И действительно, на следующий день они поднимали бокалы за успешное приобретение хорошей отары, и Бертон повторил свое приглашение. Джек и его друг Маата помогали собрать овец, и обращение мальчика со сторожевыми собаками тоже пришлось Бертону по вкусу. Он тут же приобрел еще двух бордер-колли и заявил, что ему срочно нужна помощь, чтобы устроить их на новом месте. При этом он весело подмигивал Джеку. И мальчика было не удержать.
— Ну, мам, мне ведь можно поехать, правда? Папа? И Маата тоже поедет. Вот это будет приключение… подождите, мы еще привезем китенка и выпустим его в наше озеро!
— Мама китенка будет в восторге, — заметила Гвин. — Равно как и я. Ты должен учиться, Джек, ты не можешь просто взять и устроить себе каникулы.
Мисс Уитерспун, которая до этого больше молчала, серьезно закивала.
— Нам нужно скоро начинать учить французский, Джек, если ты хочешь сдать экзамены в Крайстчерче.
— Ох! — возмутился Джек. — Да меня не будет самое большее две недели, правда, мистер Бертон?
— Но ты должен был начать учить французский еще полгода назад, — возразила Гвинейра.
Она понимала нежелание Джека учить язык. Ее французская гувернантка в детстве доводила ее до безумия. Однако у дамы оказалась аллергия на собак, и юная Гвин этим пользовалась. К сожалению, однажды она рассказала эту историю Джеку. Поэтому мальчик прекрасно знал, что на самом деле ей вовсе не хочется заставлять его учиться.
И тут он неожиданно получил поддержку со стороны отца.
— Во время путешествия в Бленем он выучит больше, чем могла бы научить его мисс Хизер за полгода, — проворчал Джеймс.
Хизер хотела возмутиться, но он жестом заставил ее замолчать.
— Побережье, леса, киты — все это нужно хотя бы раз увидеть. Тогда появятся вопросы, а ответы уже найдутся в книгах. Вы же, милая мисс Хизер, можете воспользоваться этим временем, чтобы найти ответы и начать передавать эти знания детям маори. Им тоже нравится читать что-то еще, кроме Библии и «Сары Кру». Про китов они хотя бы понимают…
— Ура, мне разрешили, мне разрешили! Это будет здорово, мистер Бертон! Мам, пап, можно я быстренько в деревню смотаюсь, скажу Мааке? Мы увидим китов!..
Гвинейра улыбнулась, когда взволнованный мальчик выбежал из гостиной, чтобы обрадовать друга неожиданным известием. Никто не сомневался в том, что родители разрешат Мааке поехать. Маори были прирожденными кочевниками; они порадуются за мальчика.
— Но вы, мистер Бертон, будете отвечать за то, что эти двое оставят этих животных там, где им полагается быть! Я привыкла к Вете в игровой комнате, но не собираюсь привыкать к киту в пруду!
Кроме двух мальчиков, сопровождать овец собирались Энди Мак-Эрон и Покер Ливингстон. Покер с радостью ухватился за возможность развеяться; спокойная жизнь с подругой начинала надоедать ему. При этом нужно было поскорее собраться, поскольку мистер Бертон уже назначил время отъезда.
— Таким образом вы сэкономите одного погонщика, мисс Гвин, а я сразу же начну учиться обращаться с собаками.
Гвин не стала ему говорить, что Энди и Покер без труда справились бы с перегоном, имея в помощниках двух собак, — а Джеймс и вообще сам и с одной собакой. Но она не хотела омрачать ни его радости, ни радости мальчишек.
При этом Джека мучило лишь одно: что будет делать без него Глория?
— Когда меня нет, никто не слышит, как она ночью плачет, — сказал он. — Она уже почти и не плачет, но нельзя же быть уверенным…
Гвинейра бросила на Уильяма укоризненный взгляд. Вообще-то, это его забота, особенно сейчас, и он должен был заверить всех, что, конечно же, присмотрит за малышкой. Но Уильям молчал.
— Я заберу ее к нам, — успокоила сына Гвинейра.
— Может быть, наша мисс Уитерспун могла бы немного позаботиться о будущей ученице, — подколол гувернантку Джеймс.
После того как он сделал замечание относительно бесполезности ее занятий с Джеком, между ним и учительницей началась открытая война.
Хизер не удостоила его и взглядом.
— Как бы там ни было, ничего с Глорией не случится, — произнесла Гвин. — Хотя она, без сомнений, будет по тебе скучать, Джек. Возможно, ты привезешь ей фотографию кита, а потом нарисуешь во дворе, какой он большой.
Джеймс пребывал в наилучшем расположении духа, когда всадники наконец уехали, но Гвинейру, в отличие от него, не оставляло дурное настроение. Она начинала скучать по сыну, стоило ему переступить порог, и сейчас дом без него, казалось, стал совершенно безжизненным. За ужином не хватало веселой болтовни Джека, его маленькой собачки, которая постоянно ходила за ним по пятам. Ужин прошел в более натянутой обстановке, чем обычно, поскольку отношения между Джеймсом и Хизер приобрели очевидную холодность, да и Уильям не вносил особой лепты в разговор. Джеймс, чувствуя депрессивное настроение Гвин, выбрал хорошую бутылку вина и предложил жене пойти в спальню.
Гвинейра одарила его первой улыбкой за день, но тут ее отвлек молодой погонщик скота, который ухаживал за одной из лошадей в конюшне. В обычной ситуации он поднял бы Энди, но в его отсутствие предпочел не рисковать и обратился напрямую к миссис МакКензи. Джеймс и Гвин пошли вдвоем, чтобы посмотреть, все ли в порядке с кобылой.
Хизер Уитерспун воспользовалась возможностью и стянула из обычно закрытого шкафа бутылку вина.
— Идем, Уильям, хоть нам будет хорошо! — позвала она любовника, который какое-то время размышлял над тем, не нарушит ли он семейную идиллию МакКензи, если присоединится к ним. С другой стороны, он не был специалистом по болезням лошадей — да и без того провел на улице целый день, когда там вовсю поливал дождь. С него хватит.
Он слегка удивился, когда Хизер вопреки обыкновению не позвала его к себе в комнату, а уверенно направилась в комнаты, где он жил с Курой.
— Я с самого начала хотела спать в этой постели! — довольно заявила она, ставя вино на ночной столик. — Ты помнишь, как мы выбирали ее? Думаю, именно тогда я в тебя и влюбилась. У нас был одинаковый вкус, одинаковые предпочтения… в принципе, это наши комнаты, Уильям. Мы должны наконец жить в них вместе.
Все это Уильяму не нравилось. Во-первых, у него были вполне конкретные воспоминания об этой постели, но они мучили его меньше, чем мысли о наслаждении, которое доставляла ему Кура. Ему казалось, что если он будет спать с Хизер в этой постели, то осквернит ее. Хуже того, у него возникло ощущение, что он окончательно рвет таким образом со своим браком. До сих пор он оправдывал свои отношения с Хизер тем, что Кура ушла. Но теперь… теперь ему казалось неправильным вторгаться в их личные комнаты.
