Откуда они взялись так быстро? Казалось невозможным, что так много людей вышло из царского дворца и пробежали весь путь через береговую линию и вверх по пристани незамеченными дозорным, размещенным на мачте «Медузы». Пришли ли солдаты изнутри таможни? Были ли они там все это время? Если это так, то почему мы их не заметили и почему они не вступили с нами в схватку с самого начала?
Чильба по-прежнему отказывался подниматься на борт. Люди, поднимавшие трап, в конце концов отказались от льва и подчинились Артемону. Но трап оказался тяжелее, чем они предполагали, и для выполнения задачи потребовалось больше людей, которые прибежали на помощь. Трап начал подниматься с причала. В то же время «Медуза» слегка накренилась и начала медленно удаляться от причала.
В последний возможный момент я успел запрыгнуть на трап, но мой вес сорвал его из рук поднимавших его людей, и трап опустился обратно на причал, позволив мне взобраться на борт.
Я сломя голову бросился к Артемону, застав его врасплох. Он был крупнее меня, но все же мне удалось сбить его с ног, и мы вдвоем покатились по палубе. Должно быть, он был очень утомлен, почти измотан, потому что иначе я никогда не смог бы одолеть его. Как бы то ни было, мы дрались как равные мужчины, обмениваясь ударом за ударом и схватившись в ближнем бою.
Некоторые члены команды вокруг нас начали улюлюкать и подбадривать. Любая схватка, независимо от обстоятельств, приводила их в восторг.
Но не всем было весело. Я услышал, как Уджеб крикнул: — Остановите их!
— Почему? — спросил один из бандитов. — Это право римлянина бросить вызов вожаку.
— Кто-нибудь хочет сделать ставку на исход? — спросил другой, смеясь.
— Где Метродора? - крикнул другой. — Почему она оставила нас?
Я почувствовал, как корабль накренился под нами. Краем глаза я увидел зеленое пятно - Бетесду, которая наблюдала за боем широко открытыми глазами. Ее вид отвлек меня, и Артемон смог нанести мне удар по голове.
— Беги! — крикнул я ей. — Убирайся с корабля!
— Нет! Остановите девушку! - заорал Артемон.
Но, прежде чем Бетесда смогла пошевелиться, капитан Маврогенис обхватил ее сзади. Вид их борьбы наполнил меня яростью. Я вслепую ударил Артемона, и мы оба покатились в противоположном направлении. Каким-то образом мы оказались на самом трапе, а затем скатились вниз, с корабля на причал.
Даже когда моя выносливость начала падать, Артемон, казалось, обрел новые силы. Он перевернул меня на спину, зажал мои руки под своими коленями, вытащил кинжал и занес его надо мной. Лезвие, уже измазанное кровью, блеснуло в заходящем солнечном свете.
В моей голове застучало. Перед глазами поплыли круги. У меня уже не оставалось сил. Артемон одержал на до мной верх. Я потерпел неудачу - полную неудачу, потому что мне даже не удалось спасти Бетесду. Бандиты уплывут с ней, и последним, что она увидит, бросив на меня взгляд, будет мой никчемный окровавленный труп, лежащий на пристани.
Затем я услышал рев, увидел размытое движение и почувствовал сотрясающий удар сбоку. Артемона на мне больше не было. Вместо этого, в следующий момент, что я увидел, это был Артемон, лежащий на спине на причале, а Чилба сидел на нем сверху. Его клинок со звоном пронесся по причалу и исчез за краем барьера. Чилба взревел.
К нам приближались солдаты. Теперь они были так близко, что я смог различить кровь на их оружии и свирепую решимость в их глазах - это были не слабаки, с которыми мы столкнулись у гробницы, но внезапное, ужасающее зрелище человека, сражающегося со львом голыми руками, остановило их на месте.
Я посмотрел на «Медузу», которая продолжала удаляться. Сходни все еще были подняты, но между причалом и кораблем образовалась расширяющаяся пропасть. Среди разинувших рты бандитов и матросов у поручней я мельком увидел лицо Бетесды. Маврогенис все еще крепко держал ее.
Я вскочил на ноги и с разбегу прыгнул на трап. На мгновение мне показалось, что у меня, как у Меркупмя, выросли крылья на ногах. Тем не менее, я не дотянул до него. Я нырнул в воду, затем ухватился кончиками пальцев за край трапа. Откуда-то я нашел в себе силы подтянуться и перебраться через борт. Я взобрался по трапу на корабль, затем, задыхаясь, упал на бок.
Парус надо мной затрепетал и туго натянулся, наполненный ветром. Темно-синее небо, казалось, раскачивалось в противовес волнам внизу. Я на мгновение закрыла глаза, затем почувствовал, как чьи-то сильные руки схватили меня за руки и подняли на ноги.
Я взглянул в сторону причала, который все дальше отклонялся в сторону и быстро удалялся. Чилба исчез. Солдаты схватили Артемона и поставили его на ноги, так что мы с ним были зеркальными отражениями, за исключением того, что Артемон был весь в крови.
— Мы должны вернуться за ним! - крикнул один из мужчин.
— Невозможно, - услышал я слова Маврогениса. — Его уже схватили царские солдаты
Я посмотрел на капитана. Он ослабил хватку Бетесды. Она вырвалась и подбежала ко мне. Бандиты, державшие меня, отступили, позволяя мне ее обнять.
— Но что мы будем делать без Артемона? — взвыл один из членов банды Кукушонка.
Маврогенис выпятил челюсть: — Сейчас ты будешь подчиняться моим приказам. Он вызывающе переводил взгляд с одного лица на другое и, в конце концов, уставился на меня.
Я притянул Бетесду ближе. Она спрятала лицо у меня на груди.
Маврогенис склонил голову набок. — Артемон приказал доставить девушку на берег во время рейда и запереть в комнате в здании таможни. Он собирался оставить ее здесь - так почему же он в последний момент передумал и притащил ее сюда? И как получилось, что римлянин ее знает? — Он нахмурился. — Пока мы не узнаем, что задумали эти двое, заприте их в каюте!
Я крепко держал Бетесду. Люди окружали нас со всех сторон. В считанные мгновения нас одолеют, протащат по палубе и запрут. Что стало бы с Бетесдой, если бы на борту не было Артемона или Исмены, которые защитили бы ее? Что стало бы со мной?
