я быстро разложил на столе лёгкие закуски из сыра и орехов. В общем, всё шло прекрасно и не предвещало беды, как вдруг её и в самом деле не оказалось. Так бывает, когда после хорошего случается ещё лучшее.
Мне на телефон пришло фото от моей Вики. Пусть это было не совсем то, на что я надеялся, но всё же чёрные обтягивающие лосины и майка ей очень шли. Она выглядела обворожительно на этом снимке, сделанном в зеркале тренажёрного зала. Всегда приятно получить фото от любимой, даже если она в одном городе и можно просто заехать.
Её волосы были заплетены в две длинные косы, ниспадающие до самых упругих бёдер, а в глазах искрилась радость. И рука… Погодите… Мужская накачанная рука рядом с её ягодицей сбоку на фото. Осталось только узнать, что она там делает…
Глава 17
Раздался звонок в дверь. Неохотно оторвавшись от изучения пятна на потолке — наследия Машиной «помощи» в готовке, — я поплёлся ко входу.
На пороге стоял Гриша с ухмылкой, способной растопить айсберг или спровоцировать войну — в зависимости от настроения.
— Здорово, любитель приключений, — протянул он, без приглашения переступая порог. — Что вкусненького?
— Да много всего, голодным не останешься.
Он хохотнул, и мы прошли в гостиную. Сестра уже обосновалась на диване среди горы еды, погружённая в свои бесконечные сериалы и не обращая на нас ни малейшего внимания.
— Маша, ты бы хоть поздоровалась, — намекнул я.
— Приветствую того, — обратилась Маша к Григорию, — с кем мой брат проводит время чуть ли не двадцать четыре на семь. Как бы тебя от ревности потом Вика не… — договорить она не успела: я подхватил футбольный мяч со стойки с подписью моего любимого футболиста и метнул в неё.
— Чудненькие у вас отношения с сестрой, — усмехнулся Распутин. — Как хорошо, что у меня сестры нет!
— Какие есть, — пожал я плечами. — А про сестру зря ты так: с ними круто жить. Правда, Маша?
— Гори в аду, качок стероидный! Ты меня чуть не покалечил, — проворчала она.
Маша выругалась и поправила растрепанную прическу. А мы с Гришей переглянулись и направились к столу. Плотно поужинав, я достал бутылку джина и два стакана.
— За тех, кто в пути, — произнёс он, поднимая тост.
— И за тех, кто сойдёт с него первым, — добавил я, чокнувшись.
Мы сделали по глотку, и Гриша, поёрзав на стуле, спросил:
— Так как прошла ваша поездка в Пруссию? Слышал, там сейчас весьма… оживлённо.
Я откинулся на спинку кресла.
— О, Пруссия была умопомрачительна. Пару дней порезвился на войне. Знаешь, отличный способ сбросить лишний вес и обзавестись парой новых отверстий в теле. Дуэли там — это вообще национальный спорт. Традиции, как-никак.
— Ну, некоторые коллекционируют марки, а некоторые — шрамы. Каждый сходит с ума по-своему, — Гриша закинул ногу на ногу.
Я вскоре поднялся и кивнул в сторону бильярдной:
— Пойдём, покатаем шары. Заодно обсудим дела в более… непринуждённой обстановке.
В бильярдной, конечно, жучков было ещё больше, но это только добавляло остроты и было частью плана. Я запер за нами дверь на ключ, бросив многозначительный взгляд на Гришу.
Я написал ему сообщение: «Пора начать наш маленький спектакль». Он поднял большой палец вверх и, взяв кий, начал расставлять шары.
— Так что ты собираешься делать со своей… проблемой? — спросил он, совершая удар и загоняя шар в лузу.
— У меня всё под контролем, — усмехнулся я и сделал свой ход. — Сегодня встречаюсь с одним очень важным человеком. Он обещал помочь мне решить мои затруднения. Но есть одно дело и для тебя.
— Ох, звучит многообещающе, — друг почесал нос. — И что же ты задумал на этот раз?
Я достал из ящика папку, подошёл к нему ближе и произнёс:
— Мне нужно, чтобы ты лично доставил эти документы в императорскую канцелярию. Все бумаги подписаны, свидетельства от моего деда подготовлены в полном соответствии для проверки. Там подробно указано, кто и сколько должен. Словом, классическая схема. И, кстати, передай от меня, что я намерен сотрудничать с императорской семьёй.
— Ты, как всегда, метишь высоко, — присвистнул он. — Не боишься, что крылья опалят?
— Кто не рискует, тот пьёт дешёвый джин, — пожал я плечами. — А этого я не переношу.
— Хорошо сказано. И выпьем же за этот превосходный дорогой джин, — он вновь чокнулся своим бокалом с моим.
Мы продолжили играть, обмениваясь наигранными фразами, а о истинной сущности нашей встречи переговаривались в сообщениях.
Гриша, к примеру, вслух рассказал анекдот о том, как философ, физик и борец оказались на необитаемом острове и пытались открыть консервную банку.
— Философ предположил, что банки не существует, — сорвалось с его уст.
— Я слышал этот анекдот: философ ничего не сделал, физик её открыл, а борец её съел.
Мы оба расхохотались — в нашем арсенале было ещё много таких глупых анекдотов. Ближе к полуночи мы изрядно выпили и перешли к обсуждению высоких материй.
— Знаешь, — сказал Гриша, глядя в потолок, — иногда мне кажется, что весь мир — это огромный бильярдный стол, а мы — шары, которые кто-то постоянно пытается загнать в лузы.
— Возможно. Но я предпочитаю быть тем, кто держит кий, — усмехнулся я, шмыгнув носом.
— Лишь бы кий не раскалился добела и не обжёг руки, — подметил друг.
— Да брось, он же из дерева, — рассмеялся я над ним.
— Ну и иди тогда к чёрту, — Гриша широко улыбнулся. — Давай лучше выпьем за то, чтобы день, когда кии будут из металла, наступил не скоро.
Мы чокнулись и осушили стаканы. Где-то в глубине дома Маша громко смеялась над очередным эпизодом своего сериала. А я задумался о том, что игра становится всё интереснее.
И сколько бы жучков ни было спрятано вокруг, никто не сможет предугадать мой следующий ход.
Гриша, закусив орешками, написал мне в сообщении:
— Ты понимаешь, что это большой риск?
— Не привык я отступать, ты же знаешь, — ответил я.
Он театрально вздохнул, подыгрывая нашей маленькой постановке, как мы и договаривались.
— Ладно, — протянул он, — в твоём положении это, пожалуй, единственный ход конём, чтобы обратиться к императору.
На
