Толлеус тоже подивился такой резвости обычно медлительного животного. И было в ней что-то еще, какая-то неправильность, ускользающая от взгляда. Впрочем, сейчас не до этого, поскольку разгневанный начальник уже рядом. Искусник абсолютно не понимал, чем недоволен Маркус, но, похоже, наличие чародейских творений на территории и тем более использование их ему очень не понравились.
Похоже, статус единственного големщика Кордоса весьма высок. Или же профессор испытывал огромное уважение к человеку, смастерившему Паука. Так или иначе, но на старика он не кричал, как на посольских охранников. Маркус периодически хмурился, но вел беседу спокойно и размеренно. Конечно же начальника интересовали чародейские штучки.
По поводу химеры особых вопросов не возникло, хотя он неодобрительно косился на нее, но конструкт волновал его весьма серьезно. Толлеус принялся обстоятельно рассказывать все, что знал про «Око». Скрывать тут нечего: вещь удобная, хоть и вражеская, только глупец этого не признает. Маркус слушал молча и очень внимательно. Было непонятно, разделяет ли он мнение своего подчиненного, но, по крайней мере, пока не возражал.
– Как ты заставил его слушаться? По-чародейски? – неожиданно спросил профессор, прервав рассказ искусника.
Старик вздрогнул: какой-то нехороший смысл вложил посол в свои слова. Следовало поспешить разуверить его в этих подозрениях. Толлеус без лишних слов тут же показал принцип действия своего изобретения, бдительно следя за реакцией начальника. Поэтому от него не ускользнуло, как хищно сверкнули глаза Маркуса.
– Откуда у тебя плетение управления? – Голос посла стал хриплым.
Толлеус поведал о своем хобби, а потом принялся рассказывать историю о том, как долго-долго пытался заставить «Око» подчиняться, как наловчился сперва ловить конструкты полем и как потом додумался совместить первое и второе.
– Жить захочешь, еще и не такое изобретешь! – философски закончил он.
– Значит, говоришь, сам придумал? – недоверчиво поднял бровь профессор.
Молчаливые телохранители, заключившие старика в равносторонний треугольник, не шевелились, но в их взглядах читался тот же скепсис.
– Позволь-ка взглянуть на твою коллекцию, – властно протянул руку Маркус.
Подчиняясь мягкому приказу, старик отключил защиту и отдал посох на осмотр. Посол лично проверил метки всех официальных плетений и спустя пару минут вернул инструмент.
– Явной нелегальщины нет, при этом целый ворох неидентифицируемых плетений. Очень интересно. Либо ты и правда разработал их сам, либо защита, которая раньше считалась надежной, больше не является таковой. Мы с этим обязательно разберемся, – со сталью в голосе сказал профессор и тут же, словно извиняясь, уже мягче добавил: – Работа такая – никому не верить и все проверять. Но ты ведь честный человек, переживать тебе не о чем… Кстати, у тебя есть еще какие-нибудь конструкты?
Старик послушно вытащил из кармана сердечко, попутно пожаловавшись, что так и не смог разобраться, как же работает связь у оробосцев.
Маркус беспомощно развел руками: никто не знает. Не дается чародейская связь исследователям из Академии.
Искусник прекрасно понимал, что с точки зрения начальника ситуация не слишком красивая. Еще бы: кругом враги, вдруг появляется человек, который вовсю пользуется конструктами, сам плетет вязь, а посох у него забит невесть чем. Не похож этот человек на искусника, все у него иначе. В такой ситуации не надо лишний раз беспокоить посла. И все же когда тот уже совсем собрался уходить, Толлеус, вздохнув поглубже, задержал его:
– Мне нужно еще «Око»! – Сказал и сам подивился своей наглости.
Маркус медленно повернулся. Лицо его ничего не выражало.
– Зачем? – коротко спросил он.
Старик принялся объяснять, вблизи продемонстрировав свои достижения в плане создания рук для голема и управления ими. Прошло немало времени, пока профессор не проверил все и не закивал одобрительно головой. Идея ему понравилась. Он пообещал помочь и, попрощавшись, отбыл по своим делам.
Подходящий полигон для тренировок Маркус организовать не смог, при этом прогулки на големе по неизвестной местности запретил. «Из соображений безопасности», – как он сказал. Впрочем, старик не очень настаивал. С управлением и так все в порядке. Поэтому, посвятив какое-то время занятиям с Оболиусом, который в вопросах Искусства оказался совсем неленивым, Толлеус отправился на повозке в город в сопровождении своих новых теней.
Увы, охранники на посольских вороных конях всюду следовали за ним. Это, конечно, гарантировало определенную защиту, но, с другой стороны, старик уже несколько дней не мог потихоньку обратиться к книжникам, чтобы те переписали ему иллюзорные страницы, которые он до сих пор таскал с собой. Впрочем, это не сильно тяготило. Мана есть, экономить не надо. Выпадет как-нибудь возможность заняться книгой. А пока что Толлеус отчего-то не хотел ее афишировать.
Сегодня он лично поехал к плотнику, чтобы заказать части для маленького деревянного голема и на практике проверить свои задумки о персональном средстве передвижения. Посол не одобрил такие эксперименты, поэтому старик решил не поскупиться и потратить свои деньги. На самом деле не очень понятно, чем руководствовался Маркус при оплате расходов големщика. То он готов расходовать манокристаллы без счета на управление руками, и тут же жадничает на всякие мелочи вроде мебели для мастерской или подобной деревянной игрушки. Затраты на ману несопоставимы с этим. Однако все, что могло быть списано в ненужное, не оплачивалось, при этом не предпринималось никаких усилий по сокращению расходов на полезное. На будущее Толлеус решил для себя немного хитрить и свои желания подавать так, как будто это рабочая необходимость.
Плотник располагался здесь же, в Бронзовом кольце. Тем более странно было встретить по дороге к нему, вдали от Серебряного кольца, интенданта, для которого старик выполнял заказ. Кордосец едва не проехал мимо, но Люциус сам приметил его. Радостно осклабившись, он помахал рукой Толлеусу и, пришпорив своего статного скакуна, оказался у самой повозки. Его свита из четырех закованных в латы воинов устроила толкотню с телохранителями искусника, немного оттеснив их, чтобы оказаться поближе к охраняемой персоне.
– День добрый, любезный! – жизнерадостно крикнул Люциус, перекрывая стук копыт. – До сих пор никак не нарадуюсь иллюзорному мечу! Хорошая работа, мастер Толлеус! А как наша библиотека? Понравилась?
