что хотели. И убедились, что новый помощник Лойна добросовестно выполняет свои обязанности. После чего напряжение в воздухе сразу спало, Лин криво усмехнулся, а господин Верол облегченно возвестил:
– Да будет так!
Я машинально кивнула и вместе с уже официальным женихом повернулась к одобрительно зашумевшим гостям. Слегка напряглась снова, внезапно осознав, сколько же времени они могут у меня отнять. Но затем перехватила веселый взгляд Лина, который клятвенно пообещал, что до утра мы точно управимся, ощутила молчаливую поддержку Эннара, отыскала в толпе немало знакомых лиц, при виде которых на сердце сразу потеплело, и неожиданно поняла: все. Вот теперь я действительно свободна. А та Игра, в которую меня так ловко втянули, только сейчас, наконец, полностью завершилась.
Сложно, конечно, сказать, чья это на самом деле была победа. Кто проиграл, а кто остался при своем, но мне, я думаю, жаловаться не на что. У меня, наконец, появился новый дом. Верные друзья. Кровные братья. Любящий… ну, пока еще жених, с которым нам теперь придется многое наверстывать. А еще у меня есть настоящая цель. Есть средства, чтобы ее достичь. Искреннее желание многое изменить и неплохие возможности, благодаря которым очень скоро Во-Аллар может стать еще удивительнее и краше.
И что тогда значат те полторы тысячи важных, разодетых в пух и прах гостей, которые смотрят на меня, как скароны – на последнюю оставшуюся в корзинке булочку? Что с того, что эта ночь, судя по всему, станет совсем не такой, как я планировала? Потому что нам с Эннаром, скорее всего, придется отложить давно назревающий разговор и, вместо того, чтобы наслаждаться заслуженной свободой, терпеливо отвечать на нескончаемые здравницы, которые на самом деле не нужны ни мне, ни ему? И когда уже наутро меня, скорее всего, снова куда-нибудь позовут?
Все равно – я точно знаю, что обязательно сюда вернусь.
А значит, ничто иное уже не имеет значения.
* * *
К счастью, Лин ошибся: уже к полуночи многочисленные поздравления закончились, длинная вереница гостей сошла на нет, прекратились вежливые реверансы и поклоны, собравшиеся разбрелись по всему залу, а наши с Эннаром руки под множеством внимательных взглядов торжественно развязали. Потому что именно с этого момента официальная часть церемонии считалась закрытой, и дальше каждый уже мог заниматься тем, чем хотел.
Вскоре после этого Эннар, шепотом извинившись, отошел в сторонку. Куда и зачем, я не стала выяснять: вернется – сам расскажет. В конце концов, государственные дела не станут менее важными из-за нашей помолвки. Так что я лишь кивнула и, перехватив его полный благодарности взгляд, улыбнулась. А затем поискала глазами Лина и ничуть не удивилась, обнаружив его мирно беседующим с господином да Миро.
Еще бы. Чтобы лорд Лис, да не явился лично, чтобы проверить свои догадки?!
– Леди Гайдэ? – вежливо окликнули меня со спины, лишив удовольствия подслушать крайне любопытную беседу «брата» с начальником тайной стражи.
Огорченно вздохнув, я обернулась на голос и с удивлением обнаружила возле себя чету та Ларо, за спинами которых маячил разодетый в пух и прах Эррей, выразительными знаками показывающий, что его батюшке непременно надо уделить внимание.
– Лен-лорд… – так же вежливо ответила я, изобразив изящный реверанс. – Леди Иэра…
Матушка Эррея ответив тем же, испытующе на меня посмотрела.
– Рад вас снова видеть, леди, – негромко сказал Норрэй та Ларо, изучая меня с неменьшим вниманием, чем его супруга. С чего бы это? Ах да, он ведь уже в курсе, благодаря кристаллу, что случилось со мной в том подвале, и прекрасно знает, что смерть его среднего сына произошла при моем непосредственном участии. Правда, концовку этой грустной истории Дей по моей просьбе оттуда стер, но Эннар ее потом восстановил. А лен-лорд та Ларо хоть и не видел ее полностью, все же присутствовал на большом совете в Скарон-Оле, да и на плато провел немало времени. Соответственно, знал, кто я такая. Не насчет Фантома, нет: об этом имели понятие всего два человека в Валлионе – Фаэс и Эннар. Но вот мой статус Ишты не был для него тайной за семью печатями, как и для тех двух с половиной десятков человек, кто присутствовал во время признания «Гая».
Насчет последних, правда, я не волновалась: скароны, хварды и миррэ останутся мне верны, что бы ни случилось. Как и Фантомы. Фаэс и Эннар… ну, тут и так все ясно. Соответственно, ни рейзеры, ни Хасы (тем более что их командир приходился Родану близким родственником), ни присутствовавшие там маги (здесь у меня есть подстраховка еще и со стороны Рига) точно не проболтаются. Господин та Лейро меня тоже не потревожит – он предан своему королю и знает, что такое государственная тайна. А господа послы и их венценосное начальство… ну, что-то мне подсказывает, что Эннар эту проблему уже решил, потому что не хуже меня понимает, что наш союз весьма и весьма упрочит позиции Валлиона в глазах соседей. И с этой точки зрения нам даже выгодно, чтобы Ионис Второй и Берон Третий были в курсе дел. Что же касается лен-лорда и его супруги…
Я перехватила веселый взгляд Эррея и улыбнулась.
– Взаимно, сударь. Я очень рада, что ваш род вернул в свое лоно достойного наследника.
Физиономия Рорна тут же вытянулась, а старший та Ларо, напротив, понимающе усмехнулся.
– Выражаю вам свою искреннюю признательность за это.
– Ну что вы, сударь, – делано не заметила я резко помрачневшего Эррея. – Мы просто восстановили справедливость в отношении некоторых членов вашего уважаемого семейства.
– А вы изменились, миледи, – внезапно заметила леди Иэра, подходя ближе. – В прошлый визит мне показалось, что у вас не получится здесь задержаться, однако, как выяснилось, я ошиблась.
Я удивленно повернулась и, встретив ее спокойный взгляд, всерьез озаботилась. Кажется, вечер перестает быть скучным… интересно, с чего бы вдруг мать Эррея решилась на откровенность? Да еще в присутствии дражайшего супруга и единственного сына?
– Вы все так же честны со мной, леди, – наконец, медленно сказала я, по-новому изучая ее волевое лицо, на котором появилось весьма необычное выражение. – Я всегда считала, что честность – это первый признак уважения. Как у друзей, так и у врагов.
– У ваших врагов весьма печальная судьба, – ощутимо насторожился лен-лорд. – Но мы бы не хотели об этом вспоминать, несмотря на ваши разногласия с некоторыми представителями нашего рода.
Гм. Это он о Лоррэе, что ли? Деликатно уточняет, не держу ли я теперь зла на весь род та Ларо?
– Какие разногласия, сударь? – удивилась я. – Напротив, уже довольно давно я считаю
