и правда думала, что сможешь его спрятать? Ты снова недооценила меня. – Он кивнул двум дараджам, которые по-прежнему держали Экона. – Подведите его ближе.
Глава 26. Хороший воин
Экон почувствовал, как взгляд бога смерти впился в него, когда его заставили подойти ближе. Но он все равно не поднимал головы.
– Как-то ты слишком долго, Экон.
Он рискнул взглянуть на Феду и увидел, что тот смотрит на него с выражением, которое можно назвать ласковым. По коже пробежали мурашки. Дараджи, которые держали его, остановились в нескольких шагах перед богом, а затем отошли назад, так что в центре площадки остались только Экон и Феду. Справа стояла Коффи, которую держали еще двое дараджей. Безумным взглядом она смотрела то на Феду, то на Экона, но бог будто не обращал на это внимания.
– Ты прошел весь этот путь ради Коффи? – спросил он с искренним любопытством.
– Да. – Экон ответил как можно увереннее, но все равно ощутил, как руки – плотно прижатые к телу – задвигались сами по себе. Пальцы отбивали ритм – медленнее и осторожнее, чем обычно.
Раз. Два. Три.
Феду стоял перед ним, облаченный в безупречно белое дашики и такие же штаны; золотая цепочка блестела в свете костра. Теперь он совершенно не походил на старика, которого Экон видел в храме Лкоссы; на человека, который называл себя братом Уго. Перед ним стоял бог с безупречным лицом без единой морщины. И все же Экону показалось, что он замечает в глазах Феду проблески прежней радости, те же искорки, которые мелькали в его взгляде, когда он изображал старика. Соединение двух совершенно разных личностей ошарашивало.
– Я впечатлен, – произнес Феду, потирая подбородок. – Я всегда знал, что ты на голову выше других претендентов, с которыми соревновался, тех, кого ты называл товарищами, но это… – Он широко взмахнул рукой. – Эта решительность, эта стойкость. Вот почему я выбрал тебя когда-то, Экон. Ты всегда был хорошим воином.
Экон коротко взглянул на Феду, но, услышав последние слова, снова опустил взгляд. Со стыдом он ощутил, что глаза щиплет от слез. Хороший воин. Эти слова были слишком болезненны, слишком сильно напоминали о последнем разговоре с Феду в небесном саду.
Ты подходил идеально. Ты был усердным, ты отчаянно искал одобрения. Поэтому тебя легко было превратить в то, что мне нужно.
Феду подошел к шесту, к которому была привязана девушка. Экон никогда не видел ее раньше, но по тому, что успела рассказать Коффи, догадался, что это Макена. Она была худощавой, большеглазой, с темными пышными волосами. Она едва успела взглянуть на Экона, и через полсекунды Феду уже подошел к ней. Экон смотрел, как бог взял ее за подбородок и заставил поднять голову, чтобы Макена посмотрела прямо на него. Губы Феду рассекла жестокая улыбка, и Экон почувствовал, как тяжелый ужас собирается внизу живота.
– Макена, – тихо произнес Феду. – Видишь вон того юношу? Я хочу, чтобы ты внимательно на него посмотрела. Сегодня он решит, будешь ты жить или умрешь.
Экон ощутил, как на коже выступил пот. Ему показалось, что откуда-то из толпы донесся крик:
– Что?
– Сначала я думал, что оставлю решение за Коффи. – Феду отошел от Макены, по лицу которой снова заструились слезы. – В конце концов, они с Макеной подруги. Но затем появился ты, и у меня возникла идея поинтереснее. Доблестный воин приходит, чтобы спасти возлюбленную, но он должен принять немыслимое решение, чтобы добиться цели. Экон, я уже заключил сделку с Коффи. А теперь я заключу сделку с тобой. – Его глаза сверкнули. – Убей эту девушку, и я освобожу Коффи.
– НЕТ!
Экон обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Коффи пытается шагнуть вперед, вырваться из хватки двух дараджей, которые по-прежнему держали ее за руки.
– Нет, Экон, не делай этого! Он врет!
– Ты так думаешь? – Феду наклонил голову, словно размышляя над любопытной загадкой.
– Ты не отпустил бы Коффи так легко, – произнес Экон сквозь стиснутые зубы. – Она все еще нужна тебе.
– Верно. – Феду кивнул. – Но у меня есть предчувствие, что Коффи окажется полезной для меня вне зависимости от того, находится она у меня в подчинении или нет.
Экон нахмурился. Что он имеет в виду – находится у него в подчинении или нет? Бог не оставил ему времени, чтобы как следует обдумать эти слова.
– Делай выбор сейчас, Экон Окоджо. Ее жизнь, – он показал на Макену, – или ее свобода. – Он кивнул на Коффи.
В панике Экон снова посмотрел на Макену, затем на Коффи. Потом сглотнул.
– Хорошо. Я принял решение.
Глаза Феду весело сверкнули, а глаза Макены расширились от ужаса. Но Экон не смотрел на нее.
– Давай, – сказал бог смерти. – Склонись передо мной.
Экон измерил взглядом расстояние от него до Феду, сосчитал.
Раз-два-три. Раз-два-три. Раз-два-три. Девять шагов.
Не обращая внимания на то, как неровно бьется сердце, он сосредоточился на числах. В числах всегда есть смысл. В числах всегда будет смысл. Он сделал последний вдох, а затем зашагал вперед.
Раз-два-три. Раз-два-три. Шесть шагов.
В воображении он услышал голос Фахима, его мольбу. Тебе нужно вернуться домой.
Если это предложение и было в силе когда-то, то теперь точно нет. У Экона сжалось горло. Даже после всего, что случилось, Сыны Шести не исключили его из своих рядов; они предлагали ему последний мост, последний шанс искупить вину. Он сжег этот мост. Он никогда не сможет вернуться. Остался только один путь – путь чести.
Раз-два-три. Три шага.
Экон преодолел последнее расстояние и оказался прямо перед Феду. В образе старика, брата Уго, он был ниже ростом – теперь бог смерти был такой же высоты, как он сам. Экон бросил взгляд на существо, которое по-прежнему ждало в тенях. Ичисонга. Коффи рассказала ему о нем, рассказала, что он делает с людьми. Он посмотрел на его рог, пытаясь сдержать поднимающуюся тошноту.
– Твой выбор? – спросил бог.
– Мне нужен нож. – Экон говорил тихо, но ощущал, что весь сад, все, кто пришел сюда, слышат его. Ему показалось, что вдалеке раздался сухой всхлип, но он не стал смотреть в ту сторону.
Феду улыбнулся, и его белые зубы жутковато сверкнули. Он кивнул одному из стоявших поблизости дараджей – юноше в желтом. Тот вышел вперед, и Экон увидел, что он держит в руках кинжал. Поклонившись, он передал его Феду, который, в свою очередь, протянул Экону рукоять. Экон несколько раз перевел взгляд с клинка на бога и обратно, размышляя.
– Хочешь убить меня? – прошептал Феду. Он по-прежнему улыбался. – Можешь попробовать. Но не забывай, я бессмертен. Чтобы расправиться со мной, обычного оружия недостаточно.
Экон понимал это с того момента, как попросил нож, но все равно что-то внутри словно сдулось, когда бог произнес это вслух. Не говоря ни слова, он принял кинжал, ощутил его тяжесть в
