— Но-но, не балуй! Свинец плохо переваривается, ты это знаешь.
Перед Глебом лыбился Крапива, а за ним, с пистолетом в руках стоял Сердюк и еще двое отморозков.
— Хитрая ты бестия, Тихомиров… — продолжал Крапива, явно наслаждаясь эффектом от своего внезапного появления. — Вишь, что удумал — меня обвести вокруг пальца. Думаешь, если ты шибко грамотный, то остальные дураки?
Глеб молчал. Он был поражен до глубины души. Как, каким образом Крапива вышел на его след?!
— Ты что там, застрял?! — раздался голос Федюни. — Эй!
Не получив никакого ответа, Федюня ловко выбрался на поверхность — и попал в лапы Сердюка.
— Ы-ы-ы!.. — Федюня едва не потерял сознание от страха и затрепыхался в руках Сердюка, как кролик перед убоем; но, получив сильный тычок под ребра, согнулся и притих.
Наверное, явись ему сейчас мифическая Гидра, и то он отреагировал бы на нее не так панически, как на появление Крапивы и его молодчиков.
— Знаю, знаю, о чем задумался… гигант мысли… хе-хе-хе… — Крапива рассмеялся. — Техника, Тихомиров, великое дело. Сердюк, пришли Федькины «котлы»!
Получив наручные часы Соколкова, Крапива отвинтил заднюю крышку и достал оттуда плоскую круглую штуковину, похожую на печатную плату электронного прибора.
— Это радиомаяк, Тихомиров, — торжествующе ухмыляясь, сказал Крапива. — Притом новейшая разработка. Есть у меня один умелец… Ты все назад зырил, искал нас на хвосте, а мы следили за тобой издалека. Знали, что ты не лох, запросто можешь концы обрубить. Ищи потом тебя… А закладку мы воткнули в часы этого придурка, — Крапива кивком головы указал на Федюню, который почти не подавал признаков жизни, — когда он был в отрубе. Между прочим, Сердюк хотел с ним… м-м… немного поиграть — он любитель этого дела, на зоне привык, — да я не разрешил. Чтобы не было потом никаких осложнений. Ты ведь человек принципиальный…
Поняв, какую «игру» хотел затеять с ним Сердюк, Федюня в ужасе пискнул, но так и остался лежать на битом камне — никак не мог отдышаться, лишь дернул несколько раз ногами.
— Крапива, жадность фраеров губит, — наконец молвил Глеб хриплым от ярости голосом. — Даже если ты сейчас меня кончишь, можешь не сомневаться, что тебя достанут даже из-под земли. И то золото, которое ты здесь найдешь (что совсем не факт), не спасет тебя от возмездия. Потому что ты им не откупишься. Можешь не сомневаться, я принял соответствующие меры в случае такого расклада. Я человек предусмотрительный.
Крапива нахмурился. Видимо, слова Глеба ему не понравились.
— Не заводись, — сказал он миролюбиво. — Я не кровожадный. У меня есть предложение поделить найденное. Двадцать процентов для тебя и этого чмошника, — он снова кивнул в сторону Соколкова, — это нормалек. Вам и за глаза хватит.
— Нет! — гневно отрезал Глеб.
— Ну ты, блин, ваще… Хочешь фифти-фифти? Это будет не по-честному. У меня ведь людей больше, чем у тебя. И всем им нужно кормиться. Сам рассуди.
— Я уже рассудил, — твердо сказал Глеб. — Забирай все.
Крапива опешил.
— То есть как это — все? — спросил он, вытаращив на Глеба изумленные глаза. — Ты сдаешь «поле»?!
— Сдаю. Пользуйся. Может, когда-нибудь нажрешься.
— Нет, ну это ни в какие ворота не лезет! Я же хотел по-честному… — Крапива чувствовал какой-то подвох; не может человек так просто отказаться от миллионов, которые сами идут в руки!
Крапива совершенно не сомневался, что известный везунчик Тихомиров-младший нашел действительно ценный клад. Один вид старинной карты чего стоит. Но то, что Глеб пошел в отказ, могло и впрямь выйти ему боком. Крапиве хорошо было известно, что у Тихомировых большие связи. В том числе и в милиции. А с ментами, которые неожиданно перекрасились в полицейских, лучше не связываться — себе дороже. От смены мундира сущность человека не меняется.
Возможно, Глеб и хотел что-то ответить Крапиве, но не успел. Неожиданно раздались тихие хлопки, словно неподалеку начали открывать бутылки с шампанским, и «братки» Крапивы начали падать один за другим. Наверное, у Глеба сработал инстинкт самосохранения, подстегнутый нетривиальной ситуацией. Уже после первого хлопка он понял, что это такое, и сразу же упал рядом с Федюней. Стреляли из пистолета с глушителем, а этот звук ему уже доводилось слышать.
Четверо парней при полном параде — в костюмах, галстуках и черных очках — ну просто агенты американского ФБР! — появились словно ниоткуда. Видимо, они вошли в казарму не сквозь пролом, а через окна. И у всех четверых в руках были стволы с глушителями. Последним упал Крапива; ему «повезло» — он получил три пули, из них одну точно в лоб.
«Конец! Это конец!» — билась мысль в голове совсем отчаявшегося Глеба. Он не знал, что делать. Прикинуться мертвым хомячком не удастся — все равно добьют. Этим «джентльменам» живые свидетели не нужны. Тем более что лаз в подземелье уже открыт. Осталось лишь умереть, потому что ни сбежать, ни спрятаться некуда, а сопротивляться бессмысленно — четыре пистолета, это не шутка.
И тут, наверное, первый раз в жизни, бандит-рецидивист Сердюк сделал доброе дело — спас человеческие жизни, что было ему совсем не свойственно; обычно он отбирал их. Пуля скользнула по черепу, лишь оглушив Сердюка. Очнулся он быстро и сразу же открыл огонь из своего «макарова». Уж неизвестно, где его учили обращаться с оружием, но стрелял он метко — два выстрела, два трупа. «Джентльмены» мгновенно рассредоточились и послали в Сердюка столько свинцовых «приветов», что он мгновенно стал словно булка с изюмом.
— Прыгай! — прошипел Глеб, толкая Федюню; нужно было использовать момент, пока шла перестрелка.
— Куда? — Соколков все еще был в трансе.
— В яму, тупица!
Федюня начал неуклюже ворочаться словно медведь, и Глеб, разозлившись, схватил его за шиворот и буквально зашвырнул в пробитое ими отверстие в полу казармы — откуда сила взялась. А затем и сам последовал за ним.
— Где фонарь и ружье?! — рявкнул он на Федюню.
— Тама, — ответил Соколков, бессмысленно таращась на светлое пятно в потолке.
Глеб быстро отыскал свой «ремингтон» и фонарь, посветил. Куда идти, в какую сторону?! Похоже, они сами себя загнали в западню. Достать их отсюда не составит особого труда. Выкурить, как лису из норы, и все дела. «Впрочем, — подумал Глеб, — не все так мрачно», — и немного приободрился. Ведь у них есть гидрокостюмы, баллоны с кислородом и маски. Так что выкуривать их придется долго. А там будет видно…
— Забирай манатки и дуй туда! — указал Глеб в темноту.
Федюня покорно кивнул, свалил на себя почти все снаряжение и потопал, освещая дорогу фонариком. Но шел он недолго, потому что на пути у него вырос невысокий завал.
