Такова цена быть объектом внимания королевы, предположил я. Я отметил также, что на улице полдень, т.е. большинство мороев, согласно вампирскому расписанию крепко спали.
Я надеялся, что это значит и то, что нам удастся получить какую-то комнату до тех пор, пока все не проснутся.
Не тут-то было.
Мы сразу же были сопровождены прямо с самолета ко дворцу, где, как нам сказали, Лисса “и другие” хотели незамедлительно поговорить с нами.
Нам не дали даже шанса переодеться, и хотя я никогда не устану смотреть на Сидни в этом великолепном платье, я знал, что мы оба были в месте, где джинсы и футболка приветствовались бы больше. У нас не было выбора, но тем не менее, я решил подыграть тому, что было на мне. Я снова повязал свой галстук-бабочку и надел смокинг.
- Ну что ж вперед, - сказал я ожидающим стражам.
Нас проводили в ту часть дворца, где я бывал не очень часто, так как большинство моих встреч с Лиссой (а до этого с моей тетей) носили неофициальный характер. Зал, куда мы вошли сейчас, использовался для гораздо более формальных случаев, когда Лисса на самом деле проводила государственные собрания и занималась королевскими делами.
Здесь был даже трон, на котором она сидела, но скромный и со вкусом, дубовой без каких-либо дополнительных украшений. Ее одежда была красива, но ничего вычурного, и единственное, что указывало на ее статус, была крошечная тиара, находящаяся на вершине ее распущенных волос. Молчаливые стражи стояли вдоль стен зала, но я обратил на них не больше внимания, чем на мебель.
Меня больше заинтересовали те, с кем Лисса говорила: пестрый набор людей, которые сидели и стояли, все казались раздраженными, как будто ждали чего-то. Нас, я понял.
Роза, Дмитрий и Кристиан были там, что не стало неожиданностью. Лисса не могла быть без ее лучших друзей, особенно, когда речь шла обо мне. Мари Конта, взрослый морой, которая была советником в более официальных делах, также стояла рядом.
Она стояла возле Лиссы и помогала ей в спорных вопросах, так что имело смысл то, что Мари задействована в чем-то вроде этого. Было даже неудивительно присутствие моих родителей.
Что застало меня врасплох (и Сидни тоже, судя по тому, как крепко она сжала мою руку), это то, что алхимики уже были здесь.
И не какие-то, а очень значимые алхимики: отец Сидни, ее сестра Зои и парень, понять роль которого мне удалось не сразу. Йен, вот кто это был. Парень когда-то безумно влюбленный в Сидни.
Когда мы вошли в своих умопомрачительных свадебных нарядах, это вызвало переполох.
Я совершил множество разных выходок в моей жизни, но это был первый раз, когда я действительно добился того, что все присутствующие потеряли дар речи. Их глаза расширились. Челюсти упали. Даже несколько стражей, стоящих вдоль стен, выглядели удивленно, а не с каменным лицом, как обычно.
- Не все сразу, - сказал я.
Отец Сидни вскочил на ноги, с красным от гнева лицом.
- Что это еще за мерзость?
Лисса спросила немного тактичнее:
- Адриан, это какая-то шутка?
- Шутка - будить каждого из-за этого, - бойко заметил я. - Я имею ввиду, я знаю, что все рады нас видеть, но не было никакой необходимости…
- Я требую, чтобы Вы передали ее под нашу стражу немедленно. - воскликнул отец Сидни. - Так, чтобы мы
могли остановить этот фарс, прежде чем он зайдет еще дальше. Мы забираем ее отсюда.
- Мистер Сейдж рассказал об ужасных преступлениях Сидни среди алхимиков. - сказала Лисса. - Они также утверждают, что ты причастен к этому, Адриан, но они готовы закрыть глаза, если мы передадим ее им, так как ты один из моих подданных.
Я стоял на своём.
- Единственное преступление, которое мы совершили, освобождение Сидни и других несчастных из этого шоу уродов под названием реабилитационный центр, где они собираиась бросить её сгорать заживо. А ты знаешь, какие преступления она и другие заключенные совершили? Относились к дампирам и мороям, как к обычным людям. Представь это.
- По их словам, - спокойно сказала Лисса, - Сидни пыталась сжечь кого-то из их людей прошлой ночью.
- Это был блеф, - заявил я. - Они по-прежнему живы, не так ли?
- Это к делу не относится, - отрезал Йен. Он остался сидеть, и, судя по его близости к Зое, это выглядело так, словно он перевел всю свою привязанность с одной сестры Сейдж на другую. - Не вам судить наших людей. Мы сами разберемся.
Вот он, тот момент, когда я нанес им реальный удар.
- Ну, вот что, Ваше Величество.
- Сидни - одна из Ваших подданных теперь, когда она стала моей женой. Вы сказали, что не отдадите меня им, так как я нахожусь под Вашей защитой, не так ли? Вы хотите сказать, что не дадите моей жене защиту?
Это заставило всех замолчать, и комната погрузилась в тишину, пока Лисса снова не обрела дар речи:
- Адриан… о чём ты говоришь? - она жестом указала на нас с Сидни и нашу официальную одежду, когда говорила, но не сумела сформулировать ничего точнее. - Почему вы сделали, эм, это? Вы думаете, что так она получит моройское гражданство или что? Это не делается так. Вовсе нет. Я знаю, что ты заботишься о ней…
- Забочусь о ней? - воскликнул я. Я осознал, что никто из них так ничего по-настоящему и не сумел понять. За то время, пока я изводил Лиссу, чтобы помочь Сидни, на протяжении нескольких месяцев, Лисса предположила, что всё это было из-за моих дружеских чувств к Сидни.
И теперь она и другие со двора думали, что это был очередной мой сумасшедший трюк, который я выкинул,чтобы добиться своего. Только алхимики видели намек на искренность моих чувств, но эти чувства были искаженными и неправильными в их глазах.
- Лисса, я люблю ее. Я женился не ради шутки! Я женился на ней, потому что я люблю ее и хочу провести остаток своей жизни рядом с ней. И я надеялся, как моя королева, ты поддержишь меня, чтобы защитить меня и ту, кого я люблю — особенно, так как я предполагаю, что у этой организации нет ни одного неопровержимого доказательства преступлений, в которых мы обвиняемся. В прошлом месяце ты сказала мне,что не можешь рисковать ради кого-то, кроме своих подданных. Да, я знаю, что технически она не твоя подданная или морой, но я - да, и если обещания данные мне, как одному из твоих людей, по-настоящему что-то значат, они будут распространяться и на нее. Мы женаты. Теперь она моя семья. Мы связаны друг с другом до конца нашей жизни, и если ты собираешься, позволить им увести ее, можешь бросить и меня тоже прямо сейчас.
Лисса опешила, но Джаред Сейдж - мой тесть, я полагаю, не показал ничего кроме презрения.
- Это немыслимо. Люди и морои не могут жениться. Это ваш путь, также как и наш. Это ненастоящая свадьба.
