class="p1">Собственно, основная добыча любой «экспедиции» — это угнанные в неволю туземцы из местных племён, которых впоследствии продавали в портовых поселениях. Ну, а также дань от покорённых племён, разумеется.
Тем не менее, длительность контроля и его степень увеличивались из раза в раз, поскольку до местных всё более начинало доходить, что испанцы здесь уже очень надолго, если не навсегда.
Помогали этому и блестящие победы испанского оружия над войсками различных туземных корольков. Собственно, именно здесь, впервые, опробовали в бою пулемёты Драгона, а также 6-фунтовые, 9-фунтовые и 12-фунтовые пушки системы Анхеля. Ну, а также ручные гранаты, начинённые белым фосфором.
Правда, больше всего пользы для дела испанской колонизации Африки принесла активная борьба с агрессивными местными условиями, а также, в особой степени, борьба с не менее агрессивными местными заразами. Шла она, повторю себя вновь, очень неэффективно, но ведь всё же шла.
В Америках всё шло гораздо спокойнее. Вернее, испанские власти хотели бы, чтобы всё было гораздо спокойнее, но получалось так себе. Новые колонисты по отношению к индейцам вели себя, как правило, не очень дружелюбно.
Не помогало и то, что европейцы всё так же оставались захватчиками тех земель, что индейцы всегда считали землями своих предков, что для последних, в силу их религиозных традиций, было весьма болезненно, так как эти земли они ещё и чтили. Впрочем, реваншистский пыл индейцев быстро успокаивали карательные рейды испанских отрядов.
К сожалению или к счастью, того же нельзя сказать о переселенцах. На них град картечи и пуль не обрушивался при любой попытке отравить жизнь европейцам, ведь они сами и были европейцами.
Так что да, несмотря на попытки мирного сосуществования, предпринимаемые властями, фактически происходил планомерный и крайне жестокий по своей природе геноцид коренного населения.
Впрочем, более ничего особенного и не происходило. До смерти Павла I, разумеется. Пользуясь очередным дворцовым переворотом в Петербурге, великие державы, в очередной раз, устроили междусобойчик.
Поводом для этого стало крупномасштабное сербо-хорватское национально-освободительное восстание в австрийских Балканах. Так как австрийцы мгновенно подавить его не смогли, вмешались, собственно, великие державы.
Ну и, собственно, напали на бедную Австрию. Напали первыми, кто бы мог подумать, пруссаки и испанцы. Пруссаки оккупировали австрийскую Богемию, то есть, Чехию.
Испания, в свою очередь, ввела войска на территорию австрийских Балкан. Франция, в свою очередь, оккупировала австрийские Нидерланды. Удивительным образом, в празднике жизни приняла участие даже Польша, успешно оккупировавшая спешно оставленную австрийцами Галицию и Лодомерию.
Разумеется, австрийцы попытались отбиться, но их силы были втянуты в боевые действия сразу на нескольких фронтах — в Балканах, в Богемии, в Нидерландах, в Ломбардии и Венеции. Ну, а британцы… а на британцев просто забили.
Правда, Россия подтянулась очень быстро, неожиданно быстро, и молниеносно опустошила Восточную Пруссию после перехода через Неман. В свою очередь, Россия также завязала бои с поляками.
Впрочем, на Балканах у русских войск всё шло весьма дурно, несмотря на значительный боевой опыт как командного, так и рядового состава. Здесь объединённой армии России, Австрии, Румынии и Болгарии противостояла объединённая армия Испании, Греции и Албании при поддержке различных отрядов сепаратистов.
Впрочем, по факту воевали именно русские части, так как болгарские и румынские части были разбиты, полностью деморализованы и оттеснены на левый берег Дуная.
Австрийские же части, понёсшие тяжёлые потери, и вовсе отступили в Венгрию для объединения с частями из Галиции. И после их не планировалось отправлять обратно на Балканы — они предназначались для сдерживания угрозы со стороны Пруссии.
Ну и, соответственно, русские части, также частично деморализованные видом полностью павших духом болгарских и румынских солдат, были в откровенно ужасном стратегическом положении.
Испанские, греческие и албанские войска, как ни странно, полностью оккупировали Болгарию при поддержке местных сепаратистов, а русским частям теперь предполагалось пробить вражескую оборону, установленную по Дунаю, и вытеснить их из Болгарии.
При значительно меньшем числе солдат и орудий, а также отвратительном снабжении. Притом, что враг уже разбил Дунайскую речную эскадру и, соответственно, захватил полный контроль над речным пространством Дуная.
Положение со снабжением стало и вовсе невыносимым после того, как испанский флот прошёл через Босфор и проник в Чёрное море, после чего, обладая подавляющим качественным и численным превосходством, разгромил российский черноморский флот.
Вернее, последний сам себя же и ликвидировал, осознав тленность своего бытия. Соответственно, после этого испанский флот установил полную морскую блокаду всего черноморского побережья, за исключением турецкого.
И, имея надёжный оплот в лице морской базы Синопа и Проконнеса, испанцы могли продолжать блокаду всего черноморского побережья так долго, как им того, в принципе, захочется.
Ну и, разумеется, ничего русские в такой ситуации сделать уже не смогли. Лучшее, что они смогли придумать — установить свою линию обороны по Дунаю, чтобы не допустить потери ещё и Румынии.
В Италии дела у австрийцев, к слову, шли прям из рук вон плохо, так как войска Сардинии и Испании, при поддержке войск Королевства Этрурии и Королевства Обеих Сицилий, успешно вели действия против австрийцев.
Имея более чем двукратное численное превосходство, они вели свои дела настолько успешно, что к концу 1801 года сидели в Граце, всего в 200 километрах от Вены.
Про австрийские Нидерланды, пожалуй, и вовсе стоит промолчать — французы без труда сломили австрийское сопротивление, уступавшие им по численности в несколько раз, после чего оккупировали австрийские земли в Нидерландах.
Лучше всего дела шли у австрийцев в Богемии, где они таки сумели изгнать пруссаков, но ценой такой крови, что никаких сил даже на защиту Вены у них уже просто не оставалось.
Фактически, Австрия исчерпала свой военный ресурс в данный конкретный момент, и надеяться на продолжение войны не могла в текущих условиях.
Тем более, что уже в ноябре балканские и италийские войска её противников соединились в Граце и, имея более чем пятикратное превосходство в живой силе, не оставляли Вене и шанса на победу.
Тем не менее, удачные действия русских в Польше, где они к концу 1801 года уже дошли до самой Варшавы, и пытались взломать польско-прусскую оборону, устроенную ими по реке Висле.
Соответственно, в конце 1801 года начались переговоры хотя бы о перемирии. Позиция Испании, Франции, Пруссии, Польши, Сардинии, Греции, Албании, Этрурии и Обеих Сицилий была, без преувеличения, очень жёсткой по отношению к Австрии.
От последней отрывалось её Королевство Ломбардии и Венеции. Прежний австрийский Милан, соответственно, отходил Сардинии. Мантуя отходила Испании.
Далее, на территории Венеции создавалось Королевство Венеция, находящееся под протекторатом Испании. За Австрией оставались, в свою очередь, лишь прежние венецианские владения в
