31 глава
В истерике Люциус все же промахнулся и оказался в спальне Нарциссы. Оглядевшись, он вызвал Патронуса и обомлел: вместо знакомого сокола из его палочки вытекла серебристая лента и превратилась в королевскую кобру. Очнувшись от изумления, Люциус отправил послание жене, вздохнул горестно, и, ни к кому не обращаясь, пожаловался:
- Вот же, змей, до самого сокровенного добрался.
Змей на коленях не подавал признаков жизни. Опасаясь снова аппарировать, Люциус вызвал эльфов и приказал переправить раненого в свою спальню. Пока тело Снейпа плыло по лестницам, Люциус оказался у себя, скинул грязную, пропахшую гарью и кровью мантию и быстро умылся: надо было вымыть руки, чтобы не занести чего-нибудь в рану. Когда он вышел из ванной, Снейп уже лежал на его кровати. Люциус отпустил эльфа и, ругая себя за то, что так и не освоил простейших диагностических заклинаний, для начала раздел раненого, проверил, нет ли еще повреждений, убрал кровь и очистил раны. Больше он ничего сделать не решился, и, укрыв Северуса простыней, сел рядом. Люциус положительно сходил с ума: то ему казалось, что Северус сейчас откроет глаза и скажет, что все это шутка, и тут же он пугался, что любовник уже давно умер, и он просто не в себе и возится с мертвым телом. Люциус постоянно щипал себя, убеждаясь, что не спит, и старался не смотреть на изувеченную шею Снейпа: при взгляде на раны, Люциуса обдавало жаром, снова начинали трястись руки и болело в груди. Он взял руку Северуса в ладони, и слегка покачивая, принялся успокаивать не то лежащего перед ним друга, не то самого себя:
- Все будет хорошо, потерпи немного. Сейчас придет целитель, полечит, и ты будешь здоров.
Люциус бормотал, словно заговаривал ребенка, и вошедший Блейз с сомнением покосился на Нарциссу, когда его светлость даже не заметил открывшихся дверей. Нарцисса осторожно отцепила пальцы мужа от руки лежащего и отвела его в кресло, усевшись на подлокотник. После истерики Люциус чувствовал себя обессиленным и слабым. Не обращая внимания на медика, он опустил голову на грудь жены и закрыл глаза. Нарцисса гладила его по голове, тихо приговаривая то же самое, что недавно шептал он сам.
- Ваша светлость, но ваш друг… мертв? - осторожно проговорил Блейз.
Люциус поднял тяжелую голову.
- Это зелье, Блейз. «Живая смерть». Он же зельевар.
Блейз с сомнением посмотрел на лорда и добавил еще одно заклинание. Оно окутало лежащего золотистой дымкой, потом свет начал меркнуть, испаряясь, пока, наконец, не сосредоточился на груди, прямо над сердцем, и не замигал тревожно и медленно.
- Действительно. Простите, ваша светлость. Когда он принял зелье? Это известно?
- Несколько часов назад. Около полуночи он был еще жив.
- Тогда, полагаю, следует заняться ранами: время у нас еще есть. Но необходимо противоядие. И несколько зелий.
- Я думаю, стоит потрясти мантию нашего дорогого друга, и все найдется. Северус всегда был очень предусмотрителен. - Нарцисса подняла окровавленную тряпку и решительно сунула руку в карман.
Вскоре перед ними стояло около десятка флакончиков, рядом - несколько ампул россыпью, записная книжка, обрывок колдографии, запасная палочка, пять пустых флакончиков, перчатки и серебряный ножик.
- Нарцисса, остановись! - взмолился лорд. - Если ты достанешь оттуда пару змей - я не выдержу.
Блейз нашел все нужные ему зелья и приступил к лечению, а Нарцисса заставила Люциуса выпить «сон без сновидений», поклявшись, что не отойдет от Снейпа ни на шаг, и трансфигурировала кресло в кровать, потому что Люциус наотрез отказался уходить.
- Прекрасный Патронус, Люци. - шепнула она ему на прощание. - И очень похож.
Проснувшись, Люциус подскочил на кровати в ужасе: ему показалось вдруг, что Снейп умер, пока он спал. Вид Нарциссы, вливающей в рот больного очередное зелье, успокоил его.
- Добрый вечер, Люци. У нас все хорошо.
- Где Блейз? - возмутился лорд.
- Варит зелье. Кроветворное заканчивается, а покупать - значит указать место, где прячется раненый. Пожирателей разыскивают.
Нарцисса, как всегда, была права. Люциус поднялся и, пошатываясь, побрел в ванную. Домовик уже приготовил воду, налив туда столько пены, что она шапкой выпирала из «лоханки». Люциус отпустил эльфа и вгляделся в зеркало. Дааа… Заклятья Нарциссы давно развеялись, но выглядел сиятельный лорд все так же скверно. Покрасневшие глаза были обведены черными кругами, губы потрескались, черты лица заострились, словно у покойника. Присмотревшись повнимательнее, Люциус ахнул: в спутанных волосах, прямо за ухом, появилась седая прядь.
- Дракклы тебя дери, Северус! - ругнулся лорд и тут же сложил пальцы в отводящем жесте: со Снейпа довольно было и Нагайны. - Ты заплатишь мне за это. И за все мои погубленные нервы. И за свой портал. И за свое упрямство…
Люциус продолжал перечислять, пока не обнаружил, что его отражение светится неприлично счастливой улыбкой. Махнув рукой, Люциус забрался в ванну, выплеснув часть пены на пол, и занялся собственной внешностью. Когда придет время предъявлять счета, он должен быть ослепительным… Ну, хотя бы немного.
- Где Драко? - спросил он, усаживаясь за стол.
Вид еды напомнил, что последний раз он ел чуть не двое суток назад, немудрено, что так кружится голова.
- В Хогвардсе. Я посылала эльфа, он говорит, там убирают тела. Думаю, Драко скоро вернется…
Драко появился только утром, и, при виде его, Люциусу захотелось схватиться за розгу. Или за сердце. Сын был растрепан и помят до такой степени, что Люциусу представилось стадо пьяных кентавров. Распухшие губы, следы на шее и горящие беспутные глаза объясняли ситуацию. Сын попытался просочиться в коридор, но Люциус хотел подробностей. Не исключено, что придется выставлять требование о свадьбе, ваша светлость. Доказательства «преступления» налицо. Но как быстро они сговорились!
- Драко? Рад видеть, что ты все-таки добрался до дома. Или ты за вещами?
Сын замер, как пойманный вор, потом выпрямился и натянул на лицо маску полной невозмутимости. Однако, в этих играх он Люциусу проигрывал.
- Прости, отец?
- Полагаю, на празднование победы ушло не так много времени. Или тебя арестовали, и эти сутки ты провел в Аврорате?
- Почему ты так решил?
- Потому, что до такого вида тебя могли довести только всем отделением авроров.
Драко вспыхнул:
- Тебе, конечно, виднее - у тебя есть опыт.
Один - один.
- Не будем ссориться, Драко. Мы с мамой волновались. Ты мог бы прислать Патронус.
- Прости, - покаялся сын, - я не подумал. Сначала уносили мертвых, потом устроили что-то вроде празднования, только все рыдали, и было вовсе не весело…
