Читаем без скачивания Лексикон - Макс Барри

Он воспользовался вертолетом и приземлился на вертолетной площадке при офисе в округе Колумбия. На это ушло тринадцать минут. Во время перелета Йитс пытался по телефону скоординировать действия людей. Это оказалось довольно сложной задачей, потому что каждые несколько секунд телефон сообщал о поступившем сообщении, и ему приходилось отвлекаться, чтобы нажать на кнопки. К тому моменту, когда в поле зрения появилось здание Организации, выяснилось, что большую часть времени Йитс потратил на то, чтобы привести телефон в удобное для разговоров состояние. Когда сервер перегружен рассылкой подтверждений приема входящих запросов настолько, что не успевает на них отвечать, это называется атакой на отказ в обслуживании, DOS. Вот то же самое произошло и с Йитсом. Он сдался и отложил телефон.

Выбравшись из вертолета, он сначала решил спускаться на лифте, но потом выбрал лестницу, которая давала ему определенную маневренность. Через один пролет Йитс оказался в помещении, где приглушенная подсветка была сделала с большим вкусом. Его помощник вскочил из-за стола. Он был полон сообщений.

– Не сейчас, спасибо, Фрэнсис, – сказал Йитс и закрыл за собой двойную дверь.

Датчик присутствия включил свет ярче. В этом месяце его кабинет был одой феодальной Японии XVIII века: бумажные перегородки, низкая и незатейливая мебель. На стене позади стола висел подсвеченный специальной лампой самурайский меч. Йитс ничего конкретно не выбирал: дизайн его кабинета периодически менялся в случайном порядке, чтобы ничем не выдать художественные пристрастия хозяина. Он расположился за столом и нажал клавишу на клавиатуре, чтобы разбудить спящие мониторы.

Его предшественник не пользовался компьютером. Компьютер считался инструментом секретаря. Сейчас это трудно представить. На мониторах появились красные «коробочки». Проснувшись, компьютер принялся вываливать данные по обнаружениям за несколько дней и даже недель. Спектрограмма голоса из какой-то гостиницы в Стамбуле. Женщина, подходящая под описание, в Ванкувере. Йитс изучил картинку: солнцезащитные очки, шляпа, ничего такого, за что можно зацепиться, но компьютеру понравились скулы. Фото с видеорегистратора такси, зернистое и бедное, сделано на маршруте, который, как вычислил компьютер, соответствовал передвижениям Вульф. Это было в Сиэтле, вчера. «Коробочки» с извещениями двигались сплошным потоком, но Йитс успел ухватить ту, на которой штамп времени был недавним. Информация поступила с системы видеонаблюдения здания. Уровень достоверности составлял девяносто девять процентов. Итак, Вульф снаружи в настоящий момент.

У его кабинета имелся балкон. Йитса охватило искушение выйти на него и, перегнувшись через перила, проверить, сможет ли он разглядеть ее внизу. Но это было рискованно. Вполне возможно, что Вульф только этого и надо. Не исключено, что его поджидает снайпер. Проблема заключалась в том, что Вульф пропала на целый год; он, хотя и считал, что хорошо понимает ее, плохо представлял, насколько сильно она изменилась.

Зазвонил его телефон. В Йитсе поднялось возбуждение, но он выждал, когда оно пройдет.

– Да?

– Я дико извиняюсь, но тут так много народу, желающего поговорить с вами, и все говорят, что у них срочное дело…

– Среди этих людей есть Фрост? – Поэт, ответственный за обеспечение безопасности здания. Йитс говорил с ним, когда летел в вертолете, между эсэмэсками и попросил его выполнить важные, давно заготовленные приказы. В частности, Фросту предстояло заполнить вестибюль изолированным от внешней среды персоналом, мужчинами и женщинами в черных комбинезонах и с оружием, которые смотрят на мир через компьютерный дисплей и не слышат ничего, кроме слов из рекомендованного списка. Однажды они доказали свою неспособность забрать слово из Брокен-Хилл – команды, посланные туда, принялись с увлечением убивать друг друга, – однако это ничего не значило, потому что все было подстроено им самим. Он был абсолютно уверен в том, что они смогут остановить Вульф.

– Нет, от Фроста никаких вестей.

– Я буду говорить с Фростом, – сказал Йитс. – Больше ни с кем.

Он выключил микрофон. Красные «коробочки» продолжали ползти по экрану. Йитс увидел слово «ВЕСТИБЮЛЬ». Он откинулся на спинку кресла.

Итак, она в здании. Если его указания будут выполнены, то как только Вульф поднимется на первый этаж, ее схватят, свяжут ей руки, а рот заклеят скотчем. Затем ее доставят вниз и бросят в камеру без окон. А потом позвонит Фрост.

Йитс ждал, сложив руки на груди. По экрану проползло еще несколько красных «коробочек». «ВОЗМОЖНОЕ ОБНАРУЖЕНИЕ POI: ВУЛЬФ, ВИРДЖИНИЯ. ВТОРОЙ ЭТАЖ». Он некоторое время смотрел на это, пытаясь представить те обстоятельства, которые вынудили службу безопасности принять такое решение: отправить Вульф наверх, а не вниз. Он потянулся к телефону. В тот момент, когда Йитс поднес трубку к уху, на экране появилось новое извещение. «ТРЕТИЙ ЭТАЖ». Произошла задержка? На несколько секунд? Раньше это не имело особого значения.

– Фрэнсис, будьте любезны, объявите на этаже локдаун.

– Да, сэр.

– И, пожалуйста, постарайтесь дозвониться до Фроста.

– Сейчас.

Экран мигнул. Свет выключился. Все это из-за локдауна. Беспокоиться нечего. Йитс ждал. Его дыхание было ровным. Он не испытывал никаких эмоций. Текли минуты. Свет включился.

Он нажал на кнопку интеркома.

– Фрэнсис, почему локдаун сняли?

– Не знаю. Выясняю.

Какой-то шум на заднем фоне. Довольно громкий, он даже услышал эхо от него.

– Кто это еще?

– Это… чем могу вам помочь?

Заговорил женский голос. Неразборчиво, Йитс не смог идентифицировать его. На том конце линии отключились. Он медленно положил трубку.

Отчасти он был доволен. Он и раньше знал, что Вульф от природы находчива и умеет атаковать. Он, в некотором смысле, был бы сильно разочарован, если бы она попала в лапы Фроста и солдат. Он тогда лишился бы шанса проверить себя. Конечно, оставалась вероятность, что она сейчас войдет сюда и уничтожит его. И вот это вызывало тревогу.

Однако все это чувства. И он не нуждается в них. Он либо одержит победу, либо нет.

Йитс сделал несколько глубоких вздохов и принялся молиться. «Господи, да пребудь со мной, да направь мою руку. Помоги мне преодолеть немощь плоти и стать Твоей праведной силой». По его телу разлилось тепло. Отношения с Богом были его величайшим богатством. Они позволили ему стать тем, кто он есть. Многие из его подававших надежды коллег поддались искушению. Они справлялись со своими физиологическими потребностями, ели, дышали и трахались с осторожностью и в полном соответствии с протоколом, постоянно держали себя под контролем, но свои социальные потребности – эти основные человеческие желания любить, быть любимым, найти свое место в обществе – они просто подавляли, потому что не существует безопасного способа удовлетворить их. Ведь они называются потребностями не просто так. Человек – это животное, которое алчет близости на биологическом уровне, без устали, настойчиво. Йитс видел, как множество успешных карьер рушились только из-за уступки этой потребности: у мужчин, которые шептали признания шлюхам, у женщин, которые задерживали взгляд на детях. На таких маленьких изменах раскрывались души. Он сам раскрыл множество из них.