— И-э-эх! Гадесово племя! — заревел Экбаллар.
Он сильно оттолкнулся ногами и прыгнул со своего помоста прямо в нескончаемую даймонскую лавину. Взмах меча снес головы сразу двум даймонам. Пылая одной лишь идеей остановить врага, старый сотник принялся дико размахивать мечом, кося врагов по обе руки, так что они, сами того не ожидая, шарахнулись. Настолько страшным был натиск Экбаллара, что боевые даймоны, привыкшие к резне и крови, бросились врассыпную, как стая шакалов перед львом. Толпы врагов издали испуганный рев; те, что стояли прямо перед сотником — попятились, тесня стоящих позади.
Наконец кто-то из трехрогих вожаков сплотил в кучу даймонов, чтобы сообща отбить эту яростную атаку одного человека. Но это привело к еще большим потерям. Меч Экбаллара с лязгом рассекал и валил скучившуюся толпу.
Изумленные взгляды южан застыли на преображенном главе ордена.
— Чего встали? За работу! — прохрипел бородатый десятник-южанин.
Необходимая передышка была выиграна. Люди потащили камни, колья и бревна, беспрепятственно сооружая на баррикадах укрепления. Через минуту все было готово. Улица перекрыта. Войско готово к встрече даймонского легиона.
— Назад! Экбаллар! Назад! — закричали южане.
Но старый сотник уже рубился не за жизнь и не искал спасения. Пожертвовав собой, чтобы задержать врага, он, ничего не слыша, сек, крушил, теснил и уничтожал.
Даймоны не умели держать оборону. Они задрожали. Видя, как могуч и как разъярен Экбаллар, они в панике расталкивали спинами сородичей. Казалось, могучий воин один обратит их в бегство, один вырежет и перебьет эту орду, что все эти тысячи даймонов сейчас побегут подобно своре визжащих псов…
Но тут из окна Аргоса полыхнул посох архимага Калида. В старого сотника ударила черная молния, разбив ему голову. Засверкали магические молнии других магов, засвистели ядовитые стрелы даймонов-стрелков.
Даймоны осмелели, вожаки повелели наступать. Утыканный стрелами, Экбаллар упал с разбитой головой на одно колено. В последний раз пронесся сокрушительный удар двуручного меча и сотника захлестнули волны врагов. Даймоны забивали и затаптывали павшего противника, иные из них испуганно шарахались — им чудилось, что сотник еще жив. Смятение и хаос воцарились на главной улице, так как, даже пав, Экбаллар приводил в страх орды даймонов.
— Силы небесные, и все это совершил один человек!.. — прошептал кто-то из южан.
— Да продлит Творец дни его потомков, — добавил другой.
— Мы с тобой, Экбаллар! — яростно вскричали воины его ордена. — Мы скоро встретимся!
* * *
…Королеву привела в чувство сильная боль. Это лекари извлекли первую стрелу из ее тела. Вцепившись в руку старшего телохранителя и невзирая на протесты королевского лекаря, Сильвира поднялась на ноги. Огляделась. Даймоны, безуспешно атаковав рыцарский корпус, отступили назад к предзамковым укреплениям Аргоса. В окнах дворца сверкали магические вспышки, огненные молнии с шипением ударялись в рыцарские щиты. От огненной магии еще можно было укрыться, но от черно-магических заклятий архимагов Темного Круга защиты не было. Ядовитые облачка забивали легкие, воины задыхались в мучительном кашле, один из оруженосцев королевы ползал на коленях, харкая кровью.
Закованные в панцирь три сотни латников, элитных воинов Южного оплота, сооружали из железных щитов «черепаху», намереваясь продвигаться к стенам дворца. Их щиты выдерживали и молнии, и огненные шары, но тут с главного балкона Аргоса полыхнуло такой мощью, что все, кто площадь невольно содрогнулась и осела. Архимаги Темного Круга долго готовили этот удар. Огромная пылающая капля ударила в ровный строй латников, сокрушив и подмяв под себя десятка два воинов. Половина из них сгорела мгновенно, остальные еще пытались сорвать с себя плавящиеся доспехи.
Однако для Сильвиры самым страшным было даже не это. С амархтонского поля донесся звук трубы — сигнал к отступлению.
— Сиятельная королева, стрелы отравлены. Мы дали вам противоядие, но не знаем как оно подействует, — быстро заговорил королевский лекарь.
Но что королеве сейчас какой-то яд в крови!
— Что это значит? Этеокл, я спрашиваю тебя, что это значит? Кто дал приказ отступать?
Этеокл в это время шептался с вестовым, прискакавшим только что с поля.
— Моя королева, — произнес принц как можно мягче, — мы должны отступить.
Владычица тяжело задышала.
— Моя королева, с запада на лагерь армии движется пятитысячный легион нечисти. Тот самый, знаменитый Первый легион Хадамарта. Прикажите начать отступление. Мы должны покинуть крепость и защитить лагерь.
— Мы должны взять Аргос! — решительно возразила королева.
— А что будет с лагерем? Там сотни беззащитных людей! Вырезав их, легион соединится с изолитами и ударит нам в тыл!
— Там две тысячи ополченцев.
— Моя королева, я понимаю, вам скорбно слышать такие вести, но ополченцы разбежались, когда побежало войско Кенодока. Лагерь открыт. Поспешите, пока враг не перебил наших людей и не ударил сзади.
— Там Кепелай и его колесницы.
— Пятьдесят колесниц ничего не изменят.
— Где Главк?
— Главка здесь нет!!! — закричал Этеокл, забывшись от отчаяния.
С балкона Аргоса обрушился новый магический удар. На этот раз целью были стрелки, осыпающие из самострелов дворец. Легковооруженным стрелкам повезло больше, чем тяжелым латникам — они бросились врассыпную и поток всесокрушаюшего огня пожрал лишь нескольких.
— Лучники! Накройте этот проклятый балкон! — закричал кто-то из рыцарей.
Тотчас ввысь понеслись десятки стрел, однако по какому-то волшебству рассыпались, не долетев до цели совсем чуть-чуть.
Королева поначалу не понимала, почему ей так трудно стоять на ногах, но когда увидела торчащие из ноги стрелы момитов, ее охватила дикая сила.
— Подайте мне коня! Где мой меч? Кто посмел снять с меня шлем и нагрудник?! Коня мне!
Завидев неуверенно топчущегося на месте оруженосца, который держал под уздцы королевского коня, королева бросилась к нему.
— Удержите крепость! Я верну армию! Трубач! Дай сигнал Кепелаю, пусть ударит своими колесницами по пешим даймонам!
Дорогу ей преградили рыцари, заклиная ее не ехать, уверяя, что это не решит исхода битвы. Их растолкали телохранители, верные королеве во всем, даже в смертельном безумии. Этеокл схватил ее за руку, но она вырвалась, ударив его по лицу наотмашь.
— Остаешься за старшего, принц. Удерживай позиции до моего возвращения.
Потеряв от гнева и отчаяния всякую выдержку, Этеокл схватил королеву за плечи и развернул лицом к себе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
