Читаем без скачивания Восточный фронт - Владислав Савин

Тем более, десант успел высадиться — так что даже в худшем случае, на зуб самураям достались бы лишь пустые суда, а также транспорта со снабжением, которые еще не успели разгрузиться. Бой был ожесточенным, Вонсан является важным узлом коммуникаций, помимо порта, тут еще и железная и шоссейная дороги идут близко от берега, оттесненные горами. Потому, тут был сильный японский гарнизон, да и бегущие от Советской Армии части очень хотели пробиться на юг — так что было жарко. Но о том я рассказывал в другой главе.

Мы высадились в Вонсане 20 июня. В тот же день резко активизировалась японская авиация над проливом Лаперуза и островами Кунашир, Итуруп. Причем в воздухе были замечены ФВ-190 (а не Ки-84, которые часто принимали за них), впервые за войну! Раков воспринял эту попытку японцев перехватить инициативу, как личное оскорбление — мы превосходили числом, качеством техники, и подготовкой пилотов, но японские аэродромы были ближе, а потому самураи могли позволить себе большую боевую нагрузку, число вылетов в день. 21 июня наш разведчик Пе-8 обнаружил в море японскую эскадру, в составе два линкора, два авианосца, больше двадцати кораблей прочих классов. А рано утром 22 июня уже в Японском море были замечены главные силы Императорского Флота. Под плотным "зонтиком" истребителей берегового базирования — но достать Не-277, идущий на большой высоте, они не смогли.

Скажу, что японцы, своим набегом на Маоку, оказали нам невольную услугу, сами того не желая. Устроили нам генеральную репетицию, ввели в должный тонус и настрой — в результате, теперь в штабе флота было куда меньше нервозности, зато нормальная рабочая атмосфера. А Зозуля, как мне показалось, даже был рад проверить в реальности кое — какие свои наработки. Ну а я, хотя старался не показывать, волновался как курсант перед сдачей экзамена. В какой академии готовят — командующих флотами?

У нас, в зоне собственно боевых действий, четыре минно — торпедные авиадивизии — две на Сахалине, две в Приморье. Две дивизии пикирующих бомбардировщиков, десять полков носителей КАБ, четыре дивизии истребителей, и свыше десятка отдельных полков. А если самураи близко к берегу сунутся, то и штурмовики пойдут в бой, еще четыре дивизии и шесть отдельных полков — особенность Тихоокеанского театра, что тут по огромной территории разбросаны аэродромы, где сидят именно отдельные части, мало здесь крупных авиаузлов. Как на Балтике, поработают Ил-2 на подавление ПВО кораблей, торпедоносцам дорогу расчищать. Ну и разведчики, это первое дело. И спасатели, не последнее — с появлением дальних и высотных "хейнкелей", почти все гидросамолеты "каталина" перешли из воздушной разведки в этот разряд, мы же не японцы, своих сбитых не бросаем в море геройски умирать!

В море подводные лодки. Вся дюжина "двадцать первых" немок — причем дивизион, Н-2, Н-4, Н-7, Н-8, Н-9, Н-11 успел прибыть в нашу оперативную зону, форсировав пролив Лаперуза без потерь, привел сам Видяев. Второй дивизион, также шесть единиц, развернулся завесой у Южно — Курильской гряды, там же и четыре "Катюши ПЛО" бывшего котельниковского дивизиона, ну это уже зона не ТОФ а СТОФ (Северо — Тихоокеанской флотилии). В Японском море восемь "ленинцев", и двадцать две "щуки" (хотя от этих я больших успехов не ждал, помня о "подвигах" Придатко со злополучной Щ-139). Ну а "малютки" выпихнули в ближнюю завесу вдоль своего побережья (включая и освобожденную корейскую территорию), просто по принципу, "а вдруг". Головной болью для штаба было, исключить случаи "своя своих не познаша", и потому авиации было категорически запрещено атаковать любые лодки без особого на то приказа в каждом конкретном случае. Считая что наших лодок на ограниченной по тихоокеанским меркам территории болталось аж восемь десятков, а у японцев во всем Императорском Флоте было почти вдвое меньше, и большинство их было занято в Южных морях.

И две бригады торпедных катеров. Владивостокская — "шнелльботы", Камчатская — ленд — лизовские. Первая полностью обеспечена торпедами с СН, во второй с этим хуже, но тоже, есть! Причем десять единиц "владивостокских" перевооружены под крупнокалиберных дальноходных "японок". И уже есть опыт их боевого применения (бой близ Юки, 13 июня).

А главное, по замыслу моему и Зозули, все эти разнородные силы должны работать, как единая сеть, под общим управлением. И не было у самураев подобной системы!

Первую кровь врагу успели пустить подводники. Лодка Н-5 по данным авиаразведки обнаружила "северное" соединение и успешно вышла в атаку. Может быть, самураи и знали в теории характеристики немецких "тип XXI" — но вот практических навыков борьбы с ними не было, все приемы ПЛО были "заточены" под американцев, не способных ни совершить бросок к цели на 16 узлах, ни нырнуть на двести метров. После атаки, в ночь на 22 июня, лодка всплыла под перископ, и, выставив антенну (столь же полезное устройство, как шнорхель!), отправила кодированное донесение, принятое и расшифрованное в штабе флота, связь обеспечивал самолет — ретранслятор, дежуривший над районом на большой высоте. Состав японской эскадры (два линкора, два авианосца, большой и поменьше, еще свыше десятка вымпелов), курс и скорость в момент обнаружения, атака в 23.08, шесть торпед с СН, четыре попадания в малый авианосец (в приказе по флоту, я назвал авианосцы более приоритетными целями, чем линкоры), японцы ушли курсом норд — ост (одним лишь шумопеленгатором на большом расстоянии трудно определить точно). Воздушная разведка подтвердила — затонул авианосец тип "Читозе" (после было установлено, "Чийода" — 15000 т, 30 самолетов, примерно равноценен американским "Индепенденсам"). Интересно, что самураи даже не пытались организовать охоту за лодкой, а поспешили отойти на максимальном ходу! Неужели наш предвоенный блеф с "Полярным Ужасом" в Петропавловске — Камчатском оказался удачным?

Японское море, 22 июня 1945.

Подводные лодки шли на юг. У Курильских островов уже шло сражение, наши схлестнулись с японской эскадрой, и кого‑то уже потопили. А тут, шесть новейших лодок, тип Н, они же "тип XXI", пока еще немецкой постройки — но Видяев, стоящий сейчас на мостике Н-4, отлично помнил, какие красавицы уже спущены на Севмаше, 613й проект, вобравший в себя все достоинства "немок" без их недостатков — спешили к берегам Кореи. Снявшись с прежней позиции, завесой на широте пролива Лаперуза — за неделю, не встретили ни одного японца! И вот самураи снова сунулись в наше море — успеем ли мы их перехватить? Лодки шли на юг, не вместе, но воедино — расстояние между соседними составляло двадцать, тридцать миль.

Капитан 2 ранга Федор Видяев (волею случая, оказавшимся одним из посвященных в Тайну, еще тогда, в 1942) знал, что в иной истории он должен был погибнуть еще два года назад — и потому верил, что теперь ему суждено жить долго, раз он сумел обмануть смерть, подергать ее за усы. Еще был рад, что здесь ему довелось увидеть нашу Победу, и что ему всего тридцать три года, и обещано командирство первой построенной здесь атомариной, лет через пять — ведь сам Лазарев сказал, что "вы, Федор Алексеевич, из уроженцев этого времени, самый сведущий человек в тактике атомных подлодок" — признал это после того, как он, Видяев, дважды выходил на "Воронеже" в боевые походы, и еще раз пять, на полигон.

— Так что, считайте себя пока в командирской стажировке. Набирайтесь опыта — а после, мы вас призовем.

Опыт, это да, нужен. Единственное, что вызывало у Видяева легкое недовольство, после знакомства с биографией себя там — что в иной истории Щ-422 под его командованием успела одержать одиннадцать побед до того, последнего похода в июле сорок третьего. Здесь же лодка со всем экипажем после той памятной встречи в Карском море, и совместной охоты на "Шеер" (прим. — см. "Морской Волк" — В. С.), была полностью отстранена от боевой деятельности — секретность, блин! Правда, дальнейшая жизнь экипажа тоже была очень интересной, когда "щуку" поставили к стенке Севмаша и дооборудовали всякими техническими новшествами, подсмотренными у потомков. И теоретическая подготовка была под стать инженерной, а тренировки с компьютерным моделированием реального боя, это вообще, чудо! — но вот в зоне боевых действий после пришлось побывать лишь единожды, когда перегоняли из Нарвика захваченную там U-1506, она же сейчас Н-1 (прим. — см. "Северный Гамбит" — В. С.), и все! А собственно боевого опыта и числа побед, недоставало! За Лазаревым конечно, не угнаться — но хотя бы десяток, а то сам себя уважать перестаешь! Особенно когда под твоим началом, как комдива, ходят "зубры" балтийского подплава, воевавшие, когда ты у заводской стенки стоял.

Видяев знал, как шла война на Дальнем Востоке в той истории. И воспринимал как личное оскорбление тот факт, что на море японских агрессоров разбили не мы, так и не отомстив самураям за Цусиму, адмирала Макарова и крейсер "Варяг". Зато теперь — какие корабли и люди против нас: "Ямато" и "Тайхо", Одзава и Нагумо, цвет и легенда японского флота, который в сорок первом — сорок втором прокатился тайфуном по половине Тихого океана! На нас целей хватит — а то "Мусаси" потопили у Филиппин, "Дзуйкаку", побитый у Сайпана, был потоплен американской подлодкой в марте, когда после ремонта в Метрополии спешил на юг, "Синано", хотя и не в первом выходе, тоже попал под торпеды, и был добит авиацией, что там у японцев в Сингапуре осталось? Если главные силы их Флота — здесь! Мы их и потопим!