но не
