— В безвыходном положении использование демона было оправдано, — хмыкнула Илара. — Я не удивлена. Другое дело метод и способ, — вздохнула девушка, осматривая разрушения, вызванные нашим боем.
— Я не по это, — отрицательно качаю головой. — Этот старый… — хотел я грязно выругаться, но подобрать ничего подходящего не удавалось. Поэтому я просто махнул рукой, — готовился спустить с поводка демона, превращенного в болезнь. Верно?
Теперь уже, постфактум, сложив то, что я успел разглядеть в его руке, с тем, что видел в пристанище демона, мог примерно понимать общую картину. Да и прошедший бой дал определенные ответы.
— Это не имеет значения, Раган.
— Имеет, — я был зол. Был наполнен тихой холодной злостью. — Эта штука могла убить тысячи! Десятки тысяч!
— Тысячи уже погибли, — спокойной ответил Грахтарн. — На твоих глазах и гибли.
Выглядел он отвратительно. Бледный, осунувшийся, с капающей из обрубка руки темно-багровой кровью. Он умирал. Быстро умирал, но при этом находил в себе мужества стоять прямо. Казалось, что он почти не касался стены.
После того что он с собой проделал и десяток целителей, работающих как один, не помогут. Дело даже не в физической травме, сколько в энергетической, которую так просто не залатать, а она за собой тянет множество печальных последствий.
— И что с того? — спросила Аннель, вкладывая свои пистолеты в кобуры на поясе. — Кто дал тебе, ублюдку, право убивать еще больше? — она зло смотрела на него.
— Это пустой разговор, — Томэк повернулся ко мне. — Действуй, палач, сын палачей. Делай то, что ты умеешь. Тебе же нередко доводилось это делать на войне, да? — натянуто рассмеялся он.
— Я могу пустить тебе пулю в башку, старик, — Аннель яростно ощерилась, вытащив один из пистолетов и прислонив его к голове мага. — Просто и эффективно.
Но Грахтарн вновь рассмеялся, лишь слегка скосив глаза на оружие. Смерти он не боялся. Он вообще ничего уже не боялся. Единственное, что он сделал, так это опустился на землю, так как из-за потери крови не мог уже стоять так же уверенно, как раньше.
— Моя семья разработала один прием, старик, — заговорил я, как говорил много раз во время войны. — Считается, что все души погибших возвращаются к Мировому Духу. Единственное, чего нельзя лишить никакими пытками, верно? Души, — прошептал я в конце таким тоном, который пробирал дрожью многих крупных мужиков.
Я подошел к нему и положил ладонь на голову, наклонившись почти к самому лицу. Старик немного удивился и медленно осознавал то, что я собираюсь сделать.
— Мои предки придумали способ, как отправить душу к демонам. Вырвать человека из круговорота жизни и отправить на растерзание голодным тварям. Конечно, никто не вернулся, чтобы рассказать, получилось у нас или нет. Поэтому всем своим жертвам мы говорим…
— Нет! Не так! — дернулся Томэк. — Дай мне умереть с честью!
Но я активировал магию, и боль сковала его. Наклонившись к самому уху я растянув ухмылку на лице прошептал:
— Передай Повелителю Демонов, что это я прислал тебя к нему.
Магия, сложная, требующая контроля и определенного опыта. Но во время войны и я применял ее так часто… Чаще, чем бы мне хотелось. Символы изменчивого аспекта окутали сначала мою руку, а затем перекинулись на голову мага смерти.
— Ты уверен? Вообще-то для таких вещей есть… — хотела прервать меня Илара.
— А! Не занудствуй! — остановила ее Аннель. — Поверь, этот… заслужил свое.
Никаких внешних эффектов. Только символы, вспыхнув магией, втянулись в голову. И все. Обмякшее тело несостоявшегося мстителя, который из-за своих убеждений чуть не погубил сотни, а то и тысячи ни в чем не повинных людей, упало на заваленную трупами насекомых землю. Последние, потеряв подпитку от мага смерти, начинали постепенно разлагаться. Вскоре запах от деревни будет тот еще.
— Ты его правда отправил к демонам? — тихо спросила меня Илара.
— Не знаю, — честно признался я. — Как я и сказал — никто не вернулся, чтобы рассказать, — напустил я еще больше тумана. Выдержав паузу, добавил: — На самом деле это довольно тонкое заклинание, которое избирательно воздействует на свою цель, — не стану же я говорить, что в его более легком варианте оно идеально подходит для пыток, проводимых магами хаоса. Это родовое заклинание, и такие вещи никогда не объясняются в полной мере. — Оно имеет больше показательный эффект, развязывает языки тем, кто наблюдает за этим процессом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Наш друг Зак не раз осматривал тех, кто «испытал» заклинание на себе, — добавила Аннель, — Физических повреждений нет, но вот в плане энергетики… И полная инертность к магии. Можешь сама проверить.
Илара действительно опустилась на колени рядом с телом Томэка, начав осмотр.
— Это правда, — подтвердила она, — ощущение такое, будто тело вырвано из нормального порядка вещей. Оно… чуждо этому миру.
Я лишь пожал плечами. Хаос есть хаос. Само понятие порядка вещей для него… Это интуитивное чувство, знакомое лишь хаотикам, даже не буду пытаться кому-либо его объяснить.
Вот только в качестве боевого это заклинание неприменимо, по многим причинам. Совсем, кое-кто уже пытался.
Так или иначе, с проклятием покончено. Эввераны получили отсрочку, продлили свое существование, но проблем меньше точно не стало. Вопросов все еще слишком много. Я повернулся к беспокойно следившему за действиями Зака наследнику рода. Время рассудит — правильно ли это все или нет.
Эпилог
Они все направились в госпиталь, к Заку. Раде требовалась медицинская помощь, но ее жизни уже ничего не угрожало. Барнсар получил магическое истощение и несколько царапин, которых, впрочем, на данный момент уже не было, остальных ждал простой осмотр. Вскоре появился хромающий Келдрин с женой. Орриса хлопотала над лежавшей без сознания Радой, ожидаемо обеспокоенная, но не более того. Барнсар рассказывал отцу о произошедшем.
— А где Солрэн? — спросил Келдрин. — Вопрос с паладинами разрешился?
— Он ничего не сказал, — пожал плечами сын.
Всю дорогу Барнсара больше беспокоило состояние Рады, чем что-либо из происходившее вокруг. Впрочем, Раган вскоре появился сам.
— Господин Келдрин, — кивнул молодой маг, сдержано и без каких-либо эмоций.
В этот раз Раган обошелся без истощения, но некоторые неприятные ощущения все равно ждали его пару дней — все же пить эссенцию с аспектом порядка, было для него несколько опрометчиво. Солрэн зашел в просторную палату, где в обычно лежало бы не менее трех или даже четырех пациентов. Компанию ему составляла девушка в легкой броне ордена паладинов.
— А вы, юная леди? — стараясь скрыть свое удивление, спросил глава рода Эвверан.
— Ищущая Ордена Паладинов, Илара Далан, — представилась она, хотя никакой радости от знакомства не выказывала, скорее наоборот.
— Как обстоит вопрос с подозрениями насчет члена нашего рода? — спросил Эвверан.
Это не могло быть оговоркой (по крайней мере, не для человека его положения), Келдрин ясно дал всем понять, какую награду считает достойной за действия мага хаоса в такой ситуации. Это было меньшее, чем он мог отблагодарить Рагана, который фактически спас его семью.
— Произошло некоторое недопонимание внутри ордена, — обтекаемо ответила девушка. — Все подозрения будут сняты в ближайшее время, — уверенно добавила она. — Маг Солрэн Раган находится под временным наблюдением как свидетель.
Эвверана такая формулировка хотя и не особо обрадовала, но все же удовлетворила. Лучше так, чем быть под следствием.
Пока шел этот разговор, к госпиталю подходили двое. Два человека, головы которых покрывали капюшоны, остановились в десятке метров от стен госпиталя. Один из них внимательно осмотрел стену, нужное окно было найдено. Маг скривился.
— Слишком много от тебя хлопот, Сол. — и, нагнувшись к уху второго, зашептал: — Второй этаж, три окна влево. Убить двоих, взрослого мага огня и мага хаоса. На остальных плевать. Действуй!
