Но существовали и другие царства жизни. Бисеза вспомнила об «Инной» биосфере, о древних теплолюбивых созданиях, уцелевших чуть ли не со времени сотворения Земли. Эти существа обитали в глубинах океана близи от источников тепла, в глубоких трещинах горной породы. Их не должно было коснуться небольшое повышение уровня ультрафиолета на поверхности, но если планета была рассечена вглубь до самого ее ядра, то и эта древняя империя могла подвергнуться разрушениям, как и поверхность. И не погрузились ли Очи в недра планеты, чтобы наблюдать за всем, что происходит там?
Флот продолжал плавание вдоль южного побережья Франции, потом – вдоль восточного и южного побережья Испании, в сторону Гибралтарского пролива.
Люди встречались крайне редко, но в скалистой местности на юге Испании разведчики обнаружили несколько человек с длинными волосами и низко нависшим лбом, которые, как рассказывали македоняне, отличались большой физической силой, но при этом, завидев чужаков, сразу убегали. Бисеза знала, что эта территория была в древние времена одним из последних оплотов неандертальцев, когда на запад по Европе распространились кроманьонцы – Homo sapiens. Если это были выжившие неандертальцы, они правильно поступали, что избегали людей из будущего.
Александра гораздо больше заинтересовал пролив, который он назвал Геркулесовыми Столпами. За проливом лежал океан, и он не был неведом людям поколения Александра. За два столетия до рождения Александра карфагенянин Ханно предпринял дерзкое плавание к югу вдоль атлантического побережья Африки. Существовали и не настолько надежно подтвержденные рассказы о путешественниках, которые, выйдя из пролива, поворачивали к северу и находили там странные холодные страны, где летом лежал лед и солнце не садилось даже в полночь. Теперь Александр воочию познавал форму планеты: подобные странности легко объяснялись, если верить, что ты плывешь по поверхности шара.
Александру очень хотелось выйти в океан за Гибралтарским проливом. Джош был двумя руками «за». Ему так хотелось установить контакт с сообществом, обитавшим в Чикаго, он надеялся, что эти люди не так уж далеки от его времени. Но Александр больше хотел добраться до нового острова посреди Атлантики, о котором рассказали Кейси космонавты с «Союза». Царя очень заинтриговали рассказы Бисезы о путешествиях на Луну, и он говорил, что одно дело покорять земли, но первым ступить на какую-то землю – совсем другое.
Но даже царь мог не все. Во-первых, его сравнительно небольшие корабли не были способны плыть долее нескольких дней, не приставая к берегу. Советникам пришлось терпеливо отговаривать Александра и убеждать в том, что с путешествием к новым землям надо подождать до лучших дней. Александр с большой неохотой согласился, и корабли тронулись в обратный путь.
Флотилия шла обратно вдоль северного побережья Африки. Плавание протекало без происшествий, берег явно был необитаем.
Бисеза снова ушла в себя. Недели, проведенные в экспедиции Александра, отвлекли ее, вырвали из живой напряженности тех месяцев, которые она проводила наедине с Оком. Теперь у нее появилось время поразмыслить над всем тем, что она успела узнать. На фоне черноты неба и моря в ее сознании оживали тайны Ока.
Абдыкадыр с Джошем (особенно Джош) пытались всеми силами ее отвлекать. Как-то ночью, когда они сидели на палубе, Джош прошептал:
– Все равно никак не могу понять, откуда ты знаешь. Когда я смотрю на Око, я ничего не чувствую. Я готов поверить в то, что у каждого из нас есть внутреннее чутье, что мы каким-то образом ощущаем других людей. Разумы, одинокие песчинки, поднятые течением со дна громадных темных океанов времени, каким-то образом отыскивают друг друга. Для меня Око – огромная, возвышенная тайна, средоточие страшной силы – но это сила машины, а не разума.
Бисеза ответила:
– Это не разум, а проводник, ведущий к разумам. Они похожи на тени, сгустившиеся в конце темного коридора. Но они там. – Она не находила в человеческом языке слов для таких понятий. Этих слов не существовало потому (так она думала), что прежде никому из людей никогда не доводилось сталкиваться ни с чем подобным. – Ты должен мне просто верить, Джош.
Он крепче обнял ее.
– Я тебе верю. Иначе я не был бы здесь…
– Знаешь, порой мне кажется, что все эти срезы времени, которые мы посещаем… это обрывки фантазий, снов.
Абдыкадыр нахмурился. Его голубые глаза ярко сверкали при свете масляных светильников.
– Что ты хочешь этим сказать?
Бисеза попыталась объяснить свои ощущения.
– Я думаю, что в каком-то смысле мы находимся внутри Ока. – Она решила уйти в более надежную зону и прибегла к физическим терминам. – Давайте попробуем представить это вот как: фундаментальные единицы нашей реальности…
– Крошечные струны, – подсказал ей Джош.
– Да, вот именно. Только они на самом деле отличаются от скрипичных струн. Они могут по-разному лежать на стратуме – пласте-подложке, служащем декой. Представьте себе расслабленную струну, свободно парящую над декой, а другие – плотно обернуты вокруг деки и туго натянуты. Если измерения стратума изменить – сделать его толще – энергия натяжения тугих струн увеличится, а вибрационная энергия слабых – уменьшится. И это окажет свое действие на наблюдаемую Вселенную. Если это явление окажется достаточно устойчивым, то два измерения – длинное и короткое – поменяются местами. У них имеется обратно пропорциональная связь…
Джош покачал головой.
– Ты меня окончательно запутала.
– Я так думаю, – проговорил Абдыкадыр, – она хочет сказать нам о том, что в этой физической модели очень большие расстояния и очень малые в некотором роде эквивалентны.
– Точно, – подтвердила Бисеза. – Именно. Космос и частица атома – одно является отражением другого, если правильно посмотреть.
– И Око…
– Око содержит мое изображение, – продолжала Бисеза, – точно так же, как на сетчатке моего глаза содержится спроецированное изображение тебя, Джош. Но мне кажется, что в случае с Оком реальность моего изображения и изображения всего мира – не просто проекция.
Абдыкадыр нахмурился.
– Значит, искаженные изображения на поверхности Ока – не просто тень нашей реальности. И манипулируя этими изображениями, Око каким-то образом умеет управлять тем, что происходит в окружающем мире. Может быть, именно так оно сумело осуществить Разрыв. Таков ход твоих мыслей?
– Это как кукла вуду, – прошептал Джош, захваченный сложившимся в его сознании образом. – Внутри Ока – мир вуду… Но Абдыкадыр не совсем прав – да, Бисеза? Око ничего не делает. Ты сама сказала, что Око, каким бы удивительным оно нам ни представлялось, на самом деле – всего лишь орудие. И что ты чувствовала, что кто-то есть за Оком, кто им управляет. Значит, Око – это не какое-то демоническое правящее существо. Это всего-навсего…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
