— Что?
— Женщина. Мне показалось, что тут только что была женщина…
— Мне тоже, дядя! — вылез вперед племянник-энтузиаст.
— А ты вообще помолчи! — внезапно взорвался Дубин Твист. — Горе мое! Веди!
Парень всхлипнул и зашагал вперед.
Я следовал за коллегами, насторожившись. Словно невзначай коснулся рукой амулета. Знак гильдии отозвался тихим покалыванием — защита была активирована. Другая рука скользнула в сумку — на ощупь проверить ее содержимое. С тех пор как в нее залез посторонний — подозреваю, что это Линда шарила в поисках снадобий, — я предпочитал следить за своими вещами. Пузырек… еще один… какая-то колба… полотняный мешочек… связка свечек, еще один мешочек — с огнивом… коробочка… что такое? Откуда она здесь?
Остановился, зашарил в сумке уже двумя руками. Где же это? А, вот! Блин, как же я забыл? Это тот самый коробок, в который я уж больше месяца тому назад засунул мотылька — «душу» деревенского ведуна. И она все еще там. Даже хорошо, что ее не обнаружили — тут такой запас энергии, что держись!
— Мэтр!
Оказывается, Дубин Твист и его помощник отошли на некоторое расстояние и окликали меня из-за деревьев. Пришлось догонять бегом…
И резко остановиться, налетев на кусты, потому что впереди опять мелькнул женский силуэт. Белая тень, которую нельзя спутать ни с какой другой… Женщина… Одна-единственная женщина могла так выглядеть. Но что она делает здесь, на кладбище, где давно никого не хоронят?
«Ты… э-э…»
Знакомые фиалковые глаза смотрят холодно и пристально. От всего облика Смерти веет прямо-таки могильным холодом.
«Я».
«Э-э… привет. Давно не виделись!»
«Соскучился?»
Что-то в ее тоне мне не понравилось.
«А почему нет? Мы так давно не виделись… Сколько? Седмицу? Две? Больше?»
«Тебе-то какое дело? Ты неплохо провел эти дни… Можно даже сказать, развлекался…»
«Ты о чем?»
«И он еще спрашивает? — В глазах загорелись недобрые огоньки. — Думаешь, я ничего не знаю?»
Воспоминание обожгло как огнем. Смерть — не простая женщина, она измен не прощает. Кому, как не некроманту, помнить об этом. Кем я буду, если она отвернется от меня?
«Это… я все могу объяснить!»
«Поздно, — в глазах холод, — ты оказался не в том месте не в то время, Згаш. Мне больше нечего тебе сказать».
«Погоди! — Я рванулся к жене, забыв про все на свете. — Что ты имеешь в виду?»
«Я все сказала».
«Нет, постой! Я о другом… Что ты здесь делаешь сейчас? Это кладбище…»
«Старое? Мне тут нечего делать? — Голос Смерти обманчиво-ласков, но почему-то мороз дерет по коже от каждого сказанного слова. — А почему я должна перед тобой отчитываться? Кто — ты и кто — я? Забыл? Напомнить?»
«Нет, не забыл. — В душе желание оправдаться боролось со злостью. В конце концов, она сама часто пренебрегала своими обязанностями, являлась от случая к случаю, просто оставила меня — и ничего. А стоило в моей жизни хоть ненадолго появиться другой женщине, женщине из плоти и крови, как Смерть тут же поспешила обидеться. — А ты не забыла? Тебе нужен муж или раб? Если раб, то это не ко мне!»
«Богам не изменяют, — моя жена без труда прочла мои мысли, — от богов отрекаются… Прощай! Ты был лучшим из тех, кто… Мне жаль…»
«Из тех, кто — что? Я не тряпка — подтерся и выкинул». — Слова дались с трудом. Вот уж не думал, что придется пережить такое!
Смерть покачала головой.
«Ты оказался не в том месте не в то время, — снова прозвучали уже сказанные только что слова. — Мне жаль…»
«Нет, стой. Скажи все-таки, зачем ты пришла? Только ради того, чтобы сказать, что между нами все кончено? Или ты явилась за кем-то еще?»
В фиалковых глазах вспыхнул огонь.
«Не твое дело, — прошелестел сухой безжизненный голос, и черты лица молодой красивой женщины стали меняться, преображаясь в более привычный облик. На меня смотрел обтянутый пергаментно-желтой кожей и скалил зубы старый череп. — Прощай!»
Не давая прикоснуться к себе, она направилась прочь. А я остался стоять, сжимая кулаки. Гордость приказывала остаться на месте. От меня уходила женщина. Ничего, мы еще поборемся, но это потом, не сейчас.
В голове билась отчаянная мысль: «Что делать? Что предпринять?» У некромантов со Смертью особые отношения. Настроить против себя эту богиню — значит распрощаться с профессией. Кем я буду, если лишусь покровительства Смерти? Впрочем, паниковать не стоит. У некромантов есть такая поговорка: «Смерть — это не конец, порой после смерти все только начинается!» В моем случае — после Смерти, с большой буквы! Если действительно придется менять профессию, у меня есть, по крайней мере, один вариант — стать целителем. За особо тяжелые случаи браться не стоит: есть риск столкнуться с бывшей женой, — а вот что попроще… Почему бы и нет? Сила знахарки Ортаны никуда не делась. Немного практики — и… Ничего, проживу. Если любит — придет!
Голоса. Меня, что ли, зовут? Ах да! Задумавшись о своей судьбе, я как-то упустил из виду причину, которая привела меня на кладбище.
— Мэтр Груви? — Дубин Твист подбежал, тяжело дыша. — Куда вы пропали? Мы уж думали, что…
— Что со мной может случиться? Кладбище старое, неактивированное…
— Ну я бы так не сказал… — Мой коллега оглянулся по сторонам. — После того, что здесь учудил мой племянник… Не поймите превратно, но…
— Можете не оправдываться. — Я украдкой достал ритуальный нож и посмотрел на лезвие. Оно слабо светилось зеленоватым светом, как обычно бывает на кладбищах. Что это значит? Что мне врет коллега или что моя сила все-таки уходит? И то и другое плохо.
— Нам надо поспешить!
Меня по-простому подхватили за руку и бегом бросились вперед.
— Кажется, мы опоздали…
Шагавший полностью погруженным в свои мысли, я не успел остановиться и чуть не врезался носом в спину мэтра Дубина. Выглянул из-за его плеча и присвистнул.
Этот склеп, очевидно, еще недавно подновляли — на склоны невысокого, пару аршин всего, кургана, подсыпали земли, надстраивали сооружение наверху. Теперь же курган был подкопан сбоку так, что не до конца слежавшаяся земля осыпалась, обнажив деревянный сруб, над которым его и возвели.
— Кто мог это сделать? — прошептал помощник некроманта и тут же огреб от дядюшки подзатыльник.
— Не все ли равно? — прошипел мэтр Дубин. — Чуешь, чем пахнет?
— Осквернением? — уныло протянул тот.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
