Уильям поехал дальше, к старателям под Эрроутаун, но ему снова не повезло. Охота на тюленей тоже скорее отталкивала его, чем притягивала. Кроме того, эта охота была делом довольно-таки тяжелым. Животные давно уже перестали сотнями лежать на берегу в ожидании охотника, сделались пугливее. Уильям попытался подрядиться помощником к гробовщику, но эта работа показалась ему слишком мрачной. При этом столяр оказался первым человеком, который пожалел об уходе Уильяма: с тех пор как Уильям стал консультировать клиентов, они платили гораздо больше денег за красивые и дорогие гробы.
Наконец его занесло в Уэстпорт, где он, опять же, надеялся встретиться с Курой. В Киворд-Стейшн поговаривали, что Западное побережье будет одной из последних остановок на пути труппы. Впрочем, Уильям не увидел и не услышал ничего об оперном ансамбле. Зато здесь требовались рабочие для угольных рудников. Судя по всему, эта работа оплачивалась хорошо, но Уильям боялся тяжелого труда в шахте. По его мнению, горняком нужно было родиться. Поэтому он направился со своим старательским оборудованием на берег Буллер-ривер. Наконец ему немного повезло: всего за один день он выудил из ручья песчинку долларов на тридцать. Половину забрал себе владелец участка; сам Уильям участка не застолбил. Однако пятнадцати долларов должно было хватить на то, чтобы пару дней пожить в отеле, попить хорошего виски и сходить в баню. Поэтому Уильям отправился в довольно приличный паб, сдававший комнаты внаем, и для начала заказал выпить. Пока хозяин наполнял его бокал, он обвел взглядом зал — и сильно удивился.
В зале, вопреки обыкновению, были не только посетители, которые пили виски в одиночестве или небольшими группами, играли в карты или дартс. В центре находился мужчина, который поставил на стол маленькую машинку и работал за ней. Он приводил в движение стрекочущую штуковину с помощью ручки, расположенной сбоку, и при этом что-то рассказывал. Еще более удивительной была его публика. Вокруг мужчины с машинкой собралась целая компания взволнованно переговаривающихся между собой женщин и девушек. Судя по всему, это были почтенные дамы; одетые в простые скромные платья, дамы смотрели не только на машинку, но и на своих дочерей, которые, вероятно, впервые в жизни вошли в паб. При этом девушки нисколько не интересовались обстановкой забегаловки или немногими одинокими пьянчугами, сидевшими по углам. Они смотрели только на статного молодого человека, который, судя по всему, объяснял им тонкости работы своей машинки.
— Видите, там, где умелая швея делает пятьдесят стежков, это маленькое чудо сделает триста. Под руками любой женщины! Хотите попробовать?
Мужчина обвел женщин взглядом, и девушки стали тянуть руки, словно класс прилежных учениц. Наконец он выбрал маленькую красивую блондинку. Та тут же покраснела.
— Это действительно необходимо? — принялась манерничать она.
Молодой человек с улыбкой провел рукой по своим темным волнистым волосам.
— Ну конечно, миледи! Вы не можете сломать эту машинку, напротив: под столь прекрасными руками она тут же примет чудесную форму!
Польщенная девушка села за машинку и принялась крутить ручку. Однако у нее не очень получилось, и малышка испуганно вскрикнула, когда что-то пошло не так.
— О, ничего страшного, миледи. Поначалу бывает, что нитка рвется. Но мы это быстро исправим… вот смотрите, мы вденем нитку сюда… и сюда, и сюда, а потом снова в иголку… это очень просто! А теперь можете попробовать еще раз. Но ткань не держите, легко, без напряжения ведите. Мягко, это должно у вас получиться…
Когда девушка предприняла новую попытку, Уильям с бокалом в руке подошел поближе. Он был выше большинства женщин и без труда мог смотреть поверх их голов. Маленькая машинка слегка напоминала крупное насекомое, плотоядно склонившееся над добычей и то и дело вонзавшее в нее зубы. «Добыча» оказалась двумя кусками ткани, а зубы — иглой, которая молниеносно опускалась на ткань и соединяла два куска ткани красивым швом. Впрочем, у этой швеи пока что получалось не очень.
— А ну-ка, дай я! — вмешалась женщина постарше, и малышка уступила ей место. Женщина принялась более спокойно вращать ручку, иголка замедлила свой танец — но на этот раз шов получился ровнее. Мужчина едва сумел удержать себя в руках от восторга.
— Вот видите! У вас просто прирожденный талант, милостивая госпожа! Пару дней потренируетесь — и вы сошьете свое первое платье! Прекрасно!
Женщина кивнула.
— Действительно маленькое чудо. Но сотня долларов — это большие деньги…
— Да что там, милостивая госпожа. Нельзя так считать! Конечно, на первый взгляд расходы кажутся огромными. Но подумайте, сколько вы сэкономите! С этой машинкой вы будете шить всей семье. Будете шить шторы, постельное белье… да и старое можно легко украсить, чтобы оно приобрело новый вид. Вы только посмотрите!
Мужчина снова занял место за машинкой, взял из стопки заготовленных заранее тканей детскую рубашку и кружева. Положил кружева и рубашечку под иглу машинки. Игла застучала, и через несколько секунд кружево к воротничку маленькой детской рубашечки было пришито. Женщины отреагировали на это удивленными возгласами.
— Почти как новенькая! — ликовал мужчина. — А вы подумайте, сколько стоит рубашка с кружевом. Нет, нет, швейная машинка не дорогая, ее стоимость окупается в кратчайшие сроки! Многие из моих клиенток даже устроили из приобретения небольшой бизнес и вскоре стали шить платья подругам и соседкам. Кроме того, оплачивать всю сумму сразу необязательно! Моя фирма предлагает вам купить машинку в рассрочку. Сейчас заплатите кое-что, а потом каждый месяц по паре долларов…
Торговец разливался соловьем, пока все женщины и девушки не возжелали срочно испытать машинку. Продавец терпеливо, одну за другой подпускал их к машинке, для каждой у него нашлось льстивое или восхищенное слово. Он смеялся над мелкими неудачами, самый крохотный успех превозносил до небес. Уильям слушал его и развлекался.
Наконец три женщины подписали заказ на машинки. Две другие заявили, что им необходимо посоветоваться с супругами.
Когда вся компания разошлась, мужчина казался в высшей степени довольным. Уильям подошел к нему, когда тот собирал свои ткани и машинку.
— Это просто потрясающий прибор! — заметил он. — Как он называется?
— Швейная машинка, — ответил мужчина. — Некий мистер Зингер изобрел ее сорок лет назад. То есть… не изобрел, а вывел на рынок. По общедоступной цене. Даже в рассрочку, если дамы пожелают. Шейте сейчас, платите позже. Гениально!
С этим Уильяму оставалось только согласиться.
