убил. Но я оказался между двух огней: с одной стороны, я должен выполнить десять заданий, согласно пророчеству Аполлона…
– Это правда, – подтвердил Аполлон.
– …с другой – я ни в коем случае не хочу оскорбить великую богиню Артемиду. Еврисфей меня подставил. Он хотел, чтобы я убил лань, а ты потом убила меня. Но если ты позволишь мне отнести ее ему и завершить задание, обещаю, я больше не причиню ей вреда. Как только царь ее получит, я тут же ее отпущу.
Костяшки пальцев Артемиды, сжимающие лук, побелели.
– Ненавижу, когда смертные используют нас в своих грязных делишках.
– Чтоб меня боги взяли, – проворчал Аполлон. – Мы не стреляем в людей. Никто не смеет указывать нам, кого убивать, а кого нет!
Артемида взмахнула рукой:
– Геркулес, можешь взять с собой лань. Сдержи обещание – и проблем не будет. Но что касается Еврисфея… Надеюсь, я никогда не замечу его охотящимся в лесу. К нему я не буду столь же благосклонна.
Боги исчезли во вспышке света. Геркулес продолжил свой путь, но еще долго его колени дрожали. Лишь идиот не испугался бы Артемиды и Аполлона, а при всех своих недостатках Геркулес не был идиотом. Ну, по крайней мере, большую часть времени.
Когда Геркулес занес Керинейскую лань в тронный зал, он надеялся, что Еврисфей спрячется в горшок и хоть немного его развлечет.
Но вместо этого царь лишь пожал плечами:
– Смотрю, ты неплохо справился с заданием. Я оставлю эту лань в своем зверинце.
– Ты что? – переспросил Геркулес.
– В моем личном царском зоопарке, дубина! Любому царю нужен свой зверинец.
– Э-э, нет-нет! Я обещал Артемиде, что отпущу лань. Если ты хочешь ее в свой зверинец, тебе придется самому ее туда отвести.
– Это часть твоего задания!
– Нет, ты только что сказал, что я справился с заданием.
– Ой, ладно! Сам отведу.
Царь поднялся с трона. Он как раз спускался с помоста, когда Геркулес поставил лань на ноги и разрезал сдерживающие ее веревки.
– Пожалуйста, Еврисфей. Но осторожно. Она…
Лань метнулась прочь размытым золотисто-белым росчерком.
– …быстрая.
Царь закричал и затопал, и наблюдать это было практически так же забавно, как когда он прыгал в горшок. Лань вернулась в лес, что обрадовало Артемиду.
Еврисфей зарычал:
– Ты коварный герой! Я позабочусь, чтобы твое следующее задание было невыполнимым!
– Я думал, последние четыре были невыполнимыми.
– Это будет еще более невыполнимым! Недалеко от города Стимфал есть озеро, которое заполонили демонические птицы…
– Если их зовут Стимфалийскими…
– Да, их называют Стимфалийскими птицами!
– Меня сейчас стошнит.
– Не будет тебя тошнить! Ты избавишь озеро от этих птиц, всех до единой! Ха-ха! Копрей, мой глашатай…
К ним торопливо подбежал царский глашатай.
– Да, повелитель?
– Что обычно говорят, когда желают удачи, но не скрывают сарказма?
– Э-эм… Удачки?
– Да! Удачки с заданием, Геркулес! Ха-ха!
Геркулес ушел, бормоча что-то себе под нос.
Подходя к Стимфалу, он заметил, что на полях не было ни одного колоска, а на деревьях – ни фрукта.
Затем он начал натыкаться на трупы… белок, оленей, коров, людей. Они были все разорваны и исклеваны. У некоторых из шей торчали перья. Геркулес выдернул одно – оказалось, оно было твердым и острым, как дротик.
Когда он добрался до озера, его настроение резко упало. Озеро было похоже на блюдо радиусом в милю, окруженное холмами, неглубокое и заполненное зеленой водой. Островков осоки почти не было видно за черными пятнами – миллионов и миллионов птиц размером с воронов. Деревья по берегам покачивались и дрожали под весом целых стай. Их крики разносились по округе.
Геркулес подкрался к ближайшему дереву. Клювы и когти птиц отливали бронзой. Одно из этих маленьких чудовищ устремило на него взгляд желтых глаз, пискнуло, распушилось, и в героя полетел целый перьевой залп. Если бы не львиная шкура, Геркулес стал бы похож на подушечку для иголок.
– Это действительно невыполнимо, – пробормотал Геркулес. – Во всем мире не хватит стрел, чтобы убить столько птиц.
– В таком случае пораскинь мозгами, – сказал женский голос.
Геркулес обернулся. Рядом с ним стояла женщина с длинными темными волосами и серыми, как грозовые тучи, глазами. Она держала щит и копье, точно готовая в любой момент вступить в бой, но ее улыбка была теплой и знакомой.
Геркулес поклонился:
– Афина. Как давно мы не виделись.
– Ну здравствуй, – отозвалась богиня. – Вижу, ты променял мою царскую мантию на львиную шкуру.
– О, э-эм… без обид.
– Никаких обид, мой герой. Ты поступил мудро, решив использовать эту накидку в качестве доспехов. Кроме того, тебе придется очень постараться, чтобы меня расстроить. Я до сих пор не могу сдержать смеха, когда вспоминаю, как Гера пыталась покормить тебя грудью… – Богиня осеклась. – Ох, что же я… Надеюсь, ты больше не… ну… не кладешь в штаны при звуках ее имени?
Геркулес зарделся:
– Нет. Это осталось в далеком детстве.
– Прекрасно, прекрасно. В любом случае, очень смешно вышло. Я здесь, потому что Зевс подумал, что тебе может понадобиться совет.
– Было бы здорово! Так в чем секрет этих птиц?
Афина покачала пальцем:
– Я сказала совет. Я не сказала, что дам тебе готовый ответ. Тебе придется пораскинуть мозгами.
– Кхм.
– Думай, Геркулес. Что может заставить этих птиц улететь?
Геркулес задумчиво покрутил завязанными вокруг шеи львиными лапами.
– Птицы крупнее?
– Нет.
– Тысячи кошек?
– Нет.
– Отсутствие пищи?
Афина помолчала.
– Это интересно. Возможно, со временем птицы мигрируют сами по себе, когда исчерпают источники пропитания здесь. Но тебе на это полагаться нельзя, потому что ты должен избавиться от них немедленно. Так что ты можешь для этого сделать?
Геркулес вспомнил, как он работал на скотоводческом хозяйстве. Он целыми днями наблюдал за птицами, пока пас скот.
– Однажды во время грозы, – сказал он, – сильно громыхнуло, и тысячи птиц поднялись с пшеничного поля и улетели прочь. Птицы ненавидят громкие звуки.
– Отлично.
– Но… как мне добиться такого шума? – Геркулес мысленно вернулся в детство. Тогда его несколько раз ругали за произведенный им жуткий грохот. – Мой старик учитель музыки говорил, я так плохо играю, что могу распугать любую аудиторию. Жаль, у меня нет с собой моей лиры, я разбил ее о
