- Довольна ли ты? - спросил я большую черную кошку, когда в дом превратился в большой пылающий костер, искры из которого достигали небесных высей, - Радует ли твое исстрадавшееся сердце такой пейзаж?
- Да, в этом что-то есть, - согласилась большая мудрая кошка. - Признаюсь, ты оказался не столь тупым, как я подумала о тебе в начале нашего знакомства. - Вообще-то мы, кошки, отрицательно относимся к пиромании, но этот пейзаж радует мое сердце.
- Теперь ты осталась без крова, - напомнил я большой черной кошке. - Не сочтешь ли возможным, мудрая, поселиться у одной прелестной женщины с великолепным характером?
- Я не возразила бы, - ответила большая черная кошка. - Но только при том условии, что ко мне не будут лезть с праздными разговорами, и что я буду иметь возможность ходить сама по себе.
- Я заверил мудрую, свободолюбивую кошку, что у нее будет такая возможность и дал ей твой адрес, уважаемая Франческа. Надеюсь, ты не имеешь ничего против.
- Конечно, - не задумываясь, согласилась Франческа. - Пусть приходит. У нас здесь достаточно места. И полно жирных мышей. Надеюсь, ей понравится. Когда она придет?
- Она не сказала. Большая мудрая черная кошка ходит сама по себе, - напомнил Агофен. - Я оставил ее любоваться столь приятным ее сердцу зрелищем, а сам направился сюда, чтобы удовлетворить ваше любопытство и усладить ваш слух своим рассказом.
- Усладил! - признался Максим. - Молодец. Все сделал так, что лучше и быть не может.
- А я что говорила, - Франческа была довольно и тем, что Агофен преуспел, и тем что не надо уходить из этого дома, искать где-то убежища от солдат генерала. - Еще молочка! - предложила она, тут же налила стакан и подала его Агофену.
Тот принял стакан с благодарностью и с удовольствием его осушил.
Максим подвинул к себе документы, которые принес джинн.
- Все эти бумаги сгорели в ярком огне пожара, - напомнил он. - И, поскольку они не существует, никто нас не осудит, если мы, для пользы Счастливого Демократического Королевства, ознакомимся с их содержанием, - вот такое загнул Максим, чтобы оправдать моральные принцыпы драконов. - Надеюсь, все с этим согласны.
Эмилий посмотрел на бабушку и согласился:
- Раз такое дело, то можно. Надо спасать Счастливую Хавортию.
Франческа ничего не сказала, но утвердительно кивнула.
- Итак, вначале посмотрим, что планирует генерал. Потом подумаем, как нам быть. Ну-ка, - Максим взял один из листков... - Так... Да здесь все по полочкам разложено... - и он стал зачитывать наиболее интересные места. - "... дивизия будет состоять из девяти батальонов, по 200 воинов в каждом...", "... С кавалерией плохо, все кикиварды корявые идиоты и не умеют ездить верхом. Возможно сумеем сформировать один эскадрон, но и в нем лошади будут умней своих всадников...", "...этих сил будет достаточно, чтобы неожиданным ударом ликвидировать королевскую гвардию с ее бездарными тупыми командирами..."
Максим поднял густо исписанный листок бумаги.
- А вы говорите: "Если Максим не ошибается..." Вот вам документ, уверен, что сам генерал его и составлял.
- Видим, что не ошибаешься, - согласился Бах. - Читай дальше.
- "... Бароны возмутятся, - продолжил читать Максим, - попытаются защитить болвана-короля и вместе с ним свои ничтожные дурацкие привилегии. Нам это и надо. Баронства мы ликвидируем, замки снесем до основания, титулы отменим, баронов перевешаем а в подведомственных им поселениях создадим военно-трудовые лагеря и плацы для строевой подготовки. Гномов и кикивардов заставим работать на полях. У нас будет самая передовая форма государственного правления - Счастливая Военная Диктатура. Такого еще не было ни в одной стране, а у нас будет!
- Непременно надо Брамина-Стародубскому показать, - сказал Дороша. - Ему понравится.
- Ага, - подтвердил Агофен. - Если генерал попадет в его руки, добрейший барон сделает из него, э-э-э, краснозадую макаку и посадит ее на цепь в отхожем месте. А в замке устроят всенародный праздник с концертом художественной самодеятельности.
- Тебя барон непременно пригласит, - напомнил Дороша. - Будешь показывать фокусы.
- А что? И буду! Брамина-Стародубский очень хорошо относится к оригинальному жанру.
- Гномы и кикиварды тоже обрадуются, - сказал Максим.
- Ты про сроки, это сейчас самое главное, - напомнил Бах.
- Сейчас найдем и про сроки. Ага, вот здесь... - Максим снова стал читать:
- ... Кикиварды солдаты отвратительные. Им бы только митинговать и кричать о независимости. Дикари. Дай им эту дурацкую независимость, так они на третий день перегрызутся. Чтобы обучить их военному делу, требуется очень много времени. А времени для этого у нас нет. Медлить нельзя. В день Желтого Дракона мы выступим и форсированным маршем двинемся к столице.
- Что это за день такой? - оторвался от чтения Максим.
- Наш традиционный праздник, - объяснила Франческа. - В этот день никто не работает. А после обеда все жители Бугра выходят на улицу и обливают друг друга желтой краской. И если кто-то посторонний появиться, тоже обливают.
- Почему вы обливаете друг друга именно желтой краской, уважаемая Франческа? - заинтересовался Агофен. - Она дает обливаемым или обливающим какие-нибудь явные или тайные преимущества?
- Никаких преимуществ. Но желтый - это цвет солнца, цвет возрождения жизни, цвет радости, - охотно объяснила Франческа. - Я попрошу Лауренсиху, у нее есть прекрасная лекция: "Почему мы стремимся к желтому?!" Лауренсиха так интересно рассказывает...
- Лекцию - не надо, - мгновенно отреагировал Агофен. - Я просто хотел узнать, зачем вы вообще обливаетесь краской?
- Старинный обычай. Мы, драконы, все очень серьезные и деловые. А в этот день все вселятся и становятся такими смешными. И самодеятельность выступает. Плясуны, гимнасты... Наш хор бабушек имеет успех...
- Ваш хор бабушек тоже желтой краской обливают? - поинтересовался Агофен.
- А как же... Мы что, разве не драконы?..
- Погодите, - прервал их Максим. - Вопросами этнографии и народного творчества займемся потом. Ты скажи, Франческа, когда этот веселый день наступит?
- Послезавтра.
- Да, послезавтра, - подтвердил Бах, который все это время старательно изучал карту. - Уже послезавтра. А здесь, на карте, намечен маршрут по которому армия кикивардов пойдет к столице. Вот смотрите...
Все начали рассматривать карту, которую Эмилий расстелил на столе. Нашли Пегий Бугор, нашли имение Гроссерпферда, места, где находились сейчас стойбища кикивардов. Невдалеке от одного из них стоял красный крестик, возле которого начиналась жирная линия, ведущая к столице Хавортии, городу Пифийбургу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
