Он протянул листки мне, делая вид, что не замечает возмущенного фырканья Карлоты.
– Моей девушке, – я сделал ударение на первом слове и заметил, как у нее сразу же зарделись щеки, – тоже будет интересно послушать, читай вслух. Как говорится: три головы хорошо, а четыре лучше!
Николя пожал плечами и стал разворачивать листки, а я за свои высказывания был награжден многообещающим взглядом и еще одной порцией сладкого. Увидев это, Пабло авторитетно заявил:
– Карлота к тому же прекрасно знает местные условия и всех соседей. Без нее мы не сориентируемся! – и с нахальной демонстративностью протянул свою тарелку.
– А как же иначе? – согласилась Карлота, накладывая и ему кусок торта. – Без меня ваши инициативы обречены на полную неудачу.
Тем временем Николя пригладил свои волосы и стал читать:
– Твой знакомый «самурай», оказывается, довольно-таки темная личность. Он подвизается одним из главных подручных крупного наркомафиози колумбийского происхождения. Полиция с постоянной периодичностью арестовывает и его, и его шефа и с такой же периодичностью выпускает на свободу. Ибо нет на них явных обвинительных улик для вынесения более сурового приговора. Вечно они выкручиваются с помощью лучших адвокатов и изъянов в мягком законодательстве.
– Пока не вижу повода для поощрительной добавки! – изрек Пабло, старательно слизывая сладкий крем со своей тарелки и глядя, как я делаю то же самое. – А?
– Да! – согласно закивал я головой. – Хотя информация интересная.
– Слушайте дальше, лизоблюды и подхалимы! Имеются еще более интригующие факты. Пропавший матрос с яхты «Пиранья», некий Пепе, имел когда-то непосредственные контакты с вышеупомянутыми «самураем» и его шефом и даже является их земляком – они все родом из одного поселка.
– А о нем ты откуда знаешь? – удивился я.
– Когда я работаю с компьютером, – снисходительно стал поучать Николя, – то делаю все основательно и скрупулезно. Начав с владельца яхты, наткнулся на его заявление о пропаже матроса и проверил последнего как можно глубже во времени.
– Да ты молодец! – я похвалил его от всей души. – Карлота, если не трудно, дай ему, пожалуйста, один из оставшихся моих кусочков торта!
– Почему только один?! – возмутился Николя. – Это еще не все! Самое интересное впереди.
– Если он еще что-то откопал, – обреченно вставил Пабло, – то можете ему и мою порцию отдать!
– Ловлю на слове! – Николя выставил вперед указательный палец. – Так вот. Второй матрос с той же яхты, ныне уже покойный, не в столь уж далеком прошлом был замешан в одном крупном деле, связанным с контрабандой наркотиков. Так как не было на него прямых улик, то он был оставлен на свободе и затих. С тех пор больше не попадался в поле зрения полиции. Один только нюанс: он работал с крупными русскими мафиози, которые всеми силами пытаются влезть на современный рынок торговли наркоотравой. И пользуются при этом самыми мерзкими и подлейшими методами. Не гнушаются ничем. Как, впрочем, и их конкуренты, которые мало чем отличаются в лучшую сторону.
Мы с минуту сосредоточенно молчали, пытаясь переварить и сопоставить полученную информацию. Пабло заговорил первым.
– Выходит, все ниточки ведут на яхту «Пиранья». Она явно во всем этом замешана. А сам владелец, Макс Билландер, что ты о нем узнал?
– Как ни странно, он совершенно чист! – отрешенно сказал Николя, с удовлетворением принюхиваясь к внушительному куску торта, который Карлота положила ему на тарелку. – М-м! Как пахнет! – И добавил: – Вот на том листке о нем все данные: где родился, учился, что делает, как и где живет, сведения о семье и даже некоторые суммы доходов и расходов.
Мы все втроем, поочередно, просмотрели предложенную нам чуть ли не полную биографию. Да, придраться было не к чему – Билландер вел образ жизни, достойный подражания.
– Не подкопаешься! – я с ожесточением потер пальцами виски, заставляя себя думать более интенсивно. Но в голову ничего не приходило. – Почему же тогда он так нервничает и агрессивно настроен?
– Вы теоретики, вот вы и думайте. Я, практик, свое дело сделал. Если найдете какую-нибудь зацепку, – Николя довольно погладил себя по животу, – может, и вам сладкого перепадет.
Тут Пабло защелкал пальцами и снова взял уже прочитанный нами листок. Еще раз пробежав его глазами, задумчиво хмыкнул.
– Конечно, это будет слишком уж притянуто за уши, но… Вот смотрите, у Макса Билландера двое детей, старшая девочка и мальчик девяти лет. А что, если это тот самый мальчик, которого ты, Андре, видел позапрошлой ночью? Было бы фото, ты смог бы его опознать?
– Думаю, что да. Мне хорошо запомнилось его лицо, освещенное фарами проезжавшей мимо машины.
– Тогда сделаем так: ты, Николя, найди фотографию ребенка, как хочешь. Можешь даже подключить кого-нибудь из наших (если там кто-то есть). Я бегу просмотрю информацию в телевизоре, а ты, Андре, пройдись с Карлотой в гости к той маленькой красотке. Я думаю, причину для визита вы найдете сами. Если что-то интересное, сразу звоните мне, для координации. Имеются какие-то дополнения или предложения?
– Может, позвоним в полицию? – засомневалась Карлота.
Мы все втроем одновременно переглянулись и вздохнули.
– И что мы им скажем? – мягко спросил я. – По поводу ребенка пока ничего конкретного. Остальная информация им наверняка известна. Поэтому лучше не торопиться и не выставлять себя в ненужном свете. Особенно мне. И так у меня репутация всюду сующего свой нос и нарывающегося на неприятности.
– Я себе представляю, что думают о тебе те, кто знает тебя еще больше! – она встала первой. – Тогда вперед на поиски истины! – и добавила то, что всем нам очень понравилось: – Зайду только возьму фотоаппарат и шоколадку.
Усадьба, граничащая с тылами владений Фергюссонов, хоть и находилась частью в пределах видимости с дороги, располагалась довольно-таки далеко. Пришлось петлять по узкой асфальтовой ленте минут пятнадцать, прежде чем мы, объехав несколько громадных прибрежных холмов, попали к главным воротам.
Открывшая нам калитку женщина, видимо, хорошо знала Карлоту, так как очень была рада встрече.
– Девочка моя! Сколько же мы не виделись?! Могла бы проведывать почаще! А это кто с тобой? – она прямо засыпала Карлоту поцелуями и вопросами.
– Это мой друг, он тоже в отпуске, отдыхает, – стала объяснять Карлота. – А здесь мы ради прекрасного вида на залив, который открывается из вашего сада. Я рассказала Андре о нем, и он загорелся желанием сделать несколько фотографий. Можно, если мы вас не побеспокоим?
– Какие могут быть беспокойства? Да я вас и не отпущу, пока вы с нами не поужинаете! И Виктория будет рада гостям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
