Идиллия продолжалась долго, закончилась же за несколько месяцев.
Хлопотная для Кирлана проблема Буковой пущи была именно проблемой — но не более того. Для ее решения существовало множество способов. Прежде всего, как справедливо предполагала княгиня Доброго Знака, можно было оказать давление на суд в Роллайне. В худшем случае, если бы этого оказалось недостаточно, Дартанский легион действительно должен был защитить права новых владельцев — но если даже и нет, то что?.. Под любым предлогом можно оттягивать вмешательство, разобраться с более важными делами, добыть средства на увеличение численности нескольких городских гарнизонов и, наконец, оказать желаемую поддержку войску новых владельцев. Никто не считался с возможностью начала войны за пределами Буковой пущи. Кто мог увидеть в этом хоть какую-то выгоду?
Ссора между ветвями рода К. Б. И. назрела почти за несколько дней. Никто в Армекте не понимал, что произошло. Как в прежние времена, личные войска совершили вооруженный набег на земли соседей. В мгновение ока — можно сказать, воистину по-дартански — враждующие Дома обрели союзников, и возникли две могущественные, сражающиеся друг с другом группировки. Более сильная вскоре распалась, дав начало трем новым: кто-то рассчитывал погреть на происходящем руки, кто-то демонстративно вышел из игры, обещая поддержку то одной, то другой стороне конфликта, в обмен на определенную выгоду. Посреди всего этого оказался Дартанский легион — армия, состоявшая из пеших и конных патрулей. Давно уже не было грозных, вооруженных до зубов легионов, которые много веков назад с легкостью разгоняли любителей приключений. Не было ни арбалетчиков, ни тяжелой пехоты, ни конных, ни пеших лучников. По всему Дартану, по улицам городов и дорогам передвигались верхом или пешком вооруженные только мечами легионеры с очень красивыми щитами, хранившимися в арсеналах городских гарнизонов, — щитами, предназначенными для парадов, ибо в прямоугольных, овальных или треугольных полях на красном дартанском фоне великолепно смотрелись серебряные звезды Вечной империи… Кроме того, в Роллайне имелись алебардщики живописной дартанской гвардии, хорошо обученные, но не имевшие никакого боевого опыта, а в портовых городах — дартанская морская стража, единственное подразделение, знавшее вкус сражений, поскольку на морях иногда приходилось преследовать пиратские корабли и даже эскадры. Но морская пехота нужна была на борту парусников, и даже если бы оттуда забрали этих солдат, их боеспособность на суше вызывала сомнения. Впрочем, на реорганизацию войск не хватало времени. Начавшаяся еще зимой гражданская война с приходом весны стала еще ожесточеннее. Вскоре стало ясно, что сторонники К. Б. И. Эневена наверняка одержат верх, поскольку располагали средствами, о которых не могли и мечтать их противники. Они подкупали нейтральные Дома, нанимали новых солдат, платили бесчисленным шпионам. Взяв себе, по старому дартанскому обычаю, столь же цветистое, сколь и непонятное, название «союз Ахе Ванадейоне» — «воскрешенных рыцарей королевы», — они наращивали силы, устанавливая собственные порядки во всем северозападном Дартане, от Сенелетты до самой Лида Айе на Закрытом море. Это уже было нечто большее, чем ссора враждующих родов. Князя — представителя императора и его солдат попросили покинуть Роллайну. Его благородие Эневен таким образом проявлял заботу о безопасности вице-короля Первой провинции, сожалея, что не в состоянии эту безопасность обеспечить…
26
Мокрый луг за городом, ограниченный озерцом и речкой, был не настолько обширен, чтобы устраивать на нем скачки, но колонне конных лучников об этом не сказали. Три полных клина, каждый во главе с подсотником, то мелкой, то размашистой рысью маневрировали среди стоявших повсюду отрядов пехоты. День был холодный; весна в этом году весьма скупилась на солнечные лучи, однако разозленная девушка, бежавшая вдоль шеренги топорников, явно не ощущала холода. Мускулистая, с коротко подстриженными черными волосами, она была одета лишь в форменную юбку и подстежку, которую обычно носили под кольчугой. На голых руках не было заметно даже следа гусиной кожи. Кто-то бежал навстречу кричавшей девице, ведя прекрасного гнедого коня. Одним прыжком оказавшись в седле, она сжала коленями конские бока и рванула с места галопом, наперерез разворачивающемуся верховому отряду. Вспотевший подсотник дунул в глиняный свисток. Клин остановился. Девушка осадила скакуна прямо перед офицером и начала кричать что было сил. Ошеломленный подсотник лишь кивал в ответ. Девушка была не просто девушкой. Она двигалась как двадцатилетняя и обладала соответствующей фигурой, но лицо выдавало, что она вдвое старше.
— Нет! Простое и короткое слово, повторяй за мной: нет!
— Нет, госпожа.
— Потому что?..
— Потому что там болото, ваше благородие.
Кричащая на своих офицеров Тереза — подобное было обычной картиной. Ее нисколько не волновало присутствие рядом простых солдат. Все к этому привыкли и все понимали. Она никогда не оспаривала авторитет своих подчиненных, но на учениях не было времени и места для тихих упреков. Офицеры знали, что когда они наконец удовлетворят требованиям коменданта, то тотчас же услышат похвалу, обычно столь же громкую. Она могла крикнуть солдатам: «Подсотник никому вас не отдаст, с ним вы в безопасности, как у себя дома!» Подобные реплики имели своеобразный оттенок, особенно на фоне предшествовавших им гневных тирад.
Она знала, когда прекратить придираться. Не каждый мог стать орлом… Когда она понимала, что лучше уже не будет, — кивала головой и хвалила. Улучшение, которого не принесли наставления и инструкции, могло еще прийти со временем, благодаря опыту и соперничеству между командирами. Никто не хотел оказаться хуже других.
К ним присоединились офицеры остальных двух клиньев. Подъехал и подсотник, командир колонны.
— Все вы никуда не годитесь, — сказала Тереза. — Куда лезешь? Под луки собственной пехоты? — спрашивала она одного из подсотников. — Заходишь вправо — очень хорошо, но зачем? Ну, я спрашиваю. Зачем?
— Чтобы… — сказал подсотник. — Чтобы солдаты могли стрелять, передвигаясь рысью, на предполье, с левой стороны.
— Очень хорошо. Но это клин легкой пехоты. — Она показала назад. — У них более мощные луки, и даже из глубины строя они стреляют лучше, чем конница, а особенно конница в движении. Когда движешься между линиями, проходи перед фронтом топорников, а не лучников, даже если придется сворачивать влево! Твои не будут стрелять, ну и ладно, это сделают за тебя пехотинцы, и притом значительно лучше, но только тогда, когда ты им позволишь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
