— Вот невезуха… — Федюня пригорюнился.
— Да ладно, не дрейфь. Завтра приедем сюда с детектором аномалий. Будем надеяться, что он поможет. А пока нужно все очень тщательно осмотреть. Потому как придется работать вечером и ночью. Хотя ночи здесь светлые… Но все равно, полазить нужно.
— Так чего же мы стоим?! За дело.
И Федюня храбро полез в развалины. Глеб коротко вздохнул — ну, начинается! — и последовал за ним. По натуре Тихомиров-младший был с ленцой и, чтобы начать работать в полную силу, ему нужно было «завестись». Но пока разные мысли и нехорошие предчувствия не очень способствовали трудовой активности.
Примерное место захоронения клада нашли не скоро. Оно находилось в развалинах стен, представлявших собой изрядно разрушенные воинские казармы, правда, с каменной крышей, поросшей травой и редкими кустиками. Все было сделано по уму: чтобы немедля начать отражение супостата, нужно было всего лишь быстро подняться по внутренней лестнице на крышу. Теперь там уже не было зубцов, а местами зияли провалы.
Передвигаться внутри казарм было очень опасно. Того и гляди сверху свалится кирпич на голову. Или провалишься в подземные казематы. А они точно здесь были, однако как ни пытались Глеб с Федюней найти туда вход или хоть какую-нибудь нору, у них ничего не вышло. Время бежало очень быстро, и только в начале пятого они вдруг вспомнили, что голодные, как цуцики.
Пообедать решили здесь же, расположившись под стенами казармы на недавно скошенном газоне (если можно было так назвать клочок каменистой земли с дикорастущими травами). Глеб заранее договорился с капитаном катера «Айгюн», что он обязательно заберет их около семи вечера. «Не беспокойтесь, мы работаем до последнего туриста, — ответил лихой малый в изрядно полинявшей тельняшке и парусиновой робе. — Во всяком случае, робинзонами на острове вы точно не останетесь».
Приятели жевали бутерброды и наслаждались тишиной и покоем, благо поток экскурсантов иссяк.
— Ты только посмотри! — вдруг воскликнул Федюня. — Нас закрывают!
Глеб обернулся и увидел, что служительница запирает ворота. Те самые, которые вели на пристань. Остальной музейный персонал уже давно ожидал катера. Глеб узнал, что в ночное время надзирать за крепостью остаются лишь двое дедов, которые мирно квасят в Секретном Доме с призраками сановных узников и во двор могут выйти разве что в случае разрушения их сторожки.
— Эгей, уважаемая, а про нас вы забыли?! — крикнул Глеб.
Увы, его вопрос оказался гласом вопиющего в пустыне — тетка спешила на катер. Все верно — рабочий день закончился, а там хоть трава не расти.
— Ну и чего будем делать? — растерянно спросил Федюня, глядя на закрытые ворота. — Это же… преступление перед человечеством! Мы что, до утра здесь будем кукарекать?! Твою мать!..
— Вы чего ругаетесь? — словно с небес раздался приятный женский голос.
Глеб и Федюня дружно обернулись и увидели молодую пару. Это были друзья по несчастью.
— Вы что, не видите — нас закрыли! — объяснил Федюня.
Экскурсанты дружно рассмеялись, и парень ответил:
— За углом в стене пролом. Хоть танком заезжай.
— Спасибо, други! — сердечно поблагодарил Соколков. — А то мы уже думали, что влипли.
Молодая пара продолжила прогулку по опустевшей крепости. А Глеб с удивлением задал риторический вопрос:
— Интересно, зачем эта грымза закрыла ворота на замок, если в стенах полно дыр?
— Для порядку, — ответил Федюня и прилег — чтобы жирок завязался.
Больше делать было нечего, и они последним рейсом отправились в Шлиссельбург. На катере Глеб сказал:
— Завтра приедем сюда после семи вечера. Теперь мы точно знаем, что внушительные ворота только для вида.
— А как будем сюда добираться? — спросил Федюня.
— По морю, аки по суше, — библейским изречением ответил Глеб. — Наймем лодку или катер. Без лодочника, — предупредил он следующий вопрос Федюни.
— Кто ж тебе лодку отдаст так просто?
— Есть средства… — загадочно ответил Тихомиров-младший, и на этом разговор закончился, потому что катер пришвартовался к причалу.
Решили пока пожить у Анны Петровны. С улицы их машина не просматривалась, что кладоискателей вполне устраивало, а обстановка благодаря заботам старушки была почти домашняя. Глеб дал ей денег на питание, и, когда они вернулись, их уже ждал сытный ужин с горячими щами и непременной настойкой, только на этот раз на каких-то ароматных травках.
Утром они сели в «Ниву» и отправились искать по подсказке Анны Петровны рыболовецкую артель. Город был небольшим, поэтому до окраины, где располагалась артель, было рукой подать. Деревянный домик, обитый досками и покрашенный в голубой цвет, они нашли быстро. Он стоял среди деревьев над самой водой. Его окружал забор и куча сарайчиков — видимо, для хранения моторов, запасных частей к ним, горюче-смазочных материалов и прочей рыбацкой надобности. Лодок было много: и возле берега — на плаву, и на берегу — лежали днищами вверх. Везде на специальных подставках сушились рыболовецкие сети.
На небольшом плашкоуте, к которому был брошен с берега деревянный трап и где тоже сушились сети, сидел малый в майке не первой свежести, курил и сквозь зубы плевал в воду. Он так увлекся этим занятием, что не заметил посторонних в своем хозяйстве — судя по всему, это был сторож.
— Уважаемый! — вежливо окликнул его Глеб. — Не соблаговолите ли сойти на берег?
Малый вздрогнул и уставился на Глеба, как на привидение. Видимо, так его никто и никогда не называл. Он долго разглядывал приятелей, а потом на его загорелом лице появилась щербатая улыбка, и он с пониманием сказал:
— Интеллигенты… Счас сойду.
Оказавшись на берегу, сторож сразу пошел с козырей:
— Никак лодка нужна?
— А как вы догадались? — спросил Глеб.
— Гы-гы… В глазах ваших прочитал. Дак рыбки-то у нас давно нет. Путина ушла, и все, тю-тю. Таперича надыть осень ждать.
— И что, рыба здесь вообще не ловится?
— Ну почему, ловится. На удочку. А сети это… — тьху! Цельный день руки рвешь, а в итоге ведро мелюзги на выходе.
— Мы хотим взять у вас лодку с мотором, — сказал Глеб. — На неделю.
— Э-э, нет, вы что, хлопцы?! Да меня бугор утопит, ежели я рискну на такое дело! День до вечера — пожалуйста.
— Платим пятьдесят баксов в сутки … тебя как зовут?
— Никола, — несколько растерянно ответил сторож.
— А меня Глеб. Так что, по рукам?
— А ежели вы смайнаете с лодкой, что тогда?
— Полторы «штуки» американских тугриков для страховки такого риска устроит?
