О продаже статуэтки с клеймом Черной Воды я узнал от Брауна. У лунного стража завязалось немало ценных знакомств не только на Перекрестке, но и в среде законопослушных магов, вот одна из «птичек» и напела. Источник проверенный, прежде на лжи не попадавшийся, поэтому Вильям сразу направился ко мне. Долго ждать и проверять сведения не имело смысла — библиотечный лар выдал три предмета, подходящих под описание, и все три могли натворить дел. Покупателя не жалко, но ведь и сторонние люди пострадают.
С Сеттером я обошелся по-доброму, Хремет опять будет ругать за недостойную наследника мягкосердечность. Снесенная защита и сломанные ноги — мелочь, не стоящая внимания. Я даже не убил никого! Химеру не считаем. А снимать проклятье, полученное людьми по собственной глупости, я не обязан. Если секретарь поймёт намёк и обратится в Палаты Мидаха, то останется жив, пусть лечиться ему предстоит долго. Если не поймёт… Его проблемы.
Внезапно лорд Калм назначил встречу в Гринвич-парке.
Обычно мы встречаемся в кафе, ресторане, кондитерской — словом, в месте, где можно вкусно покушать. Редкостный гурман, лорд прекрасно разбирается в лондонских заведениях и подаваемых в них блюдах. Ни разу не пожалел, последовав его рекомендации.
Кто такой лорд Калм? Неординарная личность. Владыка Священного Дома Исполненных Покоя, один из искуснейших магов планеты. Влиятельный чиновник, возможно, самый влиятельный из глав департаментов министерства чародейных дел. Матерый интриган, каким мне никогда не стать. Это нечто природное, талант, с каким надо родиться и потом развивать правильным воспитанием вкупе с подходящим жизненным опытом. Великолепный психолог, способный парой слов создать у собеседника нужное впечатление. Мы с Хреметом каждую беседу с лордом пересматривали не по одному разу, старик только восхищенно головой качал.
— Прекрасная погода, Майрон, не правда ли? — круглое лицо владыки лучилось довольством. — Право же, в такую погоду грешно сидеть в кабинете.
Если бы не родовая символика на одежде, он ничем не отличался бы от почтенных пожилых джентльменов, полноватых любителей хороших сигар и дорогого коньяка, каждую субботу посещающих один и тот же клуб и озабоченных воспитанием подрастающего поколения. Интересно, каков его истинный облик? Иммунитет иммунитетом, но постоянное взаимодействие с силами Изнанки меняет организм в том числе на физическом уровне. Чем сильнее маг, тем ярче, очевиднее мутации. Элита Священных Домов поголовно окутывается сложными иллюзиями, владеет метаморфизмом или носит скрывающие амулеты, снимая их только в личных покоях. Истинный облик позволяет вычислить практикуемые склонности и слабости хозяина, вот его и прячут ото всех, кроме самых близких.
— Вы правы, милорд, — согласился я. — Солнце наконец-то светит ярко. Жаль, земля сыровата.
— Парк закрывали на просушку, открыли первого мая. Возможно, стоило подождать недельку, но публика завалила администрацию письмами. Запланированная установка новых скамеек сорвалась, впрочем, ничего страшного я не вижу — здесь есть прекрасный ресторанчик с рыбными блюдами, мы можем там посидеть.
— Несколько позднее, с вашего позволения. Совсем не хочется уходить с улицы.
— О, да! Скажу откровенно, у занимаемой мной должности есть один большой минус — невозможно надолго отлучиться из министерства. Крайне редко удаётся всего лишь прогуляться в компании интересного собеседника. Подчиненные, конечно, забавны, однако за ними необходим постоянный присмотр, причем хороших помощников найти крайне сложно. Запомни, Майрон — умелый заместитель дорого стоит!
— А слишком умелый займёт место начальника. Хотя, конечно, вам опасаться нечего, — пошутил я.
— Мне — безусловно, — согласился Калм. — В отличие от кое-кого из моих коллег внешне равного статуса. Безусловно, из кресел руководителей их не вышвырнут, просто решения принимать будут не они. В министерстве уже существует пара департаментов, во главе которых стоят наши сородичи, чьё реальное влияние не простирается за пределы кабинета.
— Тогда почему они не уйдут?
— Воздушные Стрелы рассматривают должность в министерстве как синекуру, позволяющую держать руку на пульсе людского общества, их всё устраивает. Они вмешиваются, только голосуя по значимым для себя вопросам. Что касается Сетре Серая Зола, то его умение разбираться в людях оставляет желать лучшего.
— Из ваших рассказов министерство представляется мне довольно неоднозначным местечком. Складывается впечатление, что даже обычным клеркам в нём следует держать ухо востро.
— Ха-ха! — засмеялся в пышные усы Калм. — Не всё так плохо, но близко, близко!
Смеялся он абсолютно естественно. Сильные менталисты создают полноценные личности-маски, испытывающие ровно то, что требуется основному сознанию, поэтому определить, насколько искусственны его эмоции, невозможно. В определенном смысле, он никогда не играет и не притворяется.
— Не подскажете, сэр — в остальных министерствах, человеческих, нравы сильно отличаются?
— Не особо, — отмахнулся владыка, раскланиваясь с незнакомой парой. Не маги, увешаны мощными амулетами, аристократы по виду. Меня, несмотря на легкие отвлекающие чары, заметили. — Конечно, везде своя специфика, но принципиально правила игры одинаковы. Держись своих, подставь чужих, подсиди начальника.
— У меня сложилось впечатление, что некоторые чиновники в определенной степени неприкасаемы. Скажем, у последних четырех министров финансов всегда один и тот же второй заместитель.
— Министр и первый зам — назначенцы внешние, продвигающие курс правящей партии. Но надо же кому-то отвечать за стабильное функционирование самого механизма? Вторые и третьи заместители обеспечивают непрерывность работы госорганов и, в каком-то смысле, отвечают за долгий срок планирования. Надо сказать, Майрон, ты меня удивил. Не думал, что в твоём возрасте кто-то станет задаваться подобными вопросами.
— Мне пришлось провести небольшое исследование, заметки о чиновниках — его побочный результат. В основном пытаюсь разобраться, как вести себя с элитой смертных. Я не понимаю отношений Священных Домов с высшими кругами Англии, в том числе с правящей семьёй; вы каким-то образом умудряетесь существовать с ними в симбиозе, не нарушая Закон.
— Симбиозе? — задумчиво переспросил Калм. Внешние звуки внезапно стихли, прогуливающиеся по дорожкам посетители парка перестали обращать на нас внимание. Мне пришлось напрячься, чтобы ощутить окутавший нас флер магии. — Пожалуй, можно сказать и так. До определенной степени. Однако прежде чем мы обсудим эту непростую тему, хотелось бы знать, по какой причине она тебя заинтересовала. Если, конечно же, не секрет.
Мы оба понимали, что последняя фраза — не более чем дань вежливости.
— Вы, возможно, слышали о событиях в Колчестере? О постоянных прорывах грани?
— Да, что-то такое припоминаю.
— Обстоятельства сложились так, что я был вынужден заняться поисками виновников. Успешно. Мне удалось выяснить название организации — международная секта «Высшая истина». Беда в том, что, хотя эта секта у нас запрещена, да и не только у нас, фактически она неплохо существует. Единственное объяснение я вижу в поддержке кого-то из высших кругов власти. Пока не знаю, речь идёт об отдельных личностях или секте покровительствуют сложившиеся группировки. У меня есть несколько имён, мне хотелось бы разобраться, насколько я могу не сдерживаться в получении от них сведений.
Досье, присланное мистером Гектором, содержало неплохую аналитическую справку по деятельности «Высшей истины» в Англии и за рубежом и разбитый на группы список с фамилиями. Кто состоял и вышел из состава после запрета, кто с высокой вероятностью контактов не утратил и третья, насчет которых составители с точным ответом затруднились. Практически все поименованные принадлежали к высшим классам общества.
