налета, американское командование поспешило публично выразить свои сожаления[385]. В Эль-Фаллудже, городке, расположенном к западу от Багдада, британские «Торнадо» целились по мосту через Евфрат, а поразили уличный рынок. В городе Эс-Самава были разбиты два моста через Евфрат, однако бомбы упали и на жилые кварталы, убив 417 человек. Когда на место происшествия прибыли операторы одной из западных телевизионных компаний, местные жители встретили их градом проклятий. «Сперва вы бомбите наш город и убиваете наших близких, а потом еще приезжаете и фотографируете нас, как мартышек в зоопарке».
Намерениям Саддама добиться политической победы и навязать Западу кровопролитную окопную войну не было суждено осуществиться. Его войска имели численное превосходство над Объединенными силами в людях и наземной технике, однако иракские танки и артиллерия так и не приняли участия в военных действиях[386]. Военно-воздушные силы Саддама частично были уничтожены, частично бежали в соседний Иран, атаки террористов-смертников, которыми он запугивал Запад, так и не состоялись. Все усилия иракских саперов и строителей по созданию укреплений оказались тщетными — об этом позаботились Б-52. Безжалостная воздушная война медленно, но верно принуждала Ирак к повиновению.
— Первые два дня воздушной кампании были величайшими в моей жизни,— говорил позднее генерал Норман Шварцкопф[387].— Я отчетливо понимал, что мы их сделали. Ко мне в штаб пришел один из корпусных командиров и доложил, что он уже взял в плен 3200 иракцев. «И с каждой минутой,— сказал он,— их становится все больше и больше». «А какие потери у нас?» — спросил я. «Один раненый». Вот уж это была новость, так новость.
Этот конфликт перевернул все понятия о войне.
Наземное сражение развернулось строго по графику.
Когда господство в воздушном пространстве противника стало абсолютным, а измотанная непрерывными ковровыми бомбежками армия Ирака окончательно утратила способность к сопротивлению, Коалиция приступила к наземной, завершающей части операции. Наступление продолжалось ровно сто часов. Со стороны Коалиции в нем участвовали 258700 человек с 58700 наземными транспортными средствами и 1620 самолетов. Им противостояли сорок три иракские дивизии, 545000 человек плюс 4280 танков[388]. Но — без воздушной поддержки.
24 февраля. Время настало. К небу взметнулись фонтаны песка, землю затянуло густым маслянистым дымом. Десять минут мобильная тяжелая артиллерия тщательно утюжила иракские укрепления. Над головой ревели штурмовики А-10, «охотники за танками». Затем в бой ринулись бронетехника, поддержанная стаями вертолетов «Апач» и «Блэкхок». Они не встретили никакого сопротивления. Самой большой помехой продвижению танков были бесчисленные воронки, оставшееся после нескольких недель непрерывных воздушных налетов. Волны американских танков M1 «Абрамс», британских «Челленджеров» и поразительно мобильных французских АМХ перекатывались через заполненные трупами траншеи. Состояние трупов ясно показывало, что они лежат под палящим солнцем далеко не первый день, все это были жертвы не утренней артподготовки, а долгих, как кошмарный сон, ковровых бомбардировок. Дальше изрытая бомбами пустыня была завалена металлоломом — разбитыми орудиями и сгоревшими, изуродованными танками. Некоторые танки лежали на песке кверху гусеницами — чудовищной силы взрывы переворачивали их, словно детские игрушки[389]. Кое-где из окопов вылезали совершенно очумевшие иракские солдаты — редкие счастливцы, которым удалось уцелеть и сдаться в плен. А затем укрепления, трупы и пленные, все это осталось позади — перед танками расстилалась открытая пустыня.
Наиболее мобильные бронетанковые части[390] совершили молниеносный бросок в тылу иракской армии и перерезали шоссе Басра—Багдад. Подразделения французской Division Daguet[391] захватили авиабазу Эс-Салман; за 24 часа французские танки АМХ углубились на территорию Ирака на 200 километров. Тем временем американские и арабские дивизии Коалиции при артиллерийской поддержке линкоров «Миссури» и «Висконсин» наступали на Эль-Кувейт[392]. Ковровые бомбардировки шестидесяти восьми В-52 успели уже стереть в порошок иракские укрепления, сотрясение земли, вызванное взрывами бомб (2000 тонн мощнейшей взрывчатки за один налет) вызвало детонацию тысячи противотанковых мин. Немногие иракские части, попытавшиеся оказать сопротивление, были уничтожены тремя подразделениями американской 1-й механизированной дивизии, имевшими на вооружении специально сконструированные танки с бульдозерными лезвиями, которые заживо закапывали иракских пехотинцев в их же траншеях. «Как мне кажется, мы убили там несколько тысяч человек»,— сказал полковник Энтони Морано, возглавлявший одну из ударных групп[393].
Это изобилие и разнообразие сверхсовременного вооружения не оставляло иракской армии никаких шансов. Части, пытавшиеся бежать из Эль-Кувейта к иракской границе по шестиполосному шоссе, попали в панический водоворот. Все вокруг пылало, солдаты кричали во весь голос — тишина, наступившая после долгого кошмара непрерывных бомбардировок, казалась им невыносимой. А затем на головы иракцев снова посыпались бомбы, превратившие их отход в массовую бойню. Выжившие окрестили это шоссе «Дорога в ад».
Когда подошли передовые части Коалиции, в воздухе еще висели облака пыли и черного, отвратительно пахнущего дыма. Тысячи танков, бронетранспортеров и грузовиков попали под град фугасных и осколочных бомб, они валялись повсюду, искореженные и обгорелые, из танковых люков свешивались обугленные трупы, вся земля была усеяна клочьями человеческих тел. По свидетельству одного из британских офицеров, «такого количества трупов на квадратный метр не было, пожалуй, со времени Хиросимы»[394].
Перед уходом из Кувейта иракцы подожгли нефтепромыслы, облака черного, удушающего дыма закрывали солнце, превращали день в подобие ночи. Некоторые, чудом уцелевшие, грузовики стояли с включенными фарами, сообщая этой мрачной сцене дополнительную фантасмагоричность. Зачем уничтожали панически бегущую армию? Чтобы примерно наказать зловредную нацию? А может — чтобы продемонстрировать сокрушительную мощь оружия, хранящегося в арсеналах сверхдержавы? Зачем — про это можно спрашивать и спорить, а вот чем — с этим все просто и понятно. Новейшим, никогда прежде не применявшимся, жутким оружием — «вакуумными» бомбами объемного взрыва.[395] С самолета сбрасывается цилиндр с четырьмястами килограммами сжатого метана. Освобожденный из бомбы метан быстро расширяется, образуя вместе с воздухом огромное облако взрывчатой смеси; воспламеняясь, это облако испепеляет все живое в радиусе трехсот метров. По своему действию вакуумная бомба не уступает полукилотонной ядерной боеголовке — выгодно отличаясь от нее полным отсутствием радиационного загрязнения местности, смертельно опасного не только для противника, но и для своих, преследующих его солдат. Это был весьма быстрый и дешевый способ закончить войну[396].
Танки-бульдозеры закапывали иракских солдат в землю, осколочные бомбы рвали их в клочья, вакуумные — поджаривали заживо; перед лицом колоссальных потерь Саддам Хусейн был вынужден приказать своей армии уйти из Кувейта. Но для иракского народа худшее было еще впереди[397].
Потери иракской армии оцениваются в 100000 человек[398].
Войска Коалиции потеряли убитыми сто девяносто два человека, из которых тридцать пять погибли
