доставать до живота и даже груди. Окружённая в буквальном смысле зелёной стеной со всех сторон подступившим вплотную лесом, она была практически огорожена от остального мира. Другими словами, случайно сюда не попадёшь.
Дайлин стояла прямо перед заводью, держа в руках какой-то булыжник. И лишь, когда Кондрат подошёл ближе, она молча протянула ему…
Череп.
Достаточно старый и без нижней челюсти череп, который поблескивал в свете солнца мокрой поверхностью, напоминая камень со дна реки.
— Труп? — спросил Кондрат.
— Не просто труп, — покачала она головой и кивнула вперёд.
Здесь на заводи поток слабел, вода практически не волновалась и позволял хорошо разглядеть дно речушки. Если не приглядываться, дно как дно, но сейчас Кондрат отчётливо видел целый могильник. Это выглядело жутко, даже при дневном свете. Всё дно реки было усеяно слоем костей, самыми разными, от черепов до грудных клеток. Кондрат даже затруднялся сказать, сколько здесь должно было покоиться тел, но уж точно больше десятка.
— Здесь целое кладбище, — сказала Дайлин, как-то зачаровано глядя на кости.
— Они не выглядят свежими, — произнёс Кондрат, покрутив череп в руках.
— Откуда их здесь столько?
— Не знаю.
Но причин он мог накидать целый список. Самые вероятные — война или жертвоприношения. Если здесь проходила линия фронта, то вполне возможно, что тела, попавшие в реку, прибивало сюда, где те и находили последнее пристанище. Что касается жертвоприношения, то после церемониального убийства тело могли сбросить в реку, где оно и прибивалось к берегу на изгибе устья, после чего разлагалось, тонуло и пополняло количество костей.
Как бы то ни было, одно понятно — все эти тела прибивало сюда, в подтверждение чего были четыре тела насильников, которые запутались в ветвях деревьев, опускающихся до самой воды. Вопрос лишь в том, это жуткие напоминания прошедших времён или какое-то свежее убийство? Всё упиралось в то, сколько они здесь пролежали. Кондрат не был медэкспертом, но кое-чего успел нахвататься за время работы детективом. В подобных тёплых районах в воде с учётом падальщиков, тело превращалось в кости где-то за месяц или два, может чуть быстрее. И под действием температуры, микроорганизмов и потока воды продолжали разрушаться, превращаясь в труху.
Осторожно положив череп на дно, Кондрат достал кость. Если он не ошибался, это была плечевая. Достаточно старая, но в руках разваливаться не спешила.
— Что думаешь? — негромко спросила Дайлин.
— Надо звать стражей правопорядка и отправить письмо в центр, что нашли массовое захоронение. Может пришлют кого-нибудь.
— Это могут быть…
— Жертвы церемониальных убийств? — опередил её Кондрат. — Всё возможно, но пока говорить что-либо рано.
Что ж, с пустыми руками они отсюда точно не уедут…
* * *
Не успел утихнуть город после праздника, как его поразила другая новость, куда более жуткая и пугающая.
Десятки, а то, как поговаривали некоторые, и сотни трупов были обнаружены в небольшой речушке за городом недалеко от того места, где проходил карнавал. Одни вспомнил войну и то, сколько людей погибло в этих лесах. Другие твердили о злых культах, которые приносили кровавые жертвы своим жестоким богам. Третьи шептались о маньяке, которых похищал молодых девушек.
Естественно, газет в таком маленьком городке не было, а потому слухи передавались из уст в уста. И чем через большее количество людей проходила новость, тем большими пугающими подробностями она обрастала. Тут уже и всякие твари наподобие оборотней в мире Кондрата появились, и призраки, которые топили людей, а иногда поговаривали даже о том, что это всё проклятие.
Но настоящее проклятие, естественно, коснулось властей города. Кондрат не поленился написать о находке ещё одно письмо, и теперь могильник было не скрыть. Казалось бы, как они бы скрыли массовое захоронение, но Кондрат прекрасно помнил, где он находится и как далеко от столицы. Всегда найдётся тот, кто умеет молчать и готов за деньги сделать любую грязную работу, даже если это закопать кости неизвестных людей. А теперь…
Кондрат и Дайлин стояли на берегу руки, наблюдая за тем, как стража правопорядка и добровольцы собирают кости со дна реки. Они вырубили через заросли подход к берегу устья, где был могильник и теперь складывали всё в плетённые корзины, которые потом переставляли в телегу. Скоро это всё отправится в местный морг.
— Как ты думаешь, как много здесь трупов? — спросила Дайлин.
— Я насчитал семнадцать черепов, и, судя по всему, это только начало, — ответил он.
— Мы сможем установить причину смерти?
— Очень сомневаюсь, если честно, — Кондрат бросил взгляд верх по течению. — Нам надо будет подняться наверх и посмотреть, что там выше. И заодно проверить, не шли ли здесь сражения во время южной войны. Возможно, здесь были поля сражений.
Костей было на целую телегу, плюс четыре трупа насильников, которых увезли в морг. Кондрат насчитал девяносто семь черепов плюс-минус. Пока он провожал всю эту процессию взглядом, стражи правопорядка вместе с местным сыщиком продолжали осматривать округу на поиск других улик.
— Вы не знаете, были ли здесь бои во время южной войны? — спросил Кондрат, кивнул на речушку.
Дарек, единственный сыщик в городе, обернулся.
— Здесь? Не знаю, если честно. Я приехал сюда восемь лет назад. Можно сказать, что я не местный, как и вы.
— Понятно… А что находится выше по течению?
— Выше? Насколько я помню, ничего особенного.
Кондрат бросил взгляд на Дайлин, после чего вновь обратился к сыщику.
— Куда отвезут кости?
— В морг. Сложим там.
— Хорошо, убедитесь, что ничего не потеряют. Возможно, из центра пришлют кого-нибудь, — предупредил Кондрат и кивнул Дайлин на речку, шагнув прочь.
Лишь когда они отдалились от места, Дайлин спросила.
— Ты думаешь, центр пришлёт сюда кого-нибудь?
— Попытка изнасилования одной из сыщиц, смерть семьи баронов, массовое захоронение… Думаю, да, они кого-нибудь пришлют, чтобы своими глазами взглянуть, что здесь происходит. Уж слишком много событий в этом городе в последнее время. Ты посчитала, сколько было тел?
— Черепов было что-то около ста. Думаю, тел столько же, если ещё больше не найдут вниз по течению. Кстати, ты заметил, как выглядели черепа?
— Нет, как-то по-особенному?
— Некоторые были все в каких-то наростах, — произнесла Дайлин. — Знаешь, как будто рога росли.
— На лбу?
— Да везде. Я слышала, что местные племена, которые здесь жили, они… как бы это сказать… Любили украшать свои тела некоторыми специфическими способами.
—
