Эрия пошла через полутемную гостиную и вышла в коридор. Здесь было совсем темно, только где-то возле лестницы пробивался свет. Эрия медленно пробиралась вдоль стены, сжимая в руке пистолет. В голове смешались воспоминания и действительность. Она не могла толком понять, где находится.
Подошла к лестнице, посмотрела вниз. Тяжелая двойная дверь была распахнута, и на пороге кто-то стоял. Эрия начала медленно спускаться по лестнице, скользя рукой по перилам. Ужасный шум в голове мешал понять, что происходит. Ей слышались крики, ржание испуганных лошадей, гул огня, треск горящего дерева… наконец, она увидела, что на пороге стоит Тинан. Его фигура, освещенная факелами, отбрасывала огромную нелепую тень. В холле находились еще какие-то люди… безликие и безмолвные, они не делали попыток ее остановить.
Нет, на этот раз она не позволит, чтобы сожгли ее дом и убили человека, которого она любит… Эрия не позволит разрушить свой мир…
Она остановилась позади мужа и сделала шаг в сторону, чтобы видеть тех, кто угрожал ее счастью. Вот он, тот человек! Стоит прямо перед Тинаном и что-то кричит, размахивает руками.
– Пет! – Эрия обеими руками подняла пистолет и направила на врага. Взвела курок, но в это мгновение Тинан повернулся и выбил оружие из ее рук.
– Господи, Эрия! – закричал он, прижимая ее к дверному косяку. – Что с тобой? Какой дьявол в тебя вселился?
«Эрия… Эрия… Эрия…», – эхом отдавалось в голове, и она забилась в сильных руках мужа, пытаясь вырваться.
– Пусти меня! Разве ты не видишь? – задыхаясь, кричала она. – Я не позволю им снова это сделать!
– Эрия, что с тобой? Ради Бога! Ты чуть не убила Стюарта Моргана! – Тинан гневно затряс жену за плечи. – Эрия! – Она вдруг обмякла и чуть не рухнула на мраморный пол, но Тинан успел подхватить ее на руки. Отдавая на ходу распоряжения Левайне и Бродрику, понес в гостиную, уложил на диван и обеспокоенно вгляделся в бледное лицо. – Эрия! Эрия! – пытался достучаться до ее сознания, затем крепко прижал к себе, продолжая шептать ее имя.
– О, Тинан… – она схватила его за рубашку. – С тобой все в порядке?
– Конечно, – он начал понимать, в чем дело – Эрия думала, что ему грозит опасность, и решила защитить мужа.
– Я не могу позволить им убить тебя… Не смогу это вынести…
– Эрия, мне нужно уехать, – он никак не мог понять, чего она боится.
– Нет, Тинан! – Эрия побледнела еще больше.
– Но я же офицер. Роялисты высаживаются на берег. Мы должны торопиться.
– Ополчение?
– Это был Стюарт Морган и несколько наших ополченцев из графства. Полковник Мор прислал сообщение, нас призывают. Я должен отправиться с ними.
– Они не роялисты… Это ополченцы… и Стюарт Морган, – до Эрии дошел смысл слов. Она бросилась на грудь Тинану и залилась слезами.
Он в смятении гладил ее вздрагивающие плечи.
– Я думала, это… – слезы душили, не давая говорить. – Все, как в тот раз… в ту страшную ночь… Я все видела… Стояла у двери и смотрела, как убивают отца… О, Тинан…
Тинан впервые осознал, что пришлось пережить Эрии в ту ужасную ночь. О, если бы он мог забрать у нее боль, не дающую покоя! Как судьба несправедлива порой. За что она так жестоко наказывает Эрию?
– Дорогая, ужасы прошлого должны остаться в прошлом. Мы не можем жить в постоянном ожидании той боли, которую довелось пережить.
Немного успокоившись, Эрия согласно кивнула и потерлась щекой о его рубашку. Тинан нежно поцеловал ее в губы.
– Прошлое больше не властно над нами. Я не твой отец, а ты не миссис Мэриан Даннинг. Мы должны учиться на их ошибках… и на своих. И жить своей собственной жизнью.
– Знаю, – Тинан заметил, что в ее глазах больше нет боли, и понял, его слова дошли до ее сердца.
– Я должен ехать, – Тинан нежно коснулся ее щеки. – В мое отсутствие с тобой все будет в порядке?
– Тинан… – Эрия замолчала – она не может умолять его остаться. Они уже говорили на эту тему, и он предупредил, что когда-нибудь придется идти и бороться за независимость колонии, защищать их будущее и будущее детей.
– Возвращайся поскорее… ко мне, – глаза опять блестели от слез, но голос был на удивление твердым. – Возвращайся к нам, – Эрия положила руку на живот.
* * *
Спустя час приготовления к отъезду были закончены, и Джамисон подвел к крыльцу жеребца Тинана. Полностью одетая, Эрия спустилась с мужем вниз, держа его за руку.
– Пришли мне весточку, когда сможешь.
– Конечно, – Тинан мгновение помолчал. – Эрия, я хочу тебя попросить, – ему казалось, что язык с трудом ворочается во рту. Сколько раз он повторял в уме эти слова за последние полчаса! И как трудно оказалось их произнести. Он вложил в руку жены фамильное кольцо с печаткой и сжал ее пальцы. – Если я не вернусь, ты должна отослать его моему брату Хейдену. Получив кольцо, он узнает, что меня уже нет и он – граф.
– Тинан, мне не понадобится выполнять поручение, – твердо произнесла Эрия, сжав кольцо побелевшими пальцами. – Когда ты вернешься, тебе останется только надеть его на палец.
– Надеюсь, – Тинан криво улыбнулся и поцеловал жену на прощание. Эрия крепко прижалась к нему. – Я люблю тебя, Эрия.
Тинан быстро вскочил в седло, и они с Джамисоном поскакали к отряду ополченцев, который дожидался у ворот Оберона. Эрия с трудом подавила комок в горле, и когда всадники скрылись из вида, пошла к дому. Левайна стояла с красными от слез глазами, что было совсем не похоже на нее. Бродрик протянул ей носовой платок, и девушка, хотя и неохотно, приняла его.
– Левайна, я хочу послать за мисс Парнелл. Нужно, чтобы кто-то отвез ей письмо, – и прежде, чем заплаканная горничная успела ответить, Бродрик выступил вперед.
– Я все сделаю, ваша милость.
Джилли приняла приглашение и спустя два дня появилась в Обероне. Потянулись долгие дни ожидания. Почти ежедневно Эрия посылала работника в соседние усадьбы, узнать, нет ли вестей от ополченцев. На крыше дома приказала устроить наблюдательный пункт, чтобы заранее заметить любого, кто приближается к Оберону. Никто ничего не знал о местонахождении ополченцев, и Акр с Франклином заверили хозяйку, что это хороший знак – значит, им удалось незаметно пробраться к намеченной цели.
Эрия занималась обычными делами, объясняя всем, что к возвращению Тинана в доме должен быть полный порядок. Она старалась держаться спокойно, но все домочадцы заметили, что в доме давно не слышен ее смех, а в глазах нет веселого блеска. Эрия молча переживала за мужа, и весь Оберон ждал и переживал вместе с ней.
Наступили жаркие душные дни. Эрия взяла за обыкновение после обеда ложиться в постель, чтобы немного вздремнуть. Иногда с ней сидела Джилли, и подруги тихо беседовали. Вечерами она шили одежду для будущего ребенка или подгоняли платья Эрии под ее располневшую талию.
