старик Партес. Почему-то именно так и думал Кондрат, а вот Дайлин, судя по всему, изначально считала, что именно старик всем и заправляет. Может именно поэтому она так высокомерно смотрела на секретаршу? Думала, что та спит уже с откровенным стариком и явно не забавы ради?
Как бы то ни было, всё принадлежало Рокардо Жангерфер. Но если старик Партес этим озаботился заранее, не стал тянуть и отдал всё сыну, а что насчёт самого сына? Завещание можно составить вообще и самому, это не проблема, однако куда надёжнее это сделать с юристом. Он и подскажет, как правильно оформить, и печать поставит, заверив его окончательно, и убережёт от ошибок, которые помогут обойти написанное разными путями. А для аристократов… да для любого человека, который владеет чем-то внушительным это очень важно. Такие юристы могут даже текст не видеть, просто заверят и всё.
Почему-то у Кондрата не было сомнений, что такой человек, как Рокардо Жангерфер, владеющий заводом, некоторыми землями вокруг города, двумя шахтами и лесопилкой, озаботился бы о завещании на случай чего. Его мог оформить вообще любой юрист, имеющий на это право. Он даже мог съездить в столицу, чтобы никто вообще не знал об этом.
Только где бы могло находиться завещание? Вряд ли на работе, скорее дома… которого теперь нет.
Кондрата волновало завещание только потому, что это могло быть причиной всего сыр-бора. Единственный мотив, который пока наблюдался — владения барона. Его завод, земли, деньги и всё-всё-всё. И если найти завещание, то можно узнать, кому оно было невыгодно, а там уже просто распутывать клубок, пока не выйдешь на убийцу.
Но это был один из вариантов. Второй вариант — это случайный пожар. Потому что на данный момент в подтверждения теории, что смерть всей семьи была не случайностью, не было ни одного. Вообще ничего.
Они покинули мистера Пу без каких-либо успехов.
— Ну что? — спросила Дайлин.
— Что?
— Ничего не говорит, что это было убийство.
— Пока да.
— Пока? — переспросила она.
— Я хотел бы взглянуть на завещание. Если найдём его, можем узнать, кому эта смерть была выгодна, — пояснил Кондрат.
— Далось тебе это, — вздохнула она. — Всё говорит о том, что это была случайность. Обычный пожар, коих здесь происходит раза два в год, как тебе сказали сами пожарные. Мы всех опросили, но так и не нашли никаких намёков на убийство, а значит его и не было.
— Или мы его не нашли пока, — встретив недовольный взгляд Дайлин, Кондрат более примирительно произнёс: — Мы здесь для того, чтобы выяснить, случайность это или нет, а значит нам надо проработать все варианты вне зависосмости, правдоподобны они или нет. Не найдём ничего — может смело говорить, что это всё случайность. Но скажи честно, тебе кажется случайностью смерть небольшого промышленника?
— Я тебе, кажется, уже рассказывала о герцогах? — спросила она. — Думаю, это ответ на твой вопрос. А вот почему ты в это не веришь, мне интересно. Интуиция?
— Нет, — честно признался Кондрат. — Просто выполняю свою работу.
Интуиция действительно молчала, но плох тот сыщик, что на неё только и полагается. Их попросили проверить — они проверяют. Это как в безопасности — предположить и проверить все возможные ситуации, чтобы подготовиться к ним, какими бы они не выглядели невозможными. Вот и они проверяют все варианты, как бы те не выглядели.
Закончили они достаточно быстро, день был в самом разгаре, а значит идти к сыщику города было пока что рано. Договорились они встретиться вечером, пока он опросит слуг и заберёт отчёт патологоанатома, а без этого встречаться с ним не имело никакого смысла. Поэтому Кондрат с Дайлин решили просто погулять, стараясь держаться в тени домов и деревьев.
Проходя по окраинам, Дайлин неожиданно указала пальцем в сторону площадки, которая расположилась между редких деревьев, что, как зонт, накрывали её кронами.
— О, смотри! Это та площадка, где будет проходить праздник!
— Какой?
— Ну я тебе рассказывала ведь, тот…
— О котором ты ничего не знаешь, — кивнул Кондрат. — Вдруг это будет праздник оргий?
Дайлин расхохоталась.
— Ну таких же не бывает, — но увидев серьёзное лицо Кондрата, её смех как-то сам по себе начал затухать. — Не бывает, верно?
— Поэтому я и спрашиваю, что за праздник. Лучше бы знать, на что ты подписываешься.
— В империи подобное запретили бы, — ответила Дайлин неуверенно.
— Оглянись и вспомни, где мы. Закон — это хорошо, когда близко те, кто будет наблюдать за его соблюдением. А здесь люди сами по себе, и законы у них собственные.
История, как с севером, где жили малхонты. Свои законы, свои правила, свои обычаи несмотря на то, что они жили на территории империи и как бы должны были и даже для виду следовали им. Но едва ты оказывался в их власти, ни закон, ни статус, ни тем более бумажка уже ничего не значили. И здесь Кондрат чувствовал себя точно так же.
— Тогда сходишь со мной? — предложила она.
— С тобой? — взглянул Кондрат на неё.
— Одной опасно, ты говоришь. Тогда с тобой? Или тебе это не интересно?
— Я даже не знаю, что будет он из себя представлять.
— Ну… наверное, праздник? — предположила Дайлин.
— Оргию?
— Да почему сразу оргию⁈ Нет! Наверное, будет как ярмарка и конкурсами, а потом танцы!
— Ярмарка с оргией?
— Да что тебя на оргии так тянет⁈ — возмутилась она.
— Потому что в твоих словах слишком много «наверное», — ответил Кондрат. — Узнай, что там будет за праздник, а потом зови. А пока давай где-нибудь пообедаем.
Забегаловок в городе было немного, видимо все предпочитали есть дома. Однако ближе к центру такие всё-таки нашлись, и Кондрат с Дайлин заняли свободные места, которых здесь было большинство. Был вариант пойти в какой-нибудь бар, который здесь было заметно больше, но сидеть в пропахшем потом и спиртом зале за грязными столами желания ни у него, ни у неё как такового не было.
— Итак, — сделав заказ, произнёс Кондрат. — Что у нас есть?
— Секретарша, — тут же произнесла Дайлин.
— Далась она тебе…
— Если он спал с секретаршей, то можно сразу сказать, что морально он себя не обременял. А значит могли быть и какие-то махинации, — ответила
