— Так ты хочешь стать богом, — спокойно констатировал Кащей.
— Да, да! — ведьмак метнул на него горящий взгляд. — Ты тысячу раз прав! Я стану богом, перед которым содрогнутся все — и боги, и герои! Сначала здесь, в этой лесной стране! А потом везде! И построю храмы, и мне понадобятся жрецы! Думаю, что роль верховного жреца отлично подошла бы тебе…
Ведьмак щелкнул пальцами и на столике появились два бокала с вином, один из которых он тут же опрокинул в себя.
— Но это нужно заслужить! — его глаза впились в окостеневшее лицо Кащея. — Скажи мне, Кащей, все ли богатырские заставы ты облетел?
— Все, — Кащей с некоторым трудом выдержал его взгляд, чувствуя как закипает гневом, заставил себя усмехнуться.
— А могут ли княжьи волхвы снять твои заклятия?
— Конечно, — утвердительно кивнул Кащей. — Лет за десять, пожалуй, снимут!
— А если вмешаются старые волхвы, такие как Белоян, к примеру?
Глаза ведьмака вновь попытались высверлить дыру в голове Кащея, но тот невозмутимо пожал плечами.
— А где их найти, этих волхвов? Один Белоян на виду, да ему тоже повозиться придется… Остальные прячутся невесть где, и вряд ли они откликнутся на призыв князя! Когда волхву стукнет пара сотен лет, он перестает интересоваться мирскими бедами…
— Князь не сможет никого призвать! — торжествующая улыбка вновь прорезала лицо ведьмака. — Потому что нет больше в Киеве князя!
— Ты уничтожил его? — удивился Кащей.
— Нет, я похитил его душу! Превратив богатырей в камень ты связал руки Руси, а похитив душу я обезглавил ее! Теперь уже никто не сможет остановить хаос! Кроме меня, конечно…
Рука ведьмака принялась поглаживать Яйцо, вызвав легкое волнение Кащея.
— Кстати, а ведь ты так и не посвятил меня в свои дальнейшие планы… Что ты собираешься теперь делать?
Кащей медленно потянулся к бокалу в вином, что стоял рядом с Яйцом. Гладившие его пальцы ведьмака дрогнули, застыли неподвижно, готовые в любой момент сжаться смертельной хваткой.
— Я еще не решил, — ведьмак напрягся, боковым зрением отметив чересчур близкое соседство с Яйцом костлявой руки Кащея. — У меня в запасе есть несколько вариантов, которые зависят от разных причин, в том числе и от твоей позиции… В прошлый раз, кажется, ты отказался присоединиться к моим планам? Может быть сейчас ты передумал? Твоя позиция сейчас — это залог моего отношения к тебе в ближайшем будущем!
Это была откровенная угроза, Кащей постарался ответить как можно равнодушнее:
— Нет, ведьмак, не передумал… Я пришел за обещанным, — его взгляд неудержимо тянулся к Яйцу и ему стоило некоторых усилий оторваться от него, и заставить смотреть себя в глаза собеседнику.
— Жаль, мне очень жаль! — вздохнул ведьмак. — Я так рассчитывал на твое благоразумие. Я даже был готов отдать тебе это яйцо прямо сейчас…
Кащей ждал этих слов, он даже готовился к чему-то подобному, хотя где-то в глубине души еще надеялся на иной исход этой встречи. Но ведьмак развеял последние сомнения… Теперь он ждет гнева? Что ж, будет и гнев!
— Что?!! — жуткая гримаса исказила и без того уродливое лицо Кащея.
Пространство вокруг заискрилось, подернулось дымом от защитных заклятий, рука ведьмака угрожающе нависла над яйцом, а великаны, стоявшие у стен пещеры и успешно притворявшиеся каменными истуканами, шевельнулись. Их огромные головы разом повернулись в сторону Кащея и он вздрогнул от неожиданности. А он ведь принял их за изваяния! Неужели у них какая-то невосприимчивость к магии? Или только к его магии?.. Похоже, ведьмак вновь сумел неприятно удивить его!
Кащей натянуто улыбнулся, показывая, что он уже успокоился. Ведьмак расслабился, улыбнулся в ответ, тотчас послушно окаменели великаны.
— Только не надо говорить, что я нарушил обещание, — заявил ведьмак. — Я обещал, что верну яйцо после успешного завершения наших планов. Но ведь ты сам отказался от дальнейшего участия, не так ли? Значит, тебе придется немного подождать.
Кащей промолчал. В возникшей тишине громко хрустнули суставы пальцев Кащея, сжатые в кулак. Ведьмак слегка улыбнулся, сделал знак рукой и за спиной Бессмертного замигал голубой свет.
— Увидимся, Кащей. Я еще свяжусь с тобой, — в голосе ведьмака прорезались стальные нотки и Кащей вдруг четко понял, что ведьмак никогда не отдаст Яйцо. Он попал в настоящее рабство к этому колдуну, позорное и беспросветное.
Кащей шагнул к порталу, обернулся, поймал вопросительный взгляд ведьмака.
— Где ж ты отыскал таких вот? — Кащей кивнул в сторону великанов. — Что-то мне они не попадались…
— Пришлось поискать, сам понимаешь, — ведьмак довольно улыбнулся. — Хотелось доставить тебе маленькую радость!..
Он еще продолжал говорить, когда из портала шагнул высокий и статный витязь, сжимая в руках тяжелый составной лук с уже наложенной стрелой и глаза ведьмака медленно поползли из орбит. Его застигли врасплох, опередив лишь на несколько мгновений, но они растянулись для него, словно время замедлилось, давая ему возможность разглядеть все ужасающие подробности. Он увидел, как руки витязя медленно, но неумолимо, как в кошмарном сне, натягивали этот огромный лук, как ползла по большому пальцу двухшипная стрела, словно змея, готовая к броску, готовая вцепиться в его плоть. А затем тетива вытолкнула ее, вытолкнула с такой силой, будто сама боялась быть укушенной и ведьмак увидел как стрела начинает бешено вращаться, он еще успел увидеть, как ложится на тетиву вторая стрела, теперь уже с другим наконечником — с широким срезнем, способным перерезать ему шею…
Страх пронзил ведьмака с головы до пят, страх подстегнул его, и время вернулось к своему обычному ходу. Но ничего не происходит сразу. Даже на самые быстрые заклятия приходится тратить время. Именно поэтому первая стрела Алеши Поповича пробила его правую руку, пригвоздив ее к столику. Зрачки ведьмака расширились и первое заклятие он потратил на снятие боли. Мгновение радости от того, что стрела попала не в голову, быстро сменилась гневом. Проклятый Попович был не глуп, ведь попасть в голову трудно, а уклониться легко — инстинкты тела берегут ее в первую очередь. Но самое главное — ведьмак не простой человек, и перед смертью мог задействовать наиболее разрушительное заклинание. Например, обрушить своды пещеры! А теперь, заставив его бороться с ослепляющей болью, с застрявшими в руке шипами они выиграли время!
Срезень второй стрелы ударил вовсе не в ведьмака, дав ему время освободиться от первой, а в ножку деревянного стола. Яйцо полетело вниз, упруго подпрыгнуло и покатилось прочь от ведьмака, а на его наперехват сейчас же устремился Кащей. Пещеру потряс яростный вопль ведьмака, осознавшего, наконец, все глубину коварства врагов, но ему опять не дали перейти в атаку. Воздух в пещере гудел от напряжения магических сил, но ведьмак не успевал, он никак не успевал пустить их в ход! Стрелы треклятого Алеши летели с невероятной скоростью, одна за другой, заставляя ведьмака все время уклоняться, защищаться быстрыми, но простейшими заклятиями, не давая времени пустить в ход что-нибудь более мощное. Ведьмак лишь злобно рычал, уповая на то, что тул этого поповского отродья не безразмерен. Вот тогда он настигнет их всех, если раньше их не настигнут его верные великаны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
