и смелы, и ловки!
Бако глянул вниз и нахмурился. Всё было так, как говорит Кеттер — лушь ещё догорала, других уже отогнали от стен только под башней, некоторая часть луши, что всё же достигла стен и карабкалась вверх без всяких лестниц и приспособлений, цепляясь за выступы в камне голыми руками. К счастью, их было не очень много и лучники снимали их прицельными выстрелами.
— Нужно послать мальчиков за стены у восточного склона, там луши уже почти нет, пусть собирают стрелы с золотыми наконечниками и несут их назад и не важно, где они застряли, — скомандовал он.
— Ты думаешь, рука вождя, нам не хватит стрел? Но луши осталось мало, — спросил его советник Кайлет, который только что поднялся наверх, с докладом, что воины очистили южный склон до самого низа.
Бако не ответил. Стоя на площадке башни Вождя, он смотрел вниз на склоны, которые были хорошо видны теперь сквозь редеющие дымные хвосты. Лушь проигрывала, луши было мало. Их рубили с наскока, их крошили сверху, со стен.
Сквозь темные тучи проглядывали отблески света — занимался новый день. Бако слышал как из-за стены доносится радостный крик Акуилы Венанди — видимо он остался жив и теперь вдоволь драл глотку, празднуя победу.
Всё было слишком хорошо. Так хорошо, что они не могли и мечтать. Слишком хорошо и просто.
— Где же он? — проговорил Бако, думая о колдуне
— Если он проиграл, зачем ему приходить? — ответил Кеттер.
Оба замолчали, а потом Кеттер воскликнул добавил:
— Смотри! Несут раненых.
Внизу, растянувшись вереницей, в крепость вносили носилки. Бако не видел ни ее начала, которое терялось за стенами, ни конца, исчезавшего в подземных катакомбах.
— Все не так плохо, рука вождя, — добавил Кеттер. — Мы можем помогать раненым, можем собрать их с поля. Более того, эти люди ранены из-за своей небрежности, потому, что поспешили за стены вместо того, чтоб ждать внутри — сказал неуверенно, будто себе не веря еще советник Акрам.
— Потому, что лушь закончилась. Неужели это так? — недоумевая сказал советник Кайсе.
Бако слышал удивление в их голосах и вместе с ними удивлялся сам. Если б ещё труп колдуна лежал перед ними! Но Меш еще не сказал свое последнее слово. Где же он? Чего выжидает? Каков его следующий ход?
Бако слушал победные крики Акуилы и его воинов, раздающиеся из-за стен, размышляя, что они не пустили в дело даже свои резервы.
— Я готов благословить короля Евгеника, за чёрные слезы и детальные планы, — пробормотал Кеттер, когда со сторожевой башни на востоке раздались три долгих сигнала тревоги.
— Кто-то спутал сигналы от радости? — пробормотал Кеттер, но Бако только усмехнулся. Он ждал этих сигналов. Иначе не могло и случится, он знал с самого начала, что победу придётся выцарапывать зубами.
— Может быть так они подают нам знак, что остались живы? — пробормотал Кеттер, — Как же они остались живы? Я думал, всех сигнальщиков перебила лушь.
— Лушь не поднимались на холмы, — ответил Бако, — они прошли низом, между ними и…
Что еще хотел сказать Бако тут же забылось потому, что теперь звук сигнального рога прозвучал с южных холмов, а затем в запада и с севера.
— Что это значит⁈ — воскликнул советник Кайсо.
— Мы скоро узнаем, — ответил Бако. — Пошлите гонцов, пусть возвращают людей из-за стен. Пусть женщины принесут еду и воду воинам, пусть они хорошо поедят и лягут поспать. Им понадобятся все их силы.
Советники недоумённо смотрели на него.
— Неужели ты думаешь, рука вождя… — начал было советник Кайсо, когда Бако рявкнул:
— Исполняйте!
Бако тоже лёг спать. Ему нужна была свежая голова, когда придёт время. Он лёг на войлочную скатку, раскатав её прямо на полу, как всегда они спали, когда ходили в походы с вождем Арисом. Ему снилось Ирисовое ущелье, покрытое цветами ранней весной, когда его разбудили. Он сел, протёр глаза. Кеттер, стоя у перил рвал на себе волосы.
— Они идут? — Бако поднялся на ноги.
— О горе нам! — горестно ответил ему Кеттер, — смотри же! — и он указал пальцем на дальние холмы.
Небо почернело ещё сильнее, едва зародившийся дневной свет померк, но сквозь полумрак все же они увидели, как из-за дальних холмов в долины выливается новый поток луши.
Будто в насмешку вспышки молний прорезали небо, осветив дальние холмы и лушь, волнообразно, взбирающуюся на них. Узкие горловина долин не давали им пройти и лушь лезла на плечи друг другу, поток густел.
Бако, не сводя взгляда, ждал, когда черный поток луши поредеет. От того сколько ещё воинов осталось у колдуна, зависит всё. Но поток и не думал останавливаться. Лушь вливалась в узкие долины наполняя их до середины склонов. Бако видел, как тонкие ручейки взбираются на вершины холмов. Отчаянные сигналы прозвучали еще раз и стихли. Для сигнальщиков эта битва была закончена.
Бако перевел взгляд на узкие горловины долин. Лушь все так же лилась потоком.
— Ты все время шепчешь «остановись, остановись», — сказал Кеттер.
— Если они не остановятся, нам всем конец, ты же понимаешь, их уже больше, чем мы могли ожидать! Мы представили себе самое великое множество воинов и добавили ещё столько и строили свою оборону, исходя из этих соображений. А теперь всё изменилось. Мы просчитались. Ты останешься тут, а я должен пойти вниз, к воинам — сказал Бако. — И как только поток луши остановится, прикажи дать один сигнал. Понял меня, старки-в-длинной-кофте?
Кеттер кивнул в ответ.
Бако ждал этого сигнала пока пробирался между повозками внизу. Ждал, пока спускался в лазарет к раненым, он даже подумал, может быть Кеттер просто забыл, или отвлекся?
Даже на подъеме в башню шамана его не настиг сигнал рога. Прикинув скорость луши и прошедшее время, он горько сжал губы.
Шаман отдохнул и выглядел гораздо лучше. Щеки налились румянцем и немного порозовели. Он встретил Бако кивком и отправил подальше слуг.
— Их слишком много, — тихо сказал Бако, опускаясь перед ним, — вторую волну мы не удержим. Они льются
