наблюдая за идеальным представлением, которое она разыгрывала для меня.
Киан даже не дал ей опомниться, когда толкнул ее на меня, сжимая основание моего члена своей татуированной рукой и направляя его внутрь нее резким толчком.
— Господи, — выругался я, но не мог продолжать злиться на него за то, что он перешел границы, потому что он переместил руки к ее заднице и покачивал ее на моем члене так, что у меня заныли яйца, когда он контролировал ее движения.
Я прорычал ее имя, поднимая бедра и входя в нее, заставляя стонать при каждом сильном толчке, в то время как Киан переместил руку, чтобы поиграть с ее соском.
Голубые глаза Татум встретились с моими, когда она оседлала меня, ее руки все еще были связаны за спиной, в то время как мои оставались привязанными к кровати, не оставляя ничего, кроме этой единственной, жизненно важной точки соприкосновения между нами, когда она оседлала меня сильнее и быстрее, добиваясь очередного оргазма, как будто отчаянно этого хотела.
Киан перестал раскачивать бедрами, отступил назад и, наблюдая за нами, достал бутылочку смазки из кармана своих спортивных штанов, которые лежали на полу рядом с моими.
— Ты просто хранишь смазку в доме своего дедушки? — Я хмыкнул, когда он смазал немного по всей длине своего твердого члена, и он ухмыльнулся мне, покачав головой.
— Ты не заглядывал в ту черную сумку, за которую Сэйнт цеплялся с тех пор, как мы покинули Храм? Грязный ублюдок принес почти столько же секс-игрушек, сколько рулонов наличных.
Я забыл о тех, вопросах что хотел ему задать, когда Татум откинулась назад и начала стонать громче, мой член явно нашел это идеальное местечко глубоко внутри нее, и я сосредоточился на том, чтобы загонять его туда так сильно и быстро, как только мог.
— Блядь, Нэш, не останавливайся, — задыхаясь, скомандовала она, и я сделал, как мне было сказано, трахая ее жестко и глубоко, пока она своей киской не обхватила меня и не выкрикнула мое имя, заставляя мои яйца напрячься от потребности в освобождении.
— Не смей, блядь, кончать, Нэш, — предупредил меня Киан, возвращаясь на кровать, и каким-то гребаным чудом мне удалось удержаться, стиснув зубы и замедлив темп, когда Татум плюхнулась мне на грудь.
Ее киска продолжала пульсировать вокруг меня, когда она безвольно опустилась на меня всем весом, и я покрывал поцелуями ее макушку, пока она не подняла свои губы навстречу моим.
Кровать сдвинулась под нами, когда Киан придвинулся к ней сзади, и я понял, что он задумал, еще до того, как почувствовал прохладную каплю смазки на внутренней стороне бедер, когда он размазал немного по ее заднице.
Зубы Татум впились в мою нижнюю губу, когда он толкнулся в нее, и я застонал, почувствовав, как он тоже скользнул внутрь, тонкая стенка плоти, разделяющая наши члены, казалась почти ничем, когда она стала невероятно тесной вокруг меня.
Киан несколько раз медленно скользнул в нее и вышел, заставляя ее задыхаться и стонать, пока я тоже не начал двигаться, находя свой ритм с ним и постанывая от дополнительного трения его члена внутри ее тела одновременно с моим.
Когда мы начали двигаться быстрее, Киан обхватил рукой горло Татум и поднял ее вертикально, слегка сжимая, когда она застонала еще громче.
Мне не хотелось, чтобы ей это нравилось, но, наблюдая за удовольствием, танцующим в ее глазах, когда он держал ее полностью в своей власти, я не мог не согласиться, что она наслаждалась этим. Я чувствовал это по дрожи ее плоти и по тому, как ее тело сотрясалось в конвульсиях вокруг моего.
— Ладно, — пробормотал я. — Теперь я понял.
— Ты думаешь, он понял, детка? — Киан выдохнул Татум в ухо, используя свою хватку на ее горле, чтобы наклонить ее голову ко мне, в то время как он продолжал трахать ее задницу в такт тому, как я входил в ее тугую киску.
Татум только застонала в ответ, слишком потерявшись от ощущения, что мы вдвоем обладаем ею, чтобы дать вразумительный ответ, но когда Киан посмотрел на меня через плечо, я мог сказать, что он еще не закончил давить на меня.
Он навис над Татум, заставляя ее наклониться надо мной еще сильнее, когда протянул свободную руку и слегка обхватил мое горло. Я замер на мгновение, нахмурившись, когда понял, что он хочет сделать, и уже собирался отказаться, пока мой взгляд не вернулся к Татум.
Я мог видеть ее волнение, даже если знал, что она этого не скажет. Это был мой выбор, но она хотела, чтобы я тоже почувствовал прилив сил, который она получила от этого.
— Прекрасно, — проворчал я, мой член был толстым и отчаянно нуждался в освобождении внутри нее, а мой разум был затуманен моим голодом по ней. — Сделай это.
Киан широко улыбнулся, мгновенно подчинившись, его пальцы сомкнулись на моем горле, когда он сжал его достаточно сильно, чтобы ограничить мое дыхание, хотя и не настолько, чтобы полностью перекрыть его. Моим инстинктом было отбиться от него, но когда я попытался дернуть себя за руки, веревки только туго натянулись, и я застонал от разочарования, вместо этого сдавшись и снова ускорив темп.
Татум вскрикнула, когда я толкнулся в нее сильнее, и Киан поддержал мой темп, его хватка сжалась на наших обоих горлах, когда он вошел в нее с рычанием желания, и от нехватки кислорода у меня закружилась голова.
Часть меня жаждала дать ему отпор, в то время как маленькая часть меня наслаждалась возможностью уступить ему этот контроль. Я не знал, почему, но это было чувство освобождения, как будто оковы всего плохого, что обычно тяготило меня, были сняты, и я смог избавиться не только от контроля над своим телом, но и от своих эмоций. И когда я посмотрел в голубые глаза Татум, когда она поддалась той же свободе, мне показалось, что мы вместе падаем с обрыва, все мы ныряем в какие-то неизведанные глубины наших уз и соединяемся самым чистым образом, который я когда-либо испытывал.
Ощущения в моей плоти сосредоточились на этих нескольких наиболее важных точках соприкосновения, и я толкался сильнее, глубже, член Киана встречался с моим в темпе и глубине, пока Татум не закричала. Ее киска напряглась и сжала мой член так крепко, что, прежде чем я осознал это, я кончил так сильно, что чуть не потерял сознание.
Я выругался и тяжело дышал, когда Киан ослабил хватку на мне, вонзая свой член в нее еще несколько
