— Попросите Рубена пойти туда и прикинуть объем работ. Думаю, он будет доволен.
Я вернулась к Рубену.
— Мне хотелось бы кое-что отремонтировать в бабушкином доме, Рубен.
— О да, — откликнулся он, не отрываясь от работы, и я увидела на его лице довольную улыбку.
— Ты можешь пойти туда и взглянуть?
— Да, конечно.
— Я думаю сделать там пристройки, чтобы получился уютный коттедж. Фундамент там хороший. Как думаешь, это возможно?
— Думаю, да. Мне нужно хорошенько все посмотреть.
— Так ты сможешь прийти туда как-нибудь?
Он остановился и почесал затылок.
— Как скажете, мадам. Вас устроит завтра, после того как я закончу работу здесь?
— Прекрасно.
— Ну, тогда часов в шесть?
— Уже будет темнеть. А ведь тебе нужно все хорошенько рассмотреть.
Он снова почесал затылок.
— Ладно, я приду туда в пять. У нас будет еще целый час до темноты.
— Договорились, Рубен. Завтра в пять часов… у дома. Я там буду.
— Очень хорошо, мадам.
Он выглядел безмятежным, и я этому порадовалась. Рубен был простодушным и глуповатым. С тех пор как не стало Хетти, прошло уже довольно много времени и он наверняка забыл, как она выглядела.
Я вернулась к Киму.
— Ну, — спросил он, — вы договорились?
— Да. Он, кажется, обрадовался.
— Рубен чувствует себя счастливым, когда работает. — Ким посмотрел на часы. — Давайте вернемся в библиотеку. Меллиора с Карлионом должны прийти с минуты на минуту.
Идя к дому бабушки, я вспомнила, как приходила сюда в прошлый раз, и снова ощутила тревогу.
Войдя в лесок, я даже стала оглядываться через плечо, потому что решила, что за мной кто-то может красться. Я подошла к дому ровно в пять часов. Хотелось надеяться, что Рубен не опоздает. Когда он явится, мои страхи рассеются.
Никогда раньше я не жалела, что наш домик стоял на отшибе, мне это даже нравилось. Но тогда здесь жила бабушка Би, и все казалось безопасным. Меня захлестнули чувства. Я с печалью осознала, что мир никогда не будет прежним после смерти бабушки.
Дом выглядел по-другому. Когда-то это было убежище, мой родной дом. А теперь это просто четыре глинобитные стены, стоявшие в стороне от остальных домов, место, где пугаешься скрипа щеколды и где в окне может мелькнуть чья-то зловещая тень.
Я приблизилась к двери, открыла ее и вошла внутрь, с тревогой оглядываясь по сторонам. Из-за очень маленького окна в доме всегда было темно. Я пожалела, что не дождалась солнечного утра и не попросила Рубена прийти пораньше. Правда, я и сейчас вполне могла показать ему все, что хотела здесь сделать.
Торопливо оглядев дом, я пошла в кладовую, чтобы убедиться, что там никто не спрятался. Я рассмеялась над собой, но все же заперла дверь. Мне удалось убедить себя, что, вероятно, в прошлый раз мимо проходил какой-то цыган или бродяга, который сначала попытался открыть дверь, а затем заглянул в окно. Наверное, он просто искал место, куда можно вернуться ночью и укрыться от непогоды. Убедившись, что дверь заперта, и увидев, что в доме кто-то есть, он быстро убежал.
Осмотрев потолок в кладовой, я решила, что им обязательно нужно заняться. Если пристроить еще несколько комнат и при этом сохранить главную комнату с ее полкой, то получится очень неплохой коттедж.
Вдруг мое сердце подпрыгнуло в груди от ужаса. Все произошло так же, как в прошлый раз. Кто-то тронул щеколду. Я кинулась к двери и прижалась к ней. В окне снова мелькнула чья-то тень.
Я уставилась на темный силуэт, потом рассмеялась.
— Рубен! — крикнула я. — Так это ты! Подожди минутку, я тебя впущу.
Когда он вошел, я все еще смеялась, испытывая огромное облегчение. Милый, знакомый Рубен, а не какой-то зловещий чужак.
— Ну, — бодро произнесла я, — сдается мне, что мы выбрали не очень подходящее время для нашего с тобой дела.
— Нет, мы все успеем до того, как стемнеет, мадам.
— Может, и так, но тебе все равно придется прийти сюда как-нибудь утром. Видишь, здесь многое нужно починить. Но я еще думаю о том, чтобы кое-что пристроить. Нам с тобой нужно будет составить план. Мне хотелось бы, чтобы эта комната оставалась такой, как есть, со старой полкой вдоль стены. Ты понимаешь, о чем я толкую, Рубен?
Он неотрывно смотрел на меня.
— О да, мадам.
— Мы будем расширять дом. Почему бы не построить хорошенький уютный коттедж? Нужно будет срубить несколько деревьев. Жаль, конечно, но нам понадобится больше места.
— Да, конечно, мадам, — сказал Рубен. Он стоял неподвижно и по-прежнему смотрел на меня.
— Ну что ж, — продолжила я. — Давай осмотрим все, пока еще не стемнело. Боюсь, у нас осталось мало времени.
— А у нашей Хетти его и вовсе не осталось, — внезапно произнес он. Я обернулась и внимательно посмотрела на него. Лицо Рубена сморщилось, словно он готов был расплакаться. — Она уже давно не видела дневного света, — добавил он.
— Мне очень жаль, — мягко сказала я. — Это было ужасно. Я не могу передать тебе, как мне жаль!
— Я расскажу вам, как мне жаль, мадам.
— Нам нужно успеть все сделать до заката. Скоро станет темно.
— Да. — Он кивнул. — Скоро вам будет так же темно, как нашей Хетти.
Что-то в его голосе и в напряженном взгляде насторожило меня. Я припомнила, что Рубен — человек неуравновешенный. В памяти всплыл случай, когда я заметила, каким взглядом Рубен обменялся с Хетти в кухне Пенгастеров после того, как он убил кота. К тому же бабушкин дом стоит на отшибе и никто не знает, что я отправилась сюда. А в прошлый раз, когда я приходила сама? Может, и тогда Рубен незаметно шел за мной?
— Итак, крыша, — сказала я намеренно бодрым тоном. — Что ты думаешь насчет крыши?
Он на секунду глянул вверх.
— Думаю, с крышей нужно что-то делать.
— Послушай, Рубен, вряд ли стоило приходить сюда в это время. Сегодня даже солнца нет, чтобы как следует все рассмотреть. Вот что мне пришло на ум: я дам тебе ключ от дома, ты придешь сюда утром и осмотришь весь дом. Когда справишься, сообщишь мне и я решу, что мы сможем сделать. Хорошо?
Он кивнул.
— Боюсь, сейчас слишком темно, чтобы что-то делать. Тут и в самый солнечный день не очень много света. Но утром будет лучше всего.
— О нет, — возразил Рубен. — Самое лучшее время — именно сейчас. Час пробил. Настало время.
Я постаралась не обращать внимания на его слова и двинулась к двери.
— Ну так как, Рубен? — пробормотала я.
Он вдруг опередил меня и загородил дорогу.
— Я хочу рассказать вам кое-что, — начал он.
— Да?
— Я хочу рассказать о нашей Хетти.
— Как-нибудь в другой раз, Рубен.
