ладони. Он покрутил его в руке, наблюдая, как клинок блестит желтым и оранжевым в свете костра. Он перевел взгляд на Макену и обнаружил, что она уже смотрит на него, ожидая. Их разделяло лишь несколько метров. Буквально несколько шагов. Шесть, может пять…
– Сделай это, – произнес бог.
Экон повернулся лицом к Макене и вдохнул, медленно ведя отсчет.
Раз-два-три. Раз-два-три. Раз-два-три.
Он крепче сжал кинжал, не обращая внимания на то, что рука стала липкой от пота. Ветерок коснулся его лица, отгоняя жар костра. Свободной рукой он отстукивал ритм, снова считая.
Раз-два-три. Раз-два-три. Раз-два…
– Что ты делаешь? – спросил Феду. – Я же сказал тебе…
Экон резко развернулся. Движение далось ему без усилий – он проделывал дуару сотни раз, – и все же показалось медленным. Он увидел, как лезвие рассекло ночной воздух, описав идеальный круг, а мир вокруг расплылся. Он заметил, как мгновенно изменилось лицу Феду, на долю секунды отразив потрясение, а затем Экон вонзил клинок в грудь бога – туда, где должно быть его сердце. Феду вскрикнул.
– Зайн! – Экон оглянулся. – СЕЙЧАС!
Клинок не убьет бога смерти, но Экону это было и не нужно – достаточно задержать его на какое-то время. Зайн уже бежал вперед, подняв руки. Экон не видел сияния, но ощутил его волну, когда Зайн резко остановился, широко открыл глаза и поднял руки. Дараджи вокруг костра падали на колени, кричали, прижимая руки к ушам, словно пытаясь защититься от какого-то ужасного звука. Экон знал, что именно Зайн собирается сделать, ожидал этого, но смотреть все равно было непросто. Несколько секунд он был способен лишь смотреть на упавших на землю дараджей – потрясенный, зачарованный.
– ЭКОН!
Экон вышел из ступора. Мимо пробежала Коффи – к кому-то из дараджей, лежавших на земле.
– Макена! – крикнула она. – Помоги ей!
Экону не нужно было повторять дважды. Повернувшись, он увидел, что Макена по-прежнему привязана к шесту. Ее глаза были широко раскрыты от ужаса. Экон бросился к ней, преодолел расстояние между ними и как можно осторожнее вытащил кляп из ее рта. Она закашлялась.
– Извини, – смущенно произнес он, обходя шест сзади, чтобы развязать веревки.
– Подожди. – Макена кашляла и хватала воздух. – Ты… – кххх — не собирался – кххх — убивать меня? Все это было для вида?
Экон поджал губы.
– Коффи считает, что мои актерские способности оставляют желать лучшего, – произнес он, распутывая узлы. – Но я думаю, что это представление заслужило несколько наград.
В этом и заключался план Коффи – Экон просто не знал, сработает ли он. Он потянул веревки еще раз и сумел ослабить узлы настолько, чтобы путы упали на землю. Макена отошла от шеста и потерла руки.
– Еще раз извини, – сказал он, – за все это представление с ножом.
– Ничего страшного, – спокойно ответила Макена. – Думаю, в другой раз мы получше… НЕТ!
Экон проследил за взглядом Макены и почувствовал, как ужас когтями сдавливает горло. Он увидел, как Феду медленно поднимается и выдергивает из груди кинжал. Бог отбросил его в сторону, словно не замечая, как кровь сочится из раны. Она не красная, отметил Экон. У Феду была золотая кровь. К моменту, когда он встал, она пропитала его рубашку, но он пристально смотрел на что-то перед ним – на Коффи. Она опустилась на колени рядом с одним из кричащих дараджей, словно что-то ища, и не замечала Феду.
– Коффи! – крикнул Экон. – Осторожно!
Коффи подняла взгляд и вздрогнула. Феду уже двинулся к ней. Походка у него была неровная – похоже, обычный кинжал Экона все же оказал какой-то эффект, – но он двигался вперед, сосредоточившись на единственной цели. Экон взглянул на Коффи и с удивлением обнаружил, что она не шелохнулась. Почему? Феду подходил все ближе, спотыкаясь и шатаясь, но с выражением того же жуткого голода на лице. Коффи посмотрела на него, не поднимаясь. Вот он уже в нескольких шагах от нее. Вдруг она резко встала, бросила на Феду последний взгляд, полный негодования, и поднесла что-то к губам – что-то маленькое и серебряное. Экон видел, как она забрала этот предмет из кармана дараджи, которого обыскивала, но не придал этому значения; теперь он понял, что это какая-то свистулька. Увидев ее, Феду тут же потрясенно остановился.
– Нет! – произнес он, оглядываясь. – Нет…
Экон увидел, как Коффи прищурилась, глубоко вдохнула и подула в свистульку.
Воздух наполнил низкий гул, и Экон ощутил, как земля дрожит под ногами. Когда ичисонга бросился вперед, его руки покрылись мурашками, но чудовище не обращало внимание ни на кого, кроме Феду. Когда оно приблизилось, бог повернулся, попытался убежать, но оказался недостаточно быстр. Все случилось за несколько секунд. Ичисонга рванул вперед, опустив огромную серую голову, и перешел на галоп. Он настиг Феду, и воздух заполнил влажный хлюпающий звук – рог монстра пронзил бога, так что кончик высунулся из его груди. Феду испустил ужасный вопль боли, но ичисонга не остановился. Экон ощутил еще одну волну тошноты, когда чудовище затрясло головой вверх-вниз, не отпуская безвольное тело Феду, а затем врезалось в костер. В воздух взлетел сноп искр, бревна с хрустом ломались, голодное пламя начало пожирать траву, распространяясь все дальше. Экон отшатнулся, еще одну невыносимую секунду наблюдал за происходящим, а потом закричал в темноту единственное слово:
– Бежим!
Глава 27. Несущие погибель
В огне было что-то одновременно пугающее и успокаивающее.
Возможно, из-за того, что он не делал различий в том, что – и кого – пожирать. Стоя на поляне северного сада, Коффи видела, как пламя костра взметается выше и выше. Рядом с ней по-прежнему кричали дараджи под воздействием иллюзии Зайна, а откуда-то издалека Коффи слышала резкое фырканье ичисонги и звуки стонов – чудовище унесло Феду куда-то во тьму. Она слышала, как кричит Экон, призывая бежать, но не могла сдвинуться с места. Ее зачаровывало красно-оранжевое пламя, которое уже выбралось за границы кострища, сдерживавшие его. Едкий запах дыма заполнил воздух, обжигая легкие и напоминая ей о другом пожаре – в Ночном зоопарке. Там тоже был огонь и крики, похожие на те, что она слышала сейчас.
– Коффи!
Коффи вздрогнула, когда кто-то назвал ее по имени и схватил за руку. Она насторожилась, но тут же расслабилась, когда увидела, что рядом стоит Амун. Он был так же красив, как и обычно, но его лицо поглотил ужас.
– Нужно уходить! – крикнул он, перекрывая окружающий их шум. – Немедленно! Зайн не сможет долго удерживать дараджей, которые по-прежнему верны Феду.
Зайн. Это имя заставило Коффи снова собраться. Она посмотрела вправо и увидела, что он стоит там же, где и был. Коффи осознала, что на их тренировках он всегда создавал иллюзии только для нее одной; она никогда не видела, каково ему приходится, когда он использует сияние на
