Утром для похоронных бюро нашлось много внеплановой работы. Фактически, к утру 24 августа тайная полиция Ирана перестала существовать. Под шумок были вырезаны многие богатые иранцы, не имевшие прямого отношения к полиции или армии, но поддерживавшие шаха. В стране образовался вакуум власти, чего и добивался Коминтерн.
Во главе нового революционного правительства Ирана заняли место иранские коммунисты из партии НПИ-ТУДЕ: генеральный секретарь партии Ирадж Искандери и член ЦК НПИ Хосров Рузбех, ставший новым премьер-министром Ирана. Уцелевшее после репрессий САВАК иранское духовенство возглавил аятолла Сейед Махмуд Элайи Талегани.
Первым законом, принятым новым правительством Ирана, стал закон об аграрной реформе. Вся земля была конфискована у крупных землевладельцев в пользу государства и затем передана в аренду крестьянам за минимальную плату. Также были национализированы системы водоснабжения и ирригации, без которых земледелие в жарком засушливом климате Ирана было невозможно.
Вторым важным решением нового иранского руководства стал моментальный и безусловный выход Ирана из Багдадского пакта. Уже в конце августа Хосров Рузбех посетил с официальным визитом Москву и Дели, а затем и Пекин. Во время этого турне премьер Рузбех провёл консультации по поводу вступления Ирана в ВЭС.
Также была национализирована собственность всех иностранных нефтяных компаний, что вызвало взрыв возмущения на Западе. Британские войска в Кувейте, Омане и на Бахрейне были приведены в состояние полной боевой готовности. Перед лицом угрозы британского вторжения Ирадж Искандери и Хосров Рузбех обратились в Координационный Совет ВЭС с просьбой о немедленном приёме Ирана в Экономический Союз.
Собирать сессию КС было некогда. Голосование о приёме провели по телетайпу. В Иране ещё хорошо помнили пребывание на территории страны советских войск во время второй мировой войны, и Хосров Рузбех обратился к СССР с просьбой о заключении договора о дружбе, сотрудничестве и военной помощи в случае агрессии.
Договор был заключён в сентябре 1958 года. Аналогичное соглашение было заключено и с Ираком.
В отличие от иранских коммунистов, генерал Касем не стал принимать быстрого решения о вступлении Ирака в ВЭС. Наличие на территории страны стратегических нефтепроводов позволяло ему и без этого держать Англию и Францию за яйца. Впрочем, подобная линия поведения Касема была так или иначе согласована с Коминтерном — для действий курдов против Турции пока было выгоднее, чтобы они могли базироваться на территории страны, официально не вошедшей в состав Экономического Союза.
Присоединение Ирана к ВЭС было не просто очередным расширением Содружества. Американская «стратегия анаконды», направленная на удушение СССР путём его окружения со всех сторон, с распадом Багдадского пакта окончательно рухнула. Более того, СССР получил прямой выход на побережье Персидского залива и Индийского океана, а также короткий морской путь в Индию.
Долгое пребывание новых руководителей Ирана — Искандери и Рузбеха в Москве стало причиной образования и быстрого развития достаточно тесных двухсторонних связей Ирана и СССР. К тому же аятолла Талегани, возглавивший после революции сильно поредевшее иранское духовенство, весьма заинтересовался идеями «исламского социализма». Пребывание в шахской тюрьме хорошо прочистило ему мозги в плане осознания социальной несправедливости капиталистического строя.
Хотя участие СССР в организации иранской революции не афишировалось, шило в мешке утаить не удалось. Коминтерновцы из числа иранских коммунистов воспользовались этим, чтобы создать прежде всего среди крестьян благоприятный имидж Советского Союза, как «друга иранского народа». В результате в первые дни существования Социалистической Исламской Республики Иран к советскому посольству шёл нескончаемый поток людей. Они шли, чтобы просто поблагодарить за помощь в избавлении Ирана от продажного режима шаха Пехлеви.
Уже в начале 1959 года началось строительство железной дороги от азербайджанской Ленкорани по иранской территории к портам на побережье Оманского залива, с ответвлением на иракские города Мосул и Киркук.
Это не могло остаться без реакции США и других стран НАТО. Почти одновременное падение прозападных режимов в Ираке и Иране угрожало оставить страны Запада без доступа к нефти Персидского залива. В СМИ продолжалась истерическая кампания обвинений Советского Союза в распространении «эпидемии коммунизма». Американские B-52 начали патрулировать вдоль границ ВЭС с ядерным оружием на борту. (В реальной истории такое патрулирование началось в 1961 году).Авианосцы США маячили в Индийском океане, но не рисковали приближаться к побережью Ирана.
Но на какие-либо активные действия США и их партнёры по НАТО так и не решились. Эйзенхауэр позже признал, что баллистический «самосвал» с 18-ю ядерными боеголовками служил наглядным отрезвляющим напоминанием для Запада, намекая, что возмездие может оказаться скорым и неотвратимым. К тому же Иран и Ирак были в те дни далеко не единственными «горячими точками».
27 и 30 августа американцы провели эксперимент, устроив ядерные взрывы в космосе. Они использовали модифицированную экспериментальную баллистическую ракету X-17A, разработки компании «Локхид», с небольшим ядерным зарядом W-25 от неуправляемой ракеты «Джини» (Genie). Это была атомная НУР для стрельбы с перехватчиков F-89, F-101B, F-102 и, позднее, F-106, по группам прорывающихся бомбардировщиков. Заряд W-25 имел мощность всего 1,7 кт. Операцию назвали «Аргус» и готовили в обстановке полной секретности. Официально целью операции было изучение физических процессов при ядерном взрыве в космосе. Неофициально предполагалось создать радиационный пояс, при полёте в котором советские спутники будут быстро выходить из строя.
(АИ, реальные цели и описание операции «Аргус» см. http://www.cosmoworld.ru/spaceencyclopedia/publications/index.shtml?zhelez_33.html)
Местом проведения операции была выбрана Южная Атлантика. Было сформировано 88 оперативное соединение из 9 кораблей. Запуск ракеты длиной 13 метров и диаметром 2,1 м производился с флагманского корабля «Northon Sound». Первый взрыв произошёл ночью, на высоте около 160 км, над океаном примерно в 1800 км к юго-западу от Кейптауна.
Советское руководство, зная о предстоящих американских испытаниях, вывело на орбиту спутник с аппаратурой радиационной разведки, аналогичной той, что стояла на тяжёлом научном спутнике, обнаружившем радиационные пояса Земли.
Данные телеметрии, «сброшенные» с борта спутника при прохождении его над территорией СССР, показали мгновенный рост интенсивности гамма-излучения на несколько порядков с последующим снижением на два порядка за 100 секунд. После взрыва в магнитосфере Земли возник искусственный радиационный пояс.
30 августа американцы сделали вторую попытку. Но она также оказалась неудачной. Получив телеметрию с борта спутника, и сопоставив результаты с сообщениями в южноафриканских газетах, о наблюдавшихся на большой высоте вспышках и сиянии, СССР выслал Соединённым Штатам дипломатическую ноту с предупреждением, что в случае дальнейших попыток создания искусственных радиационных поясов, мешающих работе советских спутников и загрязняющих космическое пространство, Советский Союз будет вынужден принять ответные меры.
Нота была подкреплена действиями — 2 сентября два стратегических бомбардировщика Ту-95К с крылатыми ракетами Х-20, проходившими в это время совместные госиспытания, перелетели над территорией Ирана и Ирака в Египет, дозаправились над пустыней, затем пролетели над всей Африкой и перехватили 88-е оперативное соединение в Южной Атлантике. Это был первый случай, когда советские бомбардировщики сумели перехватить американские корабли в открытом океане.
(АИ, первый случай был 22 февраля 1963 г, группой из двух Ту-95 под командованием полковника И.Шиханова из состава 106 ТБАД с аэродрома Узин, Украина, был перехвачен американский авианосец «Форрестол» в Атлантике, http://urban3p.ru/object13575/)
Когда Ту-95 внезапно на малой высоте вышел на группу американских кораблей, в составе которой не было ни авианосцев, ни кораблей с зенитными ракетами, американцы крепко струхнули. Тем более, что под брюхом ракетоносца был хорошо виден «маленький самолётик» величиной с истребитель. Второй бомбардировщик шёл выше, и был готов произвести пуск. Ракета Х-20 штатно предназначалась для поражения площадных наземных и надводных целей ядерным зарядом, и американцы об этом догадывались. Собственно, на тот момент большинство крылатых ракет так или иначе имели вариант с ядерным снаряжением.
Получив доклад об инциденте, президент Эйзенхауэр распорядился немедленно прекратить операцию «Аргус». 88 оперативное соединение покинуло Южную Атлантику и вернулось в Штаты.
