Ее вопрос прозвучал как-то не слишком уверенно.
– Что ж, предложение интересное, – отозвался я. – Правда, в последнее время мне почти не приходится долго рыться в памяти, чтобы вспомнить какое-то заклинание. Они из меня выскакивают, как гильзы из автомата.
– Вот это и есть – результат длительных и плодотворных тренировок, – наставительно произнесла книжка. – Хотя надо сказать, что и Дар твой, судя по всему, здорово развивается. Я порой сама удивляюсь, как ты закручиваешь по три-четыре заклинания в одно!
– Да?! – искренне удивился я. – Что-то я такого не припомню.
– Вот-вот! Про это я и толкую. Попробуй зажечь костер…
Я хмыкнул, пробормотал маловразумительный текст, щелкнул пальцами левой руки и довольно странно фыркнул. В следующий момент прямо посреди пляжа, на котором отдыхали члены моего Братства, весело полыхал костерок, а над его несколько синеватым пламенем покачивался котелок с водой. Я хмыкнул, разглядывая результаты своего колдовства. Книжкино задание в общем-то было выполнено быстро и правильно, единственное, чего я не предусмотрел, это топлива для костра. Мой огонь пылал прямо над чистым мелким песочком, питаясь неизвестно чем.
– Интересно… – протянула книжка. – Что ж это ты сжигаешь?
– Природный газ, – не подумав, брякнул я. – Ты лучше скажи, я что, опять несколько заклинаний использовал?
– Четыре, – как-то рассеянно ответила книжка и тут же добавила: – Надо же, я и не знала, что болотные пузыри так славно горят!
В этот момент мой урок магии был прерван сонным бормотанием:
– Во, костерок развели, какие молодцы! А то я совсем продрог…
С песка поднялась маленькая фигурка хоббита и направилась к костру. Присев перед пламенем на корточки, Фродо протянул к огню руки и довольно закряхтел.
Я поднялся и тоже направился к костру, держа свою книжку в руке. Присев рядом с Фродо, я посмотрел в пламя, а затем на котелок. Вода в нем закипала. Хоббит покосился в мою сторону и без интереса спросил:
– Читаешь?
Я молча кивнул.
– А огонь ты развел?
Я опять кивнул. Хоббит, похоже, быстро просыпался.
– А воду ты поставил?
И снова последовал мой кивок.
– А что варить будешь?
На этот раз я пожал плечами.
– Тогда я чайку заварю, – бодро произнес Фродо и, вскочив на ноги, отправился за сушеными лепестками цветов, которые вез с собой Шалай и которые мы по привычке называли чаем. А я продолжал расслабленно сидеть возле костра и любоваться синеватым пламенем.
Не знаю, сколько прошло времени, но из того созерцательного состояния, в которое я впал, меня вывел все тот же Фродо, сунув мне в руку горячую кружку с кисловато-сладким напитком. Я машинально отхлебнул, обжегся и сразу пришел в себя. А хитрый хоббит, сделав вид, что никакого отношения к подсунутому мне кипятку не имеет, добродушно спросил:
– Как думаешь, Гэндальф, успеем мы королевино тело до места довезти? – И заметив мою негодующе поднятую бровь, он быстро добавил: – Нет, я к тому, что обидно будет, если не успеем. Да и бедная девушка без души останется… так и будет чужую кровушку сосать… Я думаю, может, нам надо было рвать напрямки, глядишь и прорвались бы. Уже к Замку подъезжали бы… А с королевой бы дело утрясли, можно было бы и за Епископа приниматься.
– Да он и не Епископ никакой, – нехотя вступил я в беседу.
– Как не Епископ? – удивился хоббит. – А откуда же тогда этот самозванец взялся?
– Никакой он не самозванец. Он очень сильный маг, и зовут его Седой Варвар из Брошенной Башни.
– Ну, раз он маг, да еще сильный, то это по твоей части… – протянул Фродо и хлебнул из своей кружки.
– Гляньте-ка, они уже чаек хлебают! – раздался у нас за спиной сонный голос Эльнорды. – А мне кипяточка хватит, а то я что-то замерзла?
– Да вон, полный котелок! – кивнул Фродо на снятую с огня воду, но не двинулся с места.
Эльнорда, рассчитывавшая, что за ней поухаживают, презрительно фыркнула:
– Джентльмены! – и потопала к своей нерасседланной лошади за кружкой. Через несколько минут она уже сидела рядом с нами, глядя в огонь и прихлебывая душистое варево. А скоро к нам совершенно неслышно присоединился и Душегуб со своей огромной кружкой, больше напоминавшей фарфоровую кастрюльку. Я видел эту круженцию уже который раз и никак не мог понять, каким образом троллю удается ее сохранить невредимой во всех наших передрягах и куда он ее прячет.
Наша теплая компания сидела в полном молчании и прихлебывала горячий чай, и я неожиданно понял, что нам совсем не обязательно говорить, чтобы понимать друг друга, что близость этих ребят согревает меня и дает мне силы, что эта троица без лишнего слова отдаст за меня свои жизни, впрочем, как и я за них. И я подумал: «Вот это и называется душевное родство! А какое может быть родство у человека без души?! Значит, и этого я лишился бы, согласившись на предложение Епископа!.. Нет! Все-таки хорошо иметь душу!»
Я покосился в сторону Кины и вдруг заметил, что и остальные члены Братства одновременно взглянули на спящую королеву. И глупая, радостная улыбка растянула мои губы.
А небо между тем стремительно светлело. И звезды одна за другой пропадали с небосклона. И дубки стали отчетливо видны. И черная вода пройденного нами болота залоснилась зеркальным бликом нарождающейся зари.
Только сейчас я заметил, какие ребята чумазые. Казалось, что они собрали на свою одежду, лица, тела всю грязь пройденного болота. И снова мне стало смешно:
– Эх, Братство, ты посмотри на себя! На кого ты стало похоже! Просто какое-то сборище бичей!
Ребята скорчили удивленные рожи и уставились друг на друга. А потом все разом посмотрели на меня, и Эльнорда озвучила общий вопрос:
– А чтой-то ты такой чистый?
– Так вот же вода, – улыбаясь ответил я.
– Снова лезть в это болото?! – ужаснулся хоббит. – Да я лучше на всю жизнь грязным останусь!
Эльнорда сморщила свой точеный носик:
– Да? Ты представляешь, как ты будешь пахнуть денька через два? – и, с сомнением посмотрев на черное зеркало воды, добавила: – Только вот вода, должно быть, ужасно холодная…
– Ты что, никогда не купалась на рассвете? – ласково прорычал Душегуб. – Вода сейчас гораздо теплее, чем воздух.
– Хм… – Эльфийка подняла бровь и снова посмотрела на спокойную гладь воды. На этот раз в ее глазах светился интерес.
Я поднапрягся и состроил очередной узел из нескольких заклинаний, в результате чего перед каждым из моих друзей появился кусок мыла. Фродо и Душегуб получили хозяйственный «Дуру», а Эльнорда элегантно упакованный сиреневый «Люкс». Фродо, естественно, тут же возмутился:
– Это что за дискриминация хоббитов?! Почему хоббит должен намыливаться хозяйственным мылом, в то время как отдельные эльфы будут наслаждаться изысканными ароматами?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
